– Ой, ну это же практично!
Свекровь всплеснула руками. На столе стояла сковородка. Моя сковородка. Мой подарок на день рождения.
Тридцать два года мне исполнилось. Восемь месяцев в браке. И муж решил, что лучший подарок – посуда.
Олег улыбался. Довольный такой. Будто айфон подарил.
– Тефлоновая, – сказал он. – Дорогая. Четыре тысячи.
Четыре тысячи. На мой день рождения. При том что неделю назад он купил себе наушники за двенадцать.
Я посмотрела на сковородку. Чёрная, блестящая, с красной ручкой. Красивая, если честно. Но это же сковородка.
– Спасибо, – сказала я.
А что ещё скажешь? Свекровь рядом сидит. Гости пришли. Не устраивать же скандал.
Вечером, когда все разошлись, я попробовала поговорить.
– Олег, – начала я. – Мне приятно, что ты подумал о доме. Но на день рождения хочется чего-то личного. Понимаешь?
Он смотрел на меня так, будто я на марсианском заговорила.
– Личного? – переспросил он. – Ты же сама жаловалась, что старая сковорода пригорает.
– Жаловалась. Но это не значит, что я хочу её в подарок.
– Не понимаю, – он пожал плечами. – Нормальный подарок. Практичный. Ты пользоваться будешь каждый день.
Я пользоваться буду. Каждый день. Готовить ему завтраки и ужины.
Тогда я подумала – ладно. Первый раз. Может, не понял. Объясню ещё раз, и всё наладится.
Не наладилось.
***
Новый год. Под ёлкой коробка. Красивая, с бантом.
Я развернула – миксер.
– Мощный, – сказал Олег. – Будешь крем взбивать.
Крем взбивать. На праздники. Ему торты печь.
Восьмое марта – блендер. День рождения – мультиварка. Следующий Новый год – набор кастрюль.
Шесть лет. Двадцать четыре праздника. Двадцать четыре единицы бытовой техники и посуды.
Я считала. Специально. Завела список в телефоне.
Вот только бывший муж считал иначе: Бывший муж требовал вернуть подарки — "Я их покупал". Включая вещи, подаренные на день рож
Три сковородки разного размера. Два миксера – один сломался, он купил второй. Блендер погружной. Мультиварка на пять литров. Аэрогриль. Хлебопечка, которой я пользовалась ровно два раза. Набор ножей японских. Кастрюли – целых четыре штуки. Формы для выпечки. Силиконовые. Скатерти. Фартуки – три штуки, один с надписью «Лучшая жена».
Лучшая жена. С фартуком и сковородкой.
А себе за это время он купил: часы за сорок пять тысяч, два смартфона, ноутбук, игровую приставку, велосипед.
Я как-то посчитала. На себя за шесть лет он потратил около трёхсот тысяч. На мои подарки – тысяч сорок. И все эти сорок – в общий дом.
Лена, подруга моя, спросила однажды:
– А ты ему что даришь?
Я задумалась. Духи, которые он любит. Свитер кашемировый на прошлый день рождения. Часы на годовщину – да, те самые за сорок пять. Это был мой подарок.
– Вещи для него лично, – ответила я.
– А он тебе?
– Вещи для дома.
Лена помолчала.
– Ты ему говорила?
Говорила ли я. Да я талдычила каждый праздник.
После мультиварки:
– Олег, я хочу что-то для себя. Не для кухни. Для меня.
После хлебопечки:
– Пожалуйста. Хоть раз. Духи. Книгу. Что угодно.
После аэрогриля:
– Я не повар. Я твоя жена. Я хочу чувствовать себя женщиной, а не обслуживающим персоналом.
Каждый раз одно и то же:
– Ну это же практично! Ты пользуешься каждый день.
Практично. Это слово я возненавидела.
Свекровь подливала масла в огонь. Каждый праздник – один и тот же спектакль:
– Ой, какой Олежек молодец! Думает о семье! Не побрякушки всякие, а полезные вещи!
И муж расцветал от её слов. А я сидела с очередной сковородкой и улыбалась. Потому что что ещё делать?
Однажды я не выдержала.
– А почему себе он покупает не практичное? – спросила я свекровь. – Часы за сорок пять тысяч – это практично?
А вот когда я попробовала посчитать её траты: "Ты мелочная!": свекровь обиделась, когда я посчитала, во сколько нам обходятся её «лекарс
Галина Петровна посмотрела на меня как на предательницу.
– Он мужчина. Он зарабатывает. Имеет право.
Имеет право. А я, значит, не имею.
Я работаю. Не меньше его. Иногда больше – у меня частые переработки. Но почему-то он имеет право на часы, а я – на сковородку.
***
Мне исполнилось тридцать пять.
Юбилей. Круглая дата. Я ждала. Надеялась. Ну хоть на юбилей-то можно что-то особенное?
Гости собрались. Родители мои приехали из другого города. Подруги пришли. Олег торжественно вынес коробку.
Большую коробку. Красивую.
Я почувствовала, как сердце забилось. Может, в этот раз?
Развернула.
Блендер. Погружной. С насадками.
Олег сиял.
– Крутой! Десять скоростей!
Я смотрела на блендер. Гости смотрели на меня. Мама отвела глаза. Отец кашлянул.
Лена потом рассказывала – у меня лицо стало белым. Совсем.
Свекровь захлопала в ладоши:
– Отличный подарок! Будешь супы-пюре делать!
Супы-пюре. На свой тридцатипятилетний юбилей я получила прибор для супов-пюре.
Я встала.
– Спасибо, – сказала я. – Мне нужно выйти.
И вышла. На балкон. Закрыла за собой дверь.
Стояла там минут двадцать. Смотрела на город, на огни в окнах, на машины внизу. И думала: как так вышло? Восемь лет вместе. Шесть лет объясняю одно и то же. Разными словами, в разное время, спокойно и со слезами. И ничего не меняется.
Руки дрожали. От холода или от обиды – не разобрать.
Вернулась, улыбалась, принимала поздравления. Но внутри что-то сломалось.
Вечером Олег спросил:
– Ты чего такая? Подарок не понравился?
Я посмотрела на него. Долго смотрела.
– Олег, – сказала я спокойно. – Шесть лет. Двадцать четыре праздника. Ни одного подарка для меня лично. Только техника для дома. Я просила, объясняла, умоляла. Ты не слышишь.
– Опять началось, – он закатил глаза. – Я деньги трачу, между прочим. Не дешёвые вещи покупаю.
– Ты покупаешь вещи для дома. Не для меня.
– Ты в этом доме живёшь!
– И готовлю в нём. Для тебя.
Он махнул рукой.
– Надоело. Вечно тебе всё не так.
Ушёл в другую комнату. Играть в приставку. Которую он себе купил. Для себя лично.
А я осталась с блендером.
***
Прошёл ещё год. Новый год – электровафельница. Восьмое марта – набор прихваток. Мой день рождения – сервиз.
Сервиз, Карл. На тридцать шесть лет. Двенадцать тарелок и двенадцать чашек.
Я уже не говорила ничего. Просто принимала. Говорила спасибо. Убирала в шкаф.
Но внутри зрело что-то. Какая-то злая решимость.
Приближался юбилей Олега. Сорок лет. Круглая дата.
Свекровь звонила каждый день:
– Марина, ты что подаришь? Надо что-то особенное! Сорок лет – это серьёзно!
Что-то особенное. Серьёзно.
Я думала. Долго думала.
Сначала хотела купить нормальный подарок. Привычно. Как всегда. Дорогой парфюм, хорошую вещь.
А потом...
Потом я зашла в супермаркет. И увидела полку с наборами для бритья. Дешёвые такие. Пена, станок, лосьон. Пятьсот рублей.
И что-то внутри щёлкнуло.
Шесть лет. Он шесть лет дарит мне посуду. Практичные подарки. Полезные в хозяйстве.
А что полезного для него? Чем он пользуется каждый день?
Бреется.
Я взяла набор. Пятьсот рублей. Пена, станок одноразовый, лосьон.
Дома упаковала в красивую бумагу. С бантом.
Лена позвонила накануне:
– Ты что ему подаришь?
– Сюрприз, – ответила я.
– Дорогой?
Я засмеялась. Впервые за долгое время – искренне.
– Очень практичный.
***
День рождения Олега.
Ресторан. Гости. Родители его, родители мои, друзья, коллеги. Человек тридцать.
Сорок лет – это серьёзно. Свекровь постаралась. Банкет на широкую ногу. Официанты, живая музыка, три перемены блюд.
Олег сидел во главе стола. Довольный, улыбающийся, в новом костюме. Принимал подарки один за другим.
Отец его подарил конверт с деньгами. Мама – золотые запонки. Друзья скинулись на какой-то гаджет.
Моя очередь.
Я встала. Взяла свёрток. Подошла к мужу.
– С юбилеем, дорогой, – сказала я громко, чтобы все слышали. – Практичный подарок. Будешь пользоваться каждый день.
Олег заулыбался. Взял коробку. Начал разворачивать.
Бумага зашуршала. Бант упал на пол.
Он открыл коробку.
Тишина.
Олег смотрел на набор для бритья. Пена. Станок. Лосьон. Ценник я не отклеила специально – пятьсот рублей.
Поднял глаза на меня.
– Это что?
– Подарок, – ответила я спокойно. – Ты же любишь практичные вещи. Бриться надо каждый день. Вот я и подумала – самое то.
Его лицо. Надо было видеть его лицо.
Сначала непонимание. Потом осознание. Потом злость.
– Ты издеваешься?
– Нет, – я пожала плечами. – Просто следую твоей логике. Шесть лет ты даришь мне сковородки и миксеры. Практично, говоришь. Полезно. Каждый день пользуюсь.
Свекровь ахнула.
– Марина! Это же юбилей!
– Мой юбилей тоже был, – ответила я. – Тридцать пять лет. Я получила блендер.
Олег встал.
– Ты специально? При всех?
– А ты не специально? При всех дарил мне кухонную технику? Шесть лет подряд?
– Это другое!
– Почему?
Он открыл рот. Закрыл. Не нашёл что ответить.
Гости молчали. Кто-то смотрел в тарелку. Кто-то переглядывался. Мама моя едва заметно кивнула мне.
– Ты испортила мне праздник, – процедил Олег.
– Ты испортил мне двадцать четыре праздника, – ответила я. – Шесть лет. Я говорила. Просила. Объясняла. Ты не слышал. Может, теперь услышишь.
Села на своё место. Взяла бокал вина. Руки не дрожали. Странно – я думала, будут.
Внутри было пусто. И легко.
Олег просидел остаток вечера молча. Свекровь бросала на меня испепеляющие взгляды. Друзья пытались разрядить обстановку.
Когда гости разошлись, Олег сказал:
– Ты меня унизила.
– А ты меня не унижал? Каждый праздник? – спросила я.
Он не ответил.
***
Прошла неделя.
Олег спит в другой комнате. Разговариваем только по делу. Свекровь звонит каждый день – рассказывает всем, какая я «неблагодарная».
А я сплю спокойно. Впервые за шесть лет.
Не знаю, что будет дальше. Может, он поймёт. Может, нет. Может, это конец нашего брака.
Но я больше не могу делать вид, что всё нормально. Двадцать четыре сковородки и миксера – это не норма. Это неуважение.
Или нет?
Подруги разделились. Лена говорит – молодец, давно пора. Другие считают – на юбилей не стоило, можно было поговорить в другой день.
А я не знаю. Шесть лет разговоров ни к чему не привели. Может, такой урок дойдёт?
Вот и думаю теперь. Правильно я сделала? Или надо было терпеть дальше?
Что скажете, девочки? Зря я так ? Или он сам напросился?
Редакция рекомендует: