Вероника нажала кнопку отбоя, положила телефон на стол и скрестила руки на груди. Мать опустилась на табурет, закрыла лицо руками и горько заплакала. Ее плечи тряслись от рыданий, а из пореза из ноги медленно вытекала темная кровь. Вероника достала аптечку из навесного шкафчика, обработала рану матери перекисью водорода, заклеила пластырем и снова села за стол.
— Мама, расскажи мне все с самого начала, — голос Вероники поражал непреклонной решимостью и не допускал возражений. Она сохраняла внешнее спокойствие, а внутри все клокотало. В этот момент Вероника окончательно перестала чувствовать себя виноватым ребенком и действовала как опора для своей матери.
«Вот и настало для меня время спасать родителей». – пронеслось в голове взрослой дочери.
— Откуда у тебя микрозайм? Ты ведь всегда ненавидела кредиты.
Вера Ивановна оторвала руки от лица, посмотрела на дочь полными слез глазами и начала свой сбивчивый рассказ.
- Полтора месяца назад Михаил Сергеевич совершенно перестал спать по ночам. Его колени сильно воспалились, старые таблетки потеряли эффективность, и отец тихо стонал до самого утра. Эти звуки разрывали мое сердце на части, я не могла выносить страдания мужа и решила действовать самостоятельно. Ты тогда только устроилась в супермаркет, отдала банку всю свою первую зарплату, и денег в доме катастрофически не хватало. Я втайне от семьи пошла к автобусной остановке, зашла в яркий ларек микрофинансовой организации и оформила займ по своему пенсионному удостоверению. Я хотела купить ему дорогие импортные уколы, — всхлипнула мать и вытерла нос краем халата. — Я планировала отдать эти пятнадцать тысяч с двух будущих пенсий. Менеджер в ларьке так вежливо улыбался, сообщал про льготные условия для пожилых людей и обещал минимальную переплату. Я подписала договор без лишних вопросов, купила лекарства и колола их отцу тайком. Уколы помогли, папа начал спать, а потом пришел день платежа. Мою пенсию задержали на три дня, и сотрудники ларька сразу включили сумасшедшие ежедневные проценты. Я отнесла им пять тысяч, но долг только увеличился. Теперь они звонят мне каждый день, угрожают приехать домой и рассказать все папе. Вероника, он не переживет такого позора. Твой отец всегда жил честно, он умрет от стыда перед соседями!
Вероника слушала этот монолог и чувствовала острое повторное переживание. Умная, бережливая и строгая мать попалась в ту же самую психологическую ловушку отчаяния и страха. Заблуждение о легком спасении Михаила Сергеевича обернулось финансовой катастрофой для пожилого человека. Однако теперь Вероника знала механизм работы этих стервятников изнутри. Она прошла через этот ад, выучила их методы запугивания и больше не испытывала панического ужаса перед угрозами из телефонной трубки. Девушка пододвинула к себе ноутбук, открыла новую вкладку в браузере и решительно посмотрела на мать.
— Дай мне свой договор, мама. Прямо сейчас неси сюда все бумаги из этого ларька, — скомандовала Вероника категоричным тоном. — И прекрати плакать. Никто не приедет описывать наше имущество, у них нет таких полномочий без официального решения суда. Они берут на испуг, давят на психику и пользуются твоим незнанием законов. Мы посчитаем реальную сумму долга с учетом нормативных ограничений по процентам, составим претензию и отправим им заказным письмом. Завтра я получу аванс в магазине и закрою эту проблему навсегда.
Вера Ивановна перестала плакать, с огромным удивлением посмотрела на дочь и послушно пошла в спальню за документами. В глазах пожилой женщины впервые за долгое время блеснул луч надежды. В этой семье произошел окончательный переворот. Девушка с грубыми мозолями на руках и красными от недосыпа глазами превратилась в надежный щит для своих родителей. Вероника приняла этот вызов с ясной головой и рассудительностью. Она приготовилась применить весь свой горький опыт ради поддержки самого близкого человека. Она наконец-то вернула свой прежний контроль над ситуацией, но теперь этот контроль опирался не на пустые иллюзии, а на реальную силу духа.
Яркая неоновая вывеска микрофинансовой организации агрессивно мигала красным светом и привлекала внимание случайных прохожих. Пластиковый павильон располагался в самом центре оживленной автобусной остановки, манил людей кричащими обещаниями быстрых денег и напоминал ослепительную ловушку для доверчивых насекомых. Вероника крепко держала мать под руку и уверенно вела ее к стеклянной двери. Вера Ивановна сжимала в кармане паспорт, хрипло дышала и панически боялась предстоящего разговора. Пожилая женщина постоянно оглядывалась по сторонам, спотыкалась на ровном месте и явно желала сбежать обратно домой. Вероника остановилась в нескольких метрах от входа, ободряюще сжала ледяную ладонь матери и выдавила улыбку. Вечерний воздух казался невероятно душным, пах выхлопными газами и раскаленным асфальтом. Сегодня днем девушка получила аванс в супермаркете, добавила к нему приличный гонорар за ночные логистические расчеты и теперь намеревалась поставить окончательную точку в этой истории.
Вероника толкнула хлипкую дверь и шагнула внутрь тесного помещения вместе с матерью. Пространство павильона освещалось ослепительно белыми лампами, а воздух давил своей затхлостью из-за стойкого аромата мужского парфюма из морских водорослей, кардамона, кедра, и пыли. За стойкой из толстого оргстекла сидел молодой человек лет двадцати пяти. Менеджер носил слишком узкую белую рубашку, постоянно поправлял массивные часы на запястье и перекатывал во рту жевательную резинку. Его взгляд мгновенно выцепил испуганное лицо пенсионерки. Лицо парня украсила снисходительная, профессиональная улыбка оборотня, он привык безнаказанно обманывать слабых людей, будто заранее знал, ему все сойдет с рук.
— Добрый вечер, Вера Ивановна, — сладким голосом протянул менеджер и небрежно отложил мобильный телефон в сторону. — Наконец-то вы соизволили к нам заглянуть. Принесли деньги для оплаты штрафов?
Мать попыталась ответить, открыла рот, но слова застряли в пересохшем горле. Вероника не позволила матери произнести ни звука. Девушка сделала уверенный шаг вперед, заслонила родительницу своей спиной и положила на стойку папку с документами.
— Меня зовут Вероника, и мы пришли закрыть договор, — девушка смотрела менеджеру прямо в глаза и не собиралась отступать ни на миллиметр. — Вчера ваши сотрудники звонили моей маме, угрожали конфискацией имущества и требовали сорок пять тысяч рублей.
Менеджер Денис перестал жевать резинку, прищурил глаза и попытался заглянуть за плечо Вероники.
— Вера Ивановна, вы зачем привели группу поддержки? — Денис усмехнулся и повысил голос. — Ваша дочь сейчас наговорит лишнего, а платить неустойку придется вам. Давайте она выйдет на улицу, и мы спокойно все обсудим.
Вероника с силой хлопнула ладонью по пластиковой стойке. Звук удара эхом разнесся по тесному павильону и заставил менеджера вздрогнуть.
— Вам предстоит общаться исключительно со мной, — голос Вероники зазвучал громко и с железной волей в каждом слове. — Паспорт заемщика находится здесь, моя мать готова поставить подпись на финальных документах, но все финансовые расчеты и переговоры веду я. Ваша система может рисовать любые выдуманные цифры, но я внимательно изучила закон о потребительском кредите. Моя мать взяла у вас пятнадцать тысяч рублей. По действующему законодательству максимальная сумма переплаты с учетом всех ваших космических штрафов не может превышать основного долга больше чем в полтора раза. По закону потолок возврата составляет тридцать семь тысяч пятьсот рублей. Пять тысяч мама уже внесла месяц назад. Итого к оплате остается тридцать две тысячи пятьсот рублей, и ни копейкой больше.
Улыбка стремительно испарилась с лица Дениса. Менеджер понял свою ошибку и осознал серьезность проблемы. Перед ним стояли не две растерянные женщины, а непревзойденная соперница с четким знанием законов. Парень решил сменить тактику, наклонился ближе к стеклу и перешел на угрожающий шепот.
— Вы зря качаете права в нашем офисе, девушка. В договоре четко прописаны условия ежедневного процента, и заемщик поставил там свою подпись. Если вы откажетесь платить полную сумму сегодня, завтра мы передадим дело выездному отделу взыскания. К вашей маме приедут крепкие ребята, они начнут звонить вашим соседям, испишут краской двери в подъезде и превратят жизнь вашей семьи в настоящий ад. Вы хотите довести пожилого человека до инфаркта из-за жалких десяти тысяч разницы?
Вера Ивановна тихо всхлипнула за спиной дочери и вцепилась дрожащими пальцами в край ее куртки. Год назад Вероника тоже упала бы в обморок от таких слов, отдала бы все свои деньги и сбежала в слезах. Но полтора месяца работы на складе и сотни телефонных звонков от коллекторов выработали в ней стойкий иммунитет к дешевым психологическим манипуляциям. Она выдержала сумрачный взгляд Дениса, усмехнулась одними уголками губ и достала из сумки свой смартфон.
— Направляйте дело кому угодно, Денис, — Вероника демонстративно разблокировала экран и начала набирать номер экстренной службы. — Меня совершенно не пугают ваши дюжие парни. Зато меня очень интересует реакция прокуратуры на ваши угрозы. Я прямо сейчас вызываю наряд полиции в этот павильон и пишу заявление о факте вымогательства. Затем я отправляю жалобу в надзорные органы с приложением ваших расчетов. Вашу контору лишат лицензии за систематическое нарушение закона, а вас лично вызовут на неприятный допрос к следователю.
Продолжение.
Глава 1. Глава 2. Глава 3. Глава 4. Глава 5. Глава 6. Глава 7. Глава 8. Глава 9.