При виде некоторых детских портретов нас охватывает необъяснимое беспокойство. Эта тревога, словно холодок по коже, возникает не просто так — за образами ангельских лиц порой скрываются мрачные истории, превратившие картины в легенды о проклятиях. Эти полотна будто несут в себе отголоски реальных трагедий, заставляя зрителей чувствовать подсознательный страх перед, казалось бы, невинным сюжетом.
Одной из самых известных «проклятых» картин является серия работ итальянского художника Джованни Браголина (настоящее имя — Бруно Амадио), изображающих плачущих детей. Особую печальную славу снискал «Плачущий мальчик» — дешевая репродукция, которая в 1950-х и 1960-х годах массово продавалась в Великобритании и других странах.
В 1985 году британская газета The Sun опубликовала историю, которая породила легенду о проклятии. В доме семьи Халлов в Ротерхэме (Англия) случился сильный пожар, который начался на кухне и уничтожил практически всё. Однако на почерневшей стене невредимой осталась висеть репродукция «Плачущего мальчика». После этой публикации в редакцию хлынул поток писем от читателей, которые утверждали, что после приобретения этой картины в их домах тоже случались пожары или иные несчастья. Одна женщина, купившая репродукцию в 1959 году, писала, что с тех пор потеряла мужа и троих сыновей, и задавалась вопросом, не проклята ли картина.
Панику подогревали сообщения о том, что репродукции невероятно огнестойки. Очевидцы рассказывали, что пытались сжечь их, но безуспешно — даже после часа в костре репродукция почти не повреждалась. Некоторые пожарные подтверждали, что не раз находили неповрежденные копии «Плачущего мальчика» на пепелищах.
Редактор The Sun Кельвин Маккензи ухватился за эту историю как за сенсацию. Газета активно использовала слова «проклятие», «ужас» и «страх», формируя в обществе тревогу. Со временем паника достигла такого масштаба, что The Sun организовала публичное сожжение сотен присланных читателями репродукций, объявив о снятии проклятия. Пожарные службы и скептики же объясняли выживание картин тем, что они были напечатаны на очень плотной, тяжеловоспламеняемой бумаге. Огнестойкость была не мистикой, а свойством материала. А большое количество пожаров в домах с этими картинами объяснялось просто их огромным тиражом (только в Великобритании было продано около 50 000 копий) и частым несоблюдением правил пожарной безопасности.
Для объяснения «проклятия» возникла популярная легенда. Согласно ей, Браголин, чтобы добиться реалистичных слез, жестоко обращался с детьми-моделями — например, пугал мальчика зажженными спичками. В отместку ребенок якобы проклял картину, пожелав, «чтобы она горела». По другой версии, сам мальчик был сиротой, которого преследовали несчастья с огнем...
Другим известным «проклятым» детским портретом является картина «Любовные письма». В роскошном отеле Driskill в Остине (Техас) висит современная репродукция работы Чарльза Тревора Гарланда, созданная художником Ричардом Кингом. На ней изображена юная девочка с букетом цветов и письмом в руках.
Легенда связывает этот образ с реальной трагедией. В 1887 году в этом отеле погибла четырехлетняя Саманта Хьюстон, дочь сенатора США. Девочка, игравшая с мячом, упала с лестницы и разбилась насмерть. Поскольку внешность Саманты была похожа на изображенную на картине девочку, многие верят, что дух ребенка вселился в это произведение искусства. Посетители и сотрудники отеля иногда жалуются на странные ощущения, глядя на портрет, а некоторые утверждают, что выражение лица девочки, кажется, меняется.
Еще один тревожный образ можно встретить на картине «Руки сопротивляются ему» (художник - Билл Стоунхэм). На этой жутковатой работе изображены мальчик и кукла, стоящие перед стеклянной дверью, за которой видны многочисленные детские ладони. Художник объяснил, что мальчик — это он сам в детстве, а руки символизируют загробную жизнь. Картина печально известна тем, что несколько ее владельцев якобы столкнулись с чередой неудач, что породило слухи о проклятии...
Так почему детские портреты кажутся нам проклятыми? Тревога, вызываемая такими изображениями, коренится в глубоких психологических и культурных пластах. Детство ассоциируется с невинностью, радостью и чистотой. Изображение ребенка в контексте страдания, слез или смерти создает мощный когнитивный диссонанс, который наш мозг воспринимает как угрозу.
Вера в то, что портрет (особенно падающий со стены) может быть предвестником смерти, — старое и распространенное суеверие. Таблоидная пресса, как в случае с «Плачущим мальчиком», умело раздувает такие истории, превращая единичные совпадения в масштабные городские легенды. Часто легенды о проклятии подпитываются реальными, но оторванными от полотна трагедиями (как смерть Саманты в отеле Driskill) или слухами о жестокости при создании картины. Зритель подсознательно считывает эту «тень» истории, что и рождает беспокойство. Рациональные объяснения часто оказываются простыми: огнестойкие материалы, статистические совпадения, человеческая небрежность. Но тайна и жажда мистического заставляют нас вновь и вновь всматриваться в эти детские лица, пытаясь разгадать, что же в них такого, от чего по спине бегут мурашки. В конечном счете, самое сильное «проклятие» может заключаться не в самих картинах, а в нашей готовности верить в необъяснимое.
Спасибо, что дочитали до конца! ✅
❗️МОЯ КНИГА "СВЯТЫЕ ГРЕШНИЦЫ. ЖЕНСКИЕ СУДЬБЫ В ПИСАНИИ" УЖЕ В ПРОДАЖЕ. Купить книгу можно на ВБ , ОЗОН, а также в книжных магазинах Читай-город и Буквоед ❗️
Если вам понравилась статья, ставьте лайк и не забудьте подписаться:) Еще больше интересного про искусство простым языком в тг-канале.
Мои статьи, которые могут вас заинтересовать: