Вопрос, сколько времени понадобится пираньям – 10 или 100 миллионов лет – чтобы вытеснить акул с просторов мирового океана, был задан в комментариях к статье о пираньях, названных там «самыми совершенными рыбами». И это хороший, интересный вопрос. Подходить к которому, однако, придётся очень издалека. Без этого ни сам вопрос, ни тем более ответ на него, понятны не будут.
Издалека же, поскольку большое видится на расстоянии, современная геологическая эра – кайнозой – является эпохой расцвета не только млекопитающих и птиц (о чём все знают). Расцвет сейчас переживают, занимая большее, чем когда-либо в прошлом, экологическое пространство, и создавая огромную биомассу,и многие другие таксоны. Например, насекомые. Но это понятно. Однако не только они. Современность – эпоха расцвета также для ракообразных и лучепёрых рыб. Те и другие океан просто заполонили.
Обратить внимание стоит и на суть понятий «расцвет» и «процветание». Взять, хотя бы, головоногих. Они очень хороши. Кальмары и осьминоги до изумления хитровыдуманные существа с развитой нервной системой, зрением и массой других адаптаций, часто вообще в других типах не встречающихся… Но переживают ли головоногие расцвет? Нет. Время их славы в прошлом. Даже два времени, – в ордовике и юрском периоде. Тогда головоногие ломили, – сначала против широкой коалиции членистоногих, а потом и против позвоночных. Однако теперь, – при всех своих потрясающих достоинствах и достижениях, о которых славные предки и мечтать не могли, – видно, что моллюски против современных лучепёрых рыб уже не тащат. А только кое-как держатся.
...Следовательно, о лучепёрых рыбах. Они очень долго, с силура ещё, запрягали, но затем, когда допилили свой пружинный скелет, показали всем, каким обитающее в воде жабродышащее животное быть должно. Слабостью класса, однако, и после этого осталось отсутствие каких-то других преимуществ. Например, способности разрывать крупную, которую целиком не проглотить, добычу на части. Хрящевые рыбы, – предки акул, – отлично научились делать это ещё в девоне. Лопастепёрые не научились вообще, искусство далось только некоторым из их сухопутных потомков. Лучепёрые же стали больно кусаться недавно, – пример, пираньи.
В статье же о пираньях говорилось, что в связанных бассейнах Амазонки и Ориноко, пираньевые – не суперхищники, не гроза всего живого, а унылые массовые рыбы, вроде карповых в северном полушарии. Они вообще не хищники, а в подавляющем большинстве всеядны, – это их главное достоинство, зубы позволяют жрать всё, чрезвычайно расширяя перечень доступных ресурсов… Но не суть. Прежде чем стравливать пираний с акулами в океане, стоит задаться вопросом, когда кусачие рыбы появятся в Москве-реке?
...Вообще не факт, что появятся. Карповые, как и некоторые другие пресноводные лучепёрые рыбы, овладели техникой расселения с помощью икры, липнущей к лапкам водоплавающих птиц. Но у большинства других пресноводных рыб, включая пираний, нет такой опции. В гигантском, самом большом в мире речном бассейне они процветают. Однако, интродукция (не намеренная, некоторых пираньевых содержат в аквариумах, как декоративных рыбок) в реки Северной Америки показала, что даже в тропиках, пираньи, максимум выживают, но не добиваются успеха. И тем более не устраивают резню аборигенам.
Без расселения по воздуху пираньевые образуют крошечные изолированные популяции, и у них просто недостаточно мутаций, чтобы быстро адаптироваться, конкурируя с сильными таксонами… И это, – к вопросу о зубах. Скорее карповые независимо откроют технику укуса, – и они к этому идут, – чем пираньевые технику путешествий на птицах.
...Что же касается акул, то они уже имеют против себя барракуд. У которых с укусом всё в порядке. При характерном размере, – бывают до двух метров, – но чаще полметра, барракуда способна наносить куда более неприятные укусы, чем мелкая акула. То есть, барракуда не просто кусается, как акула с 400 миллионами лет практики, – она это лучше делает (что, кстати, и про пираний можно сказать). Однако пока хрящевые остаются хозяевами положения.
Ну как, «хозяевами»? Мелкая акула это нонсенс. Хотя, такие и есть, – черноморские катраны, например. Но около 20 миллионов лет назад, – при весьма загадочных обстоятельствах, – акулы средние ярусы пищевой пирамиды в море лучепёрым сдали. Однако, на верхних держатся уверенно.
Держатся, хотя крупные лучепёрые рыбы тоже есть, – и многие процветают, как меч-рыбы или тунцы. Но те и другие с акулами не конкурируют, – зубами не вышли, – охотясь на добычу мелкую. Тем не менее, это крутые рыбы. Рыба-меч, например, способна развивать скорость до 100 километров в час, и уже ограниченно-теплокровна, – постоянно поддерживает повышенную температуру мозга и глаз. Тунец же славен своей густо-красной, почти как у сухопутных животных, кровью. И черными от обилия капилляров мышцами… И, опять-таки, подобного нет у барракуд, но если бы у меч-рыбы были челюсти, как у барракуды…
...Тогда бы она смогла биться на равных с сельдяными акулами. Те тоже могут и в теплокровие (правда, по другому механизму, тепло аккумулируется в работающих мышцах, повышая скорость химических реакций), и в 100 километров в час. Даже в 110. Набирает за две секунды, чтобы меч-рыбу догнать… Это, правда, в рывке, так что за китообразных обижаться не надо, – им так быстро плавать просто не требуется. Тем не менее, кусачая лучепёрая рыба, – даже форсированная, – очевидных преимуществ сравнительно с акулой иметь не будет… Это же тоже в край зафорсированная, последней модели акула, предки которой уже 40 миллионов лет делят море с млекопитающими… Непонятно чем дело кончится.
Следовательно, остаётся вопрос, почему лучепёрая рыба на максималках не получается лучше, чем хрящевая на максималках. Хотя, по идее, должна бы, – лучепёрая же. Лучший, идеальный для плавающего животного скелет…
Не получается, потому что – на максималках. Сюда же и размер входит. А пружинные свойства скелета лучепёрых бесконечно не масштабируются. Как наружный скелет членистоногих не только не плох, но даже хорош для совсем маленького животного, так и скелет лучеперой рыбы хорош – для селёдки. Даже для форели. Однако, и в пресных водах самые крупные рыбы или осетровые, или арапаимы, – те и другие лучепёрые, но совсем старых моделей. Без преимуществ класса, поскольку при крупных размерах это не преимущества.
И тут можно вспомнить лидсихиса. Занять нишу гигантских фильтраторов лучепёрые пробовали первыми. Но получилось-то это – позже – у китовых и гигантских акул.
