Я думала, что в жанре «культурный досуг» меня уже ничем не удивить – пока субботним утром в экскурсионный автобус не вошел Мейерхольд. Точнее, актер в этой роли. Но разница стала ощутимой примерно через десять минут.
Всеволод Мейерхольд однажды написал в альбом основателя Театрального музея Левкия Жевержеева: «Жить и умереть в Петербурге! Какое счастье!..» – как признание в любви городу. Он не знал, насколько буквально оно сбудется. А может, знал – и все равно написал. Такой был человек.
Именно эта цитата стала эпиграфом одной из самых необычных культурных прогулок Петербурга – автобусная экскурсия «Мейерхольд. Петербург» от Театрального музея .
Формат здесь принципиально важен, потому что он – концепция. Это не экскурсия с театральными вставками и не иммерсивный спектакль с краеведческим уклоном. Это попытка сделать то, что сам Мейерхольд делал всю жизнь: убрать рампу. Стереть границу между пространством действия и пространством жизни.
Автор идеи – Константин Учитель, хореограф – Александр Челидзе. Гиды – не «классические» экскурсоводы, а актеры из БДТ, СХТ и независимых театров: Леня Нечаев, Ксюша Плюснина и Женя Анисимов.
На практике это выглядит примерно так: рассказ о петербургских театрах вдруг прерывается репликой – и это уже не экскурсовод, это Мейерхольд. Или Блок. А через минуту гид без всякого предупреждения превращается в зазывалу из commedia dell'arte и ведет группу по улице, энергично жестикулируя и говоря по-итальянски.
Отдельный прием, который работает тише, но глубже: рассказ о событиях то и дело прерывается дневниковыми записями современников. Хрестоматийные цитаты – те, что давно стали достоянием истории, – звучат как им и положено: весомо, без затей. Но стоит речи зайти о бытовом – о раздражении, усталости, мелкой обиде – и голос меняется: появляется мямленье, шепелявость, вредные словечки, паузы не по правилам. Слышишь не «по свидетельствам современников», а живую речь – со всей ее неловкостью. Это то, чего не даст ни одна книга: ощущение, что люди – не персонажи истории, а просто люди
Участники экскурсии получают около четырех с половиной часов и несколько совершенно разных Петербургов сразу: имперский – у Александринки, символистский – у квартиры Блока, конструктивистский – у «Первого жилого дома Ленсовета» на набережной Карповки, 13.
В музее-квартире Блока группу делят пополам: комнаты небольшие, история – большая. Одна половина уходит вперед, вторая ждет в коридоре. И вдруг появляется Блок. С авоськой, в которой три апельсина. Держится за стеночку. «Люба, йя... йя здесь». Три апельсина – это, разумеется, прямая цитата из мейерхольдовского журнала. Но в этот момент думаешь не о журнале. Думаешь о том, как заканчивались последние годы этой семьи – и как именно такие детали, выпуклые до неловкости, попадают точнее любого академического комментария.
Но самый запоминающийся момент – улица Рубинштейна, дом 13. Сегодня здесь детский музыкальный театр «Зазеркалье». А с 1913 по 1914 год – студия Мейерхольда, где он учил актеров двигаться так, чтобы тело думало быстрее головы.
Актеры-гиды показали прямо на тротуаре, как выглядела тренировка по биомеханике: намерение – осуществление – реакция, снова и снова, пока движение не становится рефлексом. А потом группу пригласили внутрь – на четвертый этаж, в зал рядом с гримерками (может, по плану сцена из «Антигоны» должна была разыграться в театральном зале, но там шел спектакль). Получилось лучше: репетиционное пространство – и вдруг античная трагедия, в которую вовлекли всех присутствующих. Никто не сопротивлялся.
Публика, кстати, была разнообразная – от студентов до «активного долголетия», и все на удивление одной волны. Ни телефонов, ни шепота по углам – только живое ожидание: что вот-вот произойдет что-то интересное. И оно происходило. Мейерхольд, как известно, мечтал именно о таком зрителе – соучастнике, а не потребителе. Судя по всему, экскурсия его находит.
Маршрут – это в каком-то смысле портрет псевдонима. В петербургский период Мейерхольд работал под именем «Доктор Дапертутто» – персонажа из гофмановских сказок, волшебника, меняющего обличья. Под этим именем он издавал журнал «Любовь к трем апельсинам», ставил в кабаре «Бродячая собака», экспериментировал с commedia dell'arte – и одновременно служил главным режиссером императорских театров. Мейерхольд умел быть разным одновременно, и город это помнит: стоит только знать, куда смотреть.
Именно это знание и предлагает экскурсия. Не факты – их можно прочитать в Википедии. А топографию смысла: ощущение того, как один человек прожил в одном городе сразу несколько жизней.
P.S. Телефон по итогам зафиксировал: пять часов, восемь тысяч шагов. Это, пожалуй, единственное в этой экскурсии, что поддается точному измерению.
Вы бывали на экскурсиях, после которых хочется не в кафе, а обратно – к маршруту? Расскажите в комментариях.
Титры
Материал подготовлен Вероникой Никифоровой – искусствоведом, лектором, основательницей проекта «(Не)критично». Я веду блог, где можно прочитать и узнать новое про искусство, моду, культуру и все, что между ними.
Еще почитать:
• Бесплатный сыр в культурном слое: что делать, если вы раскопали историю
• 4 истории о том, как русское искусство судилось, подделывалось и защищало себя
• Картина в пути: как шедевры ездят по России (лучше, чем мы)
• Мимесис: как искусство больше 2000 лет пыталось «списать» у реальности
• Битва в красном углу: интриги вокруг выставки «0,10»
• Стоимость шедевра: путеводитель по миру оценки культурных ценностей