Анна
Я торопилась к комнате, предвкушая, как обниму Мира, расскажу ему о своем первом дне, посмеемся над глупыми курсантами... Но, отворив дверь, застыла на пороге.
На ковре у камина сидели двое: Мир и... Яр. Мой сын что-то увлеченно рассказывал, размахивая руками, но, когда он повернулся ко мне, сердце упало в пятки.
— Мама! — Он вскочил, но я уже была рядом, пальцы дрожали, когда коснулись сине-фиолетового пятна под его глазом.
— Что случилось?!
Мир потупил взгляд:
— Прости...
— Он подрался, — спокойно сказал Яр, поднимаясь с ковра. — Но за дело.
— Как это за дело? — Я резко повернулась к нему. — Он еще ребенок!
— Тот мальчик, он… он обозвал плохим словом дорогого мне человека, и я заступился, – тут же сказал Мир, воинственно встав между мной и Яром, словно защищая его от меня.
Обозвал дорогого мне человека… Меня.
Значит, и здесь моему мальчику достается из-за меня. Внутри все сжалось от этого осознания.
Я опустилась перед сыном на колени.
— Драка не выход. Словами нужно отвечать.
— Но он не слушал! — Мир сжал кулачки. — А ты же говорила, что тех, кто обижает слабых, надо останавливать!
Я открыла рот, но Яр мягко встрял:
— Если дать слабину один раз, затопчут. Мир поступил как мужчина. Но, конечно же, он запомнит, что драка – это последний аргумент.
Мир кивнул.
Вздохнув, я приложила ладони к синяку сына. Заклинание исцеления вытянуло из меня остатки сил. Голова закружилась, но синева побледнела, а затем и вовсе сошла.
— Спасибо, мама! — Мир обнял меня, а в дверь постучали: принесли ужин.
— Ура, еда! Я голодный как волк! — Сын радостно бросился к столу, будто и не было сегодняшней схватки.
Яр тем временем наклонился ко мне:
— Выйдем? Нужно кое-что обсудить.
Я кивнула. Драка ведь будет иметь последствия.
— Мир, разложи пока все на столе, — с улыбкой сказала я. – А я скоро вернусь.
Мы вышли в коридор, и я сразу поняла, куда он ведет меня. Этот путь… Я так хорошо знала его. Сердце пропустило удар.
— Ты уже видела сад? — спросил Яр.
Анна, 15 лет
Возвращение в академию после года в деревне было странным. Стены казались выше, коридоры уже, а воздух пах по-другому.
Я впервые узнала, что такое боль потери. До первой смерти родного это кажется чем-то таким далеким… Словно смерть – это что-то, что не может тебя коснуться.
Но последний год я провела с бабушкой. Отец не мог ухаживать за ней, а я могла. Несмотря на то, что отец нанял для нее слуг, бабушка продолжала пытаться сделать все сама. Она жила в маленькой избушке на краю деревни.
И я провела этот год с ней. Тогда я открыла для себя радости деревенской жизни без режима.
Бабушка была чудесной. Она вкусно готовила, учила меня разбираться в травах и варила самые вкусные отвары… бурчала на слуг, которые путаются под ногами, и… болела.
А теперь ее не стало. И я вернулась в академию к отцу.
С тех самых пор, как уехала, я писала ему письма. Два письма через день: одно для папы, а другое… оно для Яра. Моего лучшего друга! Нелепого мальчишки, такого худого, дерзкого, постоянно влипающего в неприятности.
До моего отъезда мы не расставались. Отец называл нас «иголочка и ниточка». Он был моим другом, моим советником, моим… да он был для меня всем!
Расставание с ним было не менее тяжелым, чем с отцом. Но папу я уже видела, а Яра… нет.
Я оставила отца разбираться с вещами и почти побежала через двор, сердце колотилось как бешеное. Где он? Искала в толпе курсантов знакомую черную челку, но...
— Анна? – голос за спиной заставил меня обернуться.
И застыть.
Передо мной стоял высокий парень с широкими плечами и крепкими руками. Его черные волосы были короче, чем раньше, а в зеленых глазах светилась знакомая искорка.
— Яр?.. — прошептала я, не веря.
Он рассмеялся — тот самый смех, который я слышала во сне все эти месяцы.
— Ну что, не узнала?
— Ты... ты стал... — я запнулась, чувствуя, как щеки горят. Где же тот худой нелепый парнишка?
— Красавчиком? — подмигнул он.
— Чудовищем! — фыркнула я, но не смогла сдержать улыбку.
Он протянул мне маленький букетик васильков.
— Это тебе. Я… Когда я на них смотрел, всегда вспоминал твои глаза.
Я взяла цветы, смущенно опустив взгляд.
— Они же синие, а у меня голубые…
— Нет, Аня, они у тебя не голубые, — перебил он. — А именно синие. Как небо перед грозой.
Я подняла на него глаза, и он вдруг шагнул ближе, быстро чмокнув меня в щеку. Это было так неожиданно и… странно.
— Дурак! — Я отпрыгнула, чувствуя, как жар разливается по всему лицу.
— Анна, подожди!
Но я уже бежала через двор, смеясь и прикрывая лицо руками. Он догнал меня за пару шагов, схватил за талию и начал щекотать.
— Прекрати! Ха-ха-ха! Яр, ну хватит!
— Ты первая начала! — Он отпустил меня, но не отошел.
Мы стояли так близко, что я чувствовала его дыхание. Он действительно изменился. И не только внешне.
— Теперь я во всем сильнее тебя, — заявил он, скрестив руки на груди. – Больше ты не сможешь меня победить, маленькая задира.
Он щелкнул меня по носу. И я фыркнула:
— Может, ноги ты и отрастил. Но плавать точно не научился. Наверняка все так же барахтаешься, как раненый медведь.
Яр на секунду нахмурился. А после протянул:
— О-о-о. — Его глаза загорелись азартом. — Это вызов?
— Да! Держу пари, что проиграешь!
— Ты ошибаешься, Аня, я теперь плаваю по-другому. Я теперь вообще другой, — эти его слова обожгли меня, а может, обожгла близость, я смутилась и слегка поправила волосы.
— Тогда… Пойдем проверим, – хмыкнула я, чувствуя, как внутри что-то собралось в тугой ком.
— Ну пойдем, — ухмыльнулся он. – Но потом не плачь.
И эта его улыбка, совсем другая… И мои чувства к нему… Они… Они все те же, но… совсем другие.
Анна, сейчас
— Нет, — призналась я. — Совсем не было времени.
Должно быть, Яр хотел смягчить удар перед тем, как я узнаю, какие будет иметь последствия драка Мира.
Дракон распахнул дверь в сад, и… я замерла на пороге.
Он был прекрасен.
Густые заросли трав и цветов, аккуратные дорожки, деревья, чьи кроны создавали узорчатые тени на земле. Все это было так не похоже на тот маленький садик, который я помнила из детства.
— Он разросся, — прошептала я, делая шаг вперед.
— Я привозила многие растения сам, — сказал Яр, — Вот это, например, — он указал на куст с нежными сиреневыми цветами, — растет только на южных склонах. А вон те травы из лесов за Черной рекой.
Я наклонилась, чтобы рассмотреть листья поближе.
— Ты собрал целую аптеку, — улыбнулась я. — Столько полезных трав для отваров...
— Помнишь, как мы здесь познакомились?
— Как же забыть, — рассмеялась я, воспоминания прямо встали перед глазами. — Ты тогда наступил прямо в грязевую яму и так забавно пыхтел, пытаясь из нее выбраться.
Тогда не было здесь сада, просто пустошь. Время было сложное, и люди больше думали об обороне, чем о красоте.
— А ты протянула мне руку, чтобы помочь, и сама чуть не упала, — добавил он, и этот его смех теплым эхом пронесся внутри меня.
Время как будто остановилось. Здесь было хорошо, но… я переживала за сына.
— Яр, что теперь будет? – спросила я.
И дракон нахмурился.
— Какие будут последствия после драки Мира?
Я замерла, ожидая тяжелого ответа. Благо Яр ответил быстро:
— Никаких не будет. Я поговорил уже с отцом этого мальчика и объяснил, что нельзя вести себя подобным образом. Это может иметь тяжелые последствия и для его отца. Ведь слова и поступки детей – всегда отражение их родителей.
— Яр, я просто не знаю, как тебя благодарить. — Внутри все разлилось таким теплом. – Ты просто благословение какое-то.
— Ой, да брось, Аня, я ничего не сделал…
— Нет, ты сделал… так многое сделал: и с местом помог, и за Мира заступился… Меня бы просто затоптали, если бы не ты.
Глаза предательски заслезились. Такое долгое время мы с Миром скитались, и никто не думал протянуть руку помощи, а Яр…
— Аня, ну что ты. — Яр сделал резкий выпад вперед и прижал меня. По телу разлилось тепло, а из глаз таки хлынули слезы. – Ты что…
— Я просто не справляюсь, – вырвалось у меня. – Миру нужен отец, мужская рука… А я… Я просто какая-то бестолковая.
— Не говори так! Слышишь? — Яр слегка отстранился и посмотрел прямо мне в глаза. — Ты сильная, ты мужественная. Посмотри на мальчишку, какой он храбрый, какой смышленый. Все это он взял от тебя! Дети – они… они всегда отражение родителей. Как и ты отражение своего отца.
Мы застыли, глядя в глаза друг другу. Сердце как-то очень уж шумно билось об ребра.
— Спасибо, – выдохнула я и… сделала шаг назад, чувствуя неловкость.
Посмотрела в сторону цветов, чтобы перевести дыхание. И наткнулась взглядом на небольшую клумбу с синими цветами.
— Васильки, — произнесла я.
— Да, васильки… цвета твоих глаз, — повторил Яр слова из нашего детства. Я вспоминала, как он дарил мне эти самые васильки с этими самыми словами… Он помнит?
Мы снова застыли, рассматривая друг друга, словно у каждого в голове была та самая сцена с васильками и… моим первым поцелуем? Нет, конечно же, поцелуем сложно назвать простое чмоканье в щечку. И все же…
— Я позвал тебя сюда, чтобы обсудить твою ситуацию с мужем, — как-то слишком уж резко вырвал меня из мыслей Яр. — Я написал другу о твоей ситуации. Он обещал помочь.
Сердце екнуло.
— Я... просто уже не знаю, как благодарить тебя, — искренне сказала я.
— Не стоит. Никак. Мы ведь друзья, Аня, не забывай об этом. Расскажи лучше, как прошел твой день?
Я вздохнула.
— Только по дороге, а то Мир умрет с голода. — Ведь он точно не будет есть без меня. Яр кивнул, и мы развернулись обратно.
По дороге я вкратце рассказала о «больных» курсантах. Яр слушал – то хмурясь, то улыбаясь.
— Это не дело, — наконец сказал он. — Я проведу с ними разговоры.
— Ты и так сделал для меня уже так много...
— Аня, — он посмотрел мне прямо в глаза, — я рад, что могу тебе помочь.
Эти слова согрели меня изнутри.
— И что Мартыныч рядом.
— Ох, без Мартыныча даже не представляю, как буду…
Мы встали возле двери.
— Да, он… он устал от Черни. Хотя терять такого лекаря совсем не хочется, но… Я над этим работаю.
— Работаешь? – удивилась я.
— Не хочу пока говорить. Если получится, то расскажу. — Яр улыбнулся, и мы снова застыли, рассматривая друг друга. Это все было так… странно.
— Спокойной ночи, — прервал наши гляделки Яр, и я смутилась оттого, что смотрела на него слишком долго.
— Спокойной ночи, — искренне ответила я.
Как только дверь закрылась, внутрь закралось какое-то теплое, но вместе с тем сосущее чувство.
— Мам, а сегодня пирогов нет, — грустно сказал Мир, и, увидев сынишку, который так и не притронулся к еде, я улыбнулась.
— Да. Пироги здесь дают только по третейникам, но для тебя у меня есть, – радостно сказала я, доставая из сумки подарок Мартыныча.
— Мама, ты… ты просто… звезда! – радостно закричал Мир, а я засмеялась. Вот она – простая мужская радость. В пирогах…
А моя радость… Моя радость в улыбке сына. Ведь рядом с ним даже вся усталость пропала. Хотя… Как будто бы я и забыла об усталости еще с Яром.
— Садись быстрее кушать, а то я уже умираю, — сказал Мир, вырывая меня из мыслей, и я быстро отправилась за стол.
Еще нужно было все обсудить и сделать уроки с Миром, а также выспаться… А то придут завтра опять мои больные, а мне еще придумывать, как им оказывать «первую помощь».
Все части внизу 👇
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Ненужная невеста, или Ошибка в Академии", Лана Кроу, Елена Смертная ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.
***
Что почитать еще:
***
Все части:
Часть 1 | Часть 2 | Часть 3 | Часть 4 | Часть 5 | Часть 6
Часть 7 - продолжение