Валерий Сорокин в начале 2000-х работал в Трехпрудном переулке - в ресторане "Шенонсо". Кого ему только не доводилось увидеть в уютном "старинном" особнячке!
Место паломничества - Трехпрудный
В силу расположения нашего ресторана и наличия уютной тенистой летней площадки он стал местом паломничества всякого рода знаменитостей.
Прежде всего - актеров близлежащих театров, они в большинстве и жили неподалеку. Попробую вкратце описать некоторые такие встречи.
Знаменитая Аксинья
Начнем хотя бы со знаменитой Элины Быстрицкой, всем знакомой по "Тихому Дону".
Она у нас решила справить какой-то юбилей. Сама, конечно, организацией не занималась, не царское это дело, а поручила это некой энергичной мадам, которая всех поставила на уши. И меню, и оформление, и прочие прибамбасы - все должно было быть самого высшего уровня. И вот этот день наступил.
Хоть в щелочку посмотреть
Наш хозяин, Миша Комаров, строго предупредил, чтобы никто не смел и носа сунуть в зал, дабы не смущать юбиляршу. Однако всем было интересно, и даже угроза самых жестких мер (вплоть до увольнения) не могла остановить
всенародного порыва. Официанты и администраторы, конечно, были в зале и
воочию наблюдали именитую гостью, а мы, работники кухни довольствовались наблюдением через щели дверей-распашонок в баре.
Говорили, что характер у актрисы был не сахар, но нам она показалась вполне себе свойским и простым в общении человеком, без какой-либо звездности. Красивая, конечно. Несмотря на возраст, держалась ровно, осанка - молодым позавидовать. Одета строго, со вкусом.
Повариха обнималась с юбиляршей
Что поразило. Запросто отпускала матерком в разговорах с гостями, смеялась, благожелательно приобнимала нашу Валю, когда та подходила к ней с каким-то вопросом. Мне тоже пару раз удалось с ней пообщаться по поводу меню и порядка подачи.
Увидев это, наш повар Маринка, почти землячка актрисы, нагло просочилась в зал и, подойдя к Быстрицкой, стала ее о чем-то расспрашивать.
Миша, сидевший в углу, побагровел от злости, но вмешиваться уже было поздно. А наша повариха уже щебетала с юбиляршей, они, обнявшись, фоткались, и даже чуть было не ушли вместе за стол, но Валя по сигналу хозяина пресекла это движение и вернула Маринку в лоно кухни.
Мы, конечно, поржали и решили, что за своевольство Маринке придется
ответить, а может, и с работы вылететь. Но ничего не произошло, Миша, как ни странно, даже похвалил ее за смелость. Впрочем, она и не переживала особо. Сразу сказала: что же, я такой момент в жизни должна пропустить?! Да по фигу все! Зато у меня теперь есть ее автограф с пожеланием!
Знакомое лицо
Позднее я встретил Элину Авраамовну неподалеку, на Бронной. Она вышла с палочкой из местной поликлиники, а я, проходя мимо, тут же подскочил и помог ей спуститься с высокого крыльца. Она грациозно оперлась о мою руку:
- Что-то мне, молодой человек, ваше лицо знакомо?
Я напомнил ей юбилей в "Шенонсо", и она, улыбнувшись, кивнула:
- Ага! Шеф-повар, как же, помню! - И попросила перевести через улицу в
синагогу, которая сверкала колпаком из пуленепробиваемого стекла.
Синагога в футляре
Та самая синагога, которая с 1883-го была домашней молельней «московского Ротшильда» Лазаря Полякова, имевшего обширные владения на Тверском бульваре — собственный и доходные дома (№ 13, 15, 17). Попасть с одной территории на другую можно было через калитку. Или подземный ход — на случай погромов. В 30-х годах молельня была закрыта. Затем здесь пел и плясал Дом художественной самодеятельности.
В 1992 году здание вновь передали хасидам. Сквозь новый стеклянный вход в него виден старый фасад с шестиконечной звездой, спроектированный архитектором Чичаговым. ("Московские истории", 16. 04. 2018).
У входа в синагогу стояла вооруженная охрана, сразу оттеснившая меня от моей спутницы. Элина Авраамовна помахала мне на прощание рукой
и скрылась в дверях молитвенного дома.
Еще: