Бронированные слоны, рыцарские дестрие, боевые псы, верблюды и даже ягуары. Кого только не использовал человек на войне против ближнего своего. А вот интересно, случалось ли такое, чтобы на поле боя выходило совершенно уже не приспособленное для нормальной войны животное? Например, свинья. Ну а почему бы и нет? Ведь и лошадь, и верблюд тоже так-то животные не сильно воинственные.
К тому же все мы когда-то давно, еще в школе, слышали про то, что во времена Древнего Рима кто-то на кого-то выпускал боевых свиней и их вроде даже поджигал перед атакой. Правда, представить себе такое боевое подразделение в битве довольно сложно. Не очень понятно, где вообще брать дрессированных свиней. А если не дрессированных, то как их заставить бежать в стороны врага? А чем их кормить в походе? А какой это вообще род войск? Пехота? Кавалерия? Может быть, спецназ?
Но, с другой стороны, чего только не случалось в этой вашей древней Античности. И вот для того, чтобы разобраться, как там в реальности обстояли дела с боевыми свиньями, мы с тобой, дорогой друг, и присмотримся ко всей этой истории повнимательнее.
Разрушая интригу с самого начала. Да, свиней действительно использовали в сражениях времен Античности. И нет, таких боевых подразделений не в одной армии не было. На этом месте, самый нетерпеливый читатель немедленно удивится, — как так, в бою свиней использовали, а свинского вида войск никогда не существовало? Да все очень просто, все известные нам случаи появления свинины на поле боя это чистая импровизация и местная самодеятельность. Никто специально не тренировал свиней и не вел с собою на войну, как это бывало, делали с боевыми псами. Ну, по крайней мере, мы не знаем ни одного подобного случая.
Всего же, со времен седой Античности мы достоверно знаем о трех сражениях, в которых принимали участие наши сегодняшние герои. И всегда, появление свиней в сражении было теснейшим образом связано с наличием у противника боевых слонов, с которыми конкретно здесь и сейчас было неясно, что делать.
Впервые об использовании хрюшек как узкоспециализированного противослоновьего оружия нам рассказывает Эллиан, повествуя о временах Пирровой войны. Столкнувшись с отлично натренированной элефантерией эпирского царя и все еще не очень понимая, что с ней делать, квириты, никогда не чуждавшиеся перенимать полезный опыт как у друзей, так и у противников, поступили в соответствии с наставлениями Сенеки и прочих римских и греческих философов. Со всей ответственностью утверждавших, что слоны должны бояться баранов и свиней.
- Огромные стада диких животных не решаются переступить через веревку, к которой привязаны перья, и загоняются таким образом в засаду; эта веревка так и называется formido — "ужас". Тут нет ничего удивительного: неразумные существа боятся пустяков. Движение колесницы и вращение ее колес заставляет львов забиваться назад в клетку; слоны пугаются поросячьего визга (Сенека).
Перед битвой при Беневенте, легионеры, уже понимавшие, что из себя представляют в бою эпирские слоны и не желающие повторной с ними встречи, где-то раздобыли свиное стадо. После чего, каким-то чудом загнав его на поле боя, пинками, криками и уколами копий, направили его в сторону наступающих на них слонов. Про само сражение мы знаем не очень много. Единственное, о чем мы можем говорить, совершенно точно, что слоны, напуганные свиньями и огненными стрелами, до римской пехоты так и не дошли.
- Слоны боятся рогатых баранов и свинячьего визга. Этим средством, римляне обратили в бегство слонов Пирра Эпирского и добились славной победы. Этих же животных побеждает женская красота и усмиряет их нрав, совершенно поглощенных прекрасным зрелищем. И в Александрии Египетской, говорят, слон был соперником Аристофана Византийского в любви к женщине, которая занималась плетением гирлянд. Слон также любит всякого рода ароматы и очаровывается запахами духов и цветов. (Элиан. "О природе животных").
На самом деле неясно, чего бронированные гиганты испугались больше и испугались ли вообще. Тем не менее, именно в этом сражении свинское воинство впервые одержало свою маленькую победу. О которой вспомнили через несколько лет, во время осады Мегары македонским царем Антигоном во время Хремонидовой войны 267-261 годов до н. э.
Война эта, с самого начала шла для правителя Македонии не то чтобы очень хорошо. Коалиция Спарты, Афин и Египта, каждого из которых Антигон успел уже задолбать своими претензиями и войнами, не только смогли выставить большую союзную армию, но и перекупили наёмников македонского царя, включая и тех, кто стоял гарнизоном в Мегаре - важной крепости, прикрывавшей Пелопонесс от вторжения. И вот это была наглость, мириться с которой наследник Александра Великого не собирался. Стремительным броском, македонская армия, включавшая в себя кроме фалангитов, пельтастов и всадников, также боевых слонов, выдвинулась к стенам Мегары, где и застала переметнувшихся наемников и их новых друзей буквально со спущенными штанами.
В крепости, несмотря на большой военный контингент, не было ни легкой пехоты, ни кавалерии способной бороться с боевыми слонами. А выставлять против них наемную фалангу было опасно. Слоны легко разрушили бы ряды наемников. Идущая же вслед за ними фаланга не оставила бы и тени надежды своим вчерашним союзникам. Казалось, разгром неминуем, но тут осажденным на глаза попалось свиное стадо.
Я уже писал ранее, что слон боится свинью; хочу рассказать, что случилось в Мегаре когда мегарян осаждал Антигон, а история, которую я должен рассказать, вот такая. Когда македоняне сильно наседали, они намазали несколько свиней жидкой смолой, подожгли их и пустили против врага. Подстрекаемые болью и визжа от ожогов, свиньи напали на отряд слонов, сводя тех с ума и ввергая в страшную путаницу. Так слоны разорвали ряды и потеряли управляемость несмотря на дрессировку, поскольку они были унижены, либо потому, что слоны вследствие некого инстинкта ненавидят свиней, либо потому, что испугались пронзительных и резких визгов. В результате те кто дрессирует молодых слонов, осознавая это, содержат свиней вместе с ними, с тем чтобы, так сказать, содержась в общем стаде, слоны научились бы их не боятся. (Элиан. "О природе животных").
Элифантерия, тренированная правильной войне с нормальным противником, столкнувшись со стадом горящих и орущих, подобно обезумевшим гарпиям, свиней, просто испугалась. Слоны, несмотря на свои размеры и долгие годы тренировок, попав в пугающую, непривычную среду и обнаружив себя в эпицентре огня и бешеного визга, решили не испытывать судьбу и откатились назад. Через ряды своей собственной пехоты.
Понятно, что, лишившись вышедших из боя слонов и потерявшую строй фалангу, которой требовалось время, чтобы восстановить ряды и снова начать наступать, Антигон не смог выиграть эту конкретную схватку. Но осажденную Мегару это не спасло. Непонятно, использовались ли дальше в сражении у стен крепости слоны, а если использовались, то успели ли их приучить к вспышкам огня и свиному визгу. Но уже вскоре стены, укрывавшие за собой предателей, пали. Наемники были разгромлены, а вскоре и вся Хремонидова война завершилась в пользу македонского царя.
Третий известный нам случай применения противослоновьих свиней, приходится на времена Римско-персидских войн, а точнее на 260 год, когда непобедимая армия Шапура I шахншаха и правителя империи Сасанидов взяла в осаду Эдессу - древний город, расположившийся неподалеку от восточных границ Римской империи. Внутри его засели наглые римляне, но могущество армии царя царей было так велико, что в победе над квиритами никто не сомневался.
После короткой подготовки, персы поперли в атаку. Захватив с собой только штурмовые лестницы, веревки и самых больших бронированных слонов, которых, зная, что у осажденных нет в крепости артиллерии, собирались использовать в качество самоходных осадных башен. И в начале казалось, что их ждет быстрый успех. Ну, по крайней мере, на одном из участков атакуемых стен, куда они притащили самого здоровенного слона.
- Когда Хозров и войско персов штурмовали стены Эдессы, то один слон, на которого сел большой отряд самых воинственных персов, представляя собой своего рода военную машину – "градорушительницу", был подведен к стене. Казалось вполне вероятным, что, одолев при его помощи тех, которые защищались с башни, и поражая их частыми ударами в голову, персы скоро возьмут город. Но римляне избегли этой опасности, повесив на башне поросенка. Повешенный за ногу поросенок естественно стал неистово визжать; приведенный этим в ярость слон перестал слушаться и вскоре стал отступать и ушел назад. Вот что случилось там. (Прокопий Кесарийский. "Война с готами").
Вот такой вот, с позволения сказать военно-тактический прием. Не имея никаких средств борьбы с бронированным гигантом, легионеры вспомнили славную атаку свиней при Беневенте. Но так как целого стада свиней они в осажденном городе, во-первых, просто не нашли, а во-вторых, было не очень понятно, как пугать ими слонов, находящихся за стенами, было принято решение действовать адресно.
Визжащего от страха поросенка, привязали к длинной палке и показали слону, который как раз подошел к стене, чтобы дать возможность сидящим на нем лучникам и метателям очистить ее от защитников. И точно так же, как и до этого, оказавшись в непосредственной близости от голосящей свиньи, слон, специально натренированный для того, чтобы топтать людей и коней и без колебаний переть на копья, решил, - да ну ее нахрен, эту истеричку! После чего, со всей возможной скоростью ретировался с поля боя, сорвав так удачно начавшийся штурм.
И, кстати, снова локальный успех, достигнутый грамотным введением в бой свинского спецназа, не привел к общей победе. Эдессу Шапур I довольно быстро взял, перебив и пленив при этом множество римлян. Был схвачен и пленён даже император Валериан, спину которого царь царей после этого, говорят, использовал в качестве подставки, когда садился на лошадь.
Вот так и получается, что боевые свиньи действительно существовали и даже случалось, что были небесполезны на поле боя. Вот только говорить о них как о хоть сколько-то постоянных подразделениях невозможно. Все военные успехи свинского рода войск - это всегда история вынужденного использования того, что есть под рукой, смекалки и удачного стечения обстоятельств.
А на этом все. О боевых свиньях, что были настолько свирепы, что их боялись даже слоны, мне вам рассказать больше нечего.