Как водится на Северах, первыми летать на Диксон (самый северный посёлок России) стали гидросамолёты, и даже гавань на Острове фигурирует в описании боя с "Адмиралом Шеером" в августе 1942-го как Самолётная бухта. Первым, ещё до основания посёлка, в 1929 году сюда прилетел на гидросамолёте "Дорнье-Валь" полярный лётчик Борис Чухновский - причём не из Красноярска, а из Архангельска (с промежуточными посадками), ведя разведку трассы Северного Морского пути.
В 1931 году над Диксоном пролетал дирижабль "Граф Цепеллин", занимавшийся тем же самым для тогда ещё дружественной Германии. Зимой поплавки заменялись на лыжи, так что и точной даты строительства аэропорта Диксон не найти, быть может потому, что её просто не существует: свой авиаотряд тут появился в 1934 году, вскоре после основания постоянного посёлка, а в 1936 сообщение с Большой землёй стало регулярным.
В войну на Диксоне базировались несколько аэролодок Бе-2, пытавшихся охотиться за немецкими субмаринами, имевшими наглость порой заходить даже в устье Енисея (где на их минах подорвался транспорт "Тбилиси"). В послевоенные годы зимняя взлётка сначала стала круглогодичной грунтовой, затем обзавелась твёрдым покрытием, а где-нибудь в 1950-60-х построили аэровокзал, облезлым зданием которого заезжие блогеры обожают пугать читателя.
На самом деле такой вид у него лишь потому, что здание заброшено: с 2022 года действует новый симпатичный аэровокзал. Только вот находится он в глубине аэропортовской территории, и если раньше это не влияло ни на что, то с приходом "Роснефти" (которая возит здесь вахтовиков на стройку порта в Бухте Север) аэропорт - как бы не единственное место на Диксоне, где можно нарваться на проблемы с властями.
Остров официально необитаем, пассажиров привозит с материка вертолёт, так что шастать нечего! И даже старинным Ли-2, советской копией американского "Дугласа" (причём - лицензионной) 1951 года постройки, поставленным как памятник в 1976 году, теперь остаётся только любоваться издали.
Зато, в моём случае - буквально каждый день: прямо над аэропортом на плосковерхой крутой скале располагается метеостанция, с которой в 1915-16 годах и начинался Диксон. Хотя попытки наладить Северной Морской путь из Сибири в Европу через Енисей предпринимались ещё в 1870-х (и именно в одной из тех экспедиций швед Адольф Норденшельд открыл этот остров и назвал его в честь своего спонсора Оскара Диксона), всерьёз им занялись лишь на излёте Российской империи, пытаясь обойти Чёрное море и Балтику, кипевшие Первой Мировой.
Впрочем, со времён Сибирякова и Норденшельда и технологии шагнули далеко вперёд: метеорологические прогнозы стали точнее, но главное - появление беспроводной радиосвязи позволило транслировать эти прогнозы на суда в реальном времени. Так по всей Арктике началось строительство радиометеостанций, где одни сотрудники следили за погодой, а другие - докладывали о ней тем, кому погода - вопрос жизни и смерти.
Но лишь из Диксонской метеостанции вырос посёлок, а потому она быстро стала самой крупной и мощной чуть ли не всём СевМорПути. Её изначальные здания, как бы не самая северная в России дореволюционки (кадр выше), теперь тихо ветшают в заброшенных дворах у бухты. Новую метеостанцию в 1933-35 годах построили с нуля - над аэропортом и видимо вместе с ним:
На кадре выше, впрочем, старое здание - не знаю, используемое ли сейчас вообще. Новый модульный двухэтажный корпус и собственная небольшая котельная (поодаль) были сданы в 2014 году. Здесь и прожил я около недели:
Причём - внеплановой: ещё в апреле, когда на сайте "КрасАвиа" вывесили летнее расписание с двумя рейсами в неделю, я взял билеты от пятницы до пятницы, а давно перебравшийся в Норильск знакомый диксончанин через оставшихся здесь знакомых нашёл мне в посёлке целую пустую квартиру, хозяева которой уехали в долгий северный отпуск. Казалось бы, что могло пойти не так? В Арктике правильный ответ - что угодно!
На третий день в Посёлке меня застала врасплох весть, что пятничный рейс в Норильск отменён, а мой вылет перенесён на вторник. Так пребывание на Диксоне затянулось с 7 до 12 дней, и эта неопределённость (ведь если добавится ещё и нелётная погода - я опоздаю в поход на Путораны) в сочетании с отсутствием интернета начала превращать моё уединение в одиночество. Облазав весь Посёлок, пару дней я просто сидел в квартире, никуда не выходя, а затем понял, что никакой горячий душ мне не заменит новых впечатлений.
На Остров по изначальному плану я думал заскочить на пару дней перед вылетом, а в итоге провёл на нём даже чуть больше, чем в Посёлке. Татьяна, моя поселковая соседка, которая и пристроила меня в квартиру, мне и на Острове подыскала жильё: начальница метеостанции Наталья не только обещала койкаместо, но и ждала поскорее.
Ведь среди прочих виденных метеостанций (например, в Усть-Каре или в тайге Эвенкии) Диксонская - настоящий гигант. В одной из недавних статей (ссылки в начале абзаца) я показывал заброшенные здания упраздненной в 2008 году Диксонской гидрометеослужбы, курировавшей работы метеорологов по всей Западной Арктике, но и сейчас все метеостанции полярных берегов и островов на карской стороне Таймыра считаются филиалами диксонской. Работает здесь 7 человек - целый мегаполис!
Вот только отпуска бывают и у метеорологов: приковыляв сюда со своим рюкзаком, я застал на станции всего трёх сотрудников - саму Наталью, дизелиста (имя его я, увы, забыл) и газогенератора (это профессия!), нелюдимого казаха по прозвищу Абакан, о котором мне все говорили, что он "своеобразный". Но именно на сезон отпусков выпадает день, когда метеостанции особенно нужны рабочие руки: сначала подготовить всё к приходу гидрометовского флагмана "Михаил Сомов", а потом - разгрузить годовой запас оборудования, расходников и продуктов, которые он привезёт. Так мне впервые за очень долгое время предоставили кров не за деньги, не за рекламу, не ради помощи блогу, не по доброте душевной - а за посильную помощь.
Внутри метеостанции я почти не снимал, но если вкратце - её жилой первый этаж больше всего напоминает бюдежтную гостиницу: комнаты на одно, два, три места (с учётом транзитных и командировочных жителей), общий санузел с тёплой водой, пара стиральных машин и огромная кухня, она же гостиная, она же кинотеатр (причём телевидение на Диксоне ловится отлично!), она же библиотека.
В Посёлке отопление непрерывное 24/7/365, а здесь летом включается на час-два несколько раз в день. Наталья сразу определила меня в одноместную комнату, но предупредила, что её хозяин скоро вернётся и мне придётся переехать. Я в первые же часы почувствовал признаки своей аллергии на кошку, а потому убрал подальше ковёр, тщательно протёр пол, и опасаясь новых приступов, уговорил позволить мне пожить тут до отъезда.
Хозяином комнаты оказался бывалый метеоролог Игорь из Новосибирска, Мы быстро с ним нашли общий язык, иногда за разговорами по душам под свежего омуля пятиминутного посола сидя на кухне до глубокой белой ночи, а в трёхлитровой банке он настаивал великолепный чайный гриб.
Позже объявился ещё один молодой крепкий паренёк - но он не работал здесь, а, добравшись не без приключений (почему-то ему пришлось лететь не рейсовым самолётом через Норильск, а чартерами "Роснефти" через Игарку) ждал "Сомова", чтобы отправиться дальше на Землю Франца-Иосифа, где пять месяцев в году полярная ночь непроглядна.
Но общем, разговоров было совсем немного: метеостанция оказалось такой же интровертивной, как и Посёлок, и чаще я здесь читал книги из библиотеки, смотрел телевизор (а для меня это досуг экзотический - дома-то телевизора нет!) и звонил всем друзьям, чьи номера были записаны в телефоне.
Такая же неспешная и работа метеоролога - несколько раз за сутки (не ежедневно, а по графику с коллегами) передавать показания измерительных приборов да в 7 вечера запускать метеозонд, надутый в своём вагончике Абаканом. Ну и следить, чтоб это всё работало корректно - поэтому метеостанции по всему миру и не автоматизированы до сих пор. В рабочие помещения я заходил лишь в последние дни - транзитом на крышу.
С которой теперь и посмотрим вокруг - против часовой стрелки, то есть каждый следующий вид чуть правее предыдущего. Сначала взглянем на восток, где в густом тумане скрыт Посёлок, а белеющие ближе вышки для метеооборудования красил к приходу "Сомова" я - впервые в жизни! На Диксоне я вообще освоил немало полезных навыков - например, разделывать и шкерить свежепойманную рыбу...
На кадре выше из тумана проступают три островка, делящие северную часть пролива Вега (между островом Диксон и материком) на узкие проливы Лена (ближе) и Превен (дальше) - все по судам разных экспедиций Норденшельда. Справа налево - Конус с остатками угольного причала, Сахалин с нефтебазой (отсюда не видна) и Северный без ничего. С
той стороны (а Та Сторона - это общепринятое у островитян название Посёлка) он сливается с Сахалином, а отсюда виден обособленно на фоне развалин Подхоза и заметного по центру Створного мыса.
За Сахалином - Посёлок почти что от края до края. Слева видна высокая башня заброшенного домостроительного завода (показывал во второй части), а под ней - Никольская церковь (2009-10) и цветастый фасад действующей школы (1987-95). Правее трубы котельной, которая даже летом исправно гудит - голубоватая больница (1972) и зеленоватый Торгово-бытовой центр (1987) слегка космического вида. В крайней разноцветной пятиэтажке я жил предыдущие дни:
Ещё правее видна Южка с отдыхающими вертолётами (именно туда привозят из аэропорта регулярных пассажиров) и стелами памятника Героям-Североморцам (1982). Под ней - странная выглядящая тут стекляшка "ВостокУгля" (достроенная в 2015 году из советской "коробки"), с его бесславным уходом ставшая общагой "Роснефти", а рядом с ней - заброшенное "адмиралтейство" Управления портом (1939).
За Южкой - склады, а дальше можно даже различить дамбу старого водозабора - всё это я опять же показывал недавно.
Остров Конус с деревянными конструкциями старых угольных причалов и ржавый остов буксира "Волна":
Над гаванью острова Диксон - ещё одна заброшенная нефтебаза и один из Трёх Поросят, как называли в народе одинаковые здания Диксонской метеослужбы. За южным "рогом" острова Диксон виднеются соседние Оленьи острова:
Старый аэровокзал и кирпичный гараж аэропорта, по совместительству - его пожарное депо. Заброшенные:
Как и остальной посёлок:
За бухтой видны руины воинских частей:
На фоне туч над Карским морем разруха вновь сменяется новыми блестящими постройками аэропорта: