Пока ждал того самого хирурга, которого он даже не успел заподозрить в непрофессионализме, в голове крутилось за раз разом только одно «несколько прерываний».
Его стараниями Варя лишилась ребёнка, который был бы наверняка нужен и любим, а в это время он готов был положить на алтарь Яны даже собственную жизнь.
Странно, но о том, как она станет выглядеть после несостоявшейся операции, Кириллу почти не думалось. Эти мысли существовали где-то на периферии его сознания, мало относясь к той реальности, которая буквально кричала: беги от этой женщины. Всё уже в прошлом.
- Кирилл Алексеевич, добрый день. Давайте сразу к делу.
В кабинет, где он ожидал объяснений, вошёл мужчина, который тут же решил расставить все акценты. Он указал на стул, на который Бирюков и опустился.
Поправил очки на носу и стал вещать какими-то терминами, из которых Кир знал только отдельные слова вроде «анестезия» и «отёк».
- Подождите, подождите, - взмолился Бирюков довольно скоро. - Можно как-то это всё рассказать… обычным языком?
Он спросил об этом и добавил:
- Девушка, которая меня сюда провожала, сказала, что дело в образе жизни Яны… Она много пила, это я знаю. И в операционных вмешательствах…
Прозвучало как-то растерянно, но Кирилл понимал, почему именно так происходит. Мир вокруг стал чужим и нереальным. Показалось даже, что Кир что-то упустил, и теперь даже сказать не может точно, когда его поместили в эти странные декорации.
- Кристине нужно меньше говорить о том, в чём она не разбирается, - буркнул врач, но сделал это беззлобно. - В целом, она верно сказала. У Яны Владимировны организм был изношен. В том числе и оперативными вмешательствами… Предыдущая коррекция внешности, абразии, вредные привычки. Анализы хоть и были в норме, но во время операции возникла внештатная ситуация. Нам пришлось остановить процесс, так что ювелирной работы не получилось, как вы понимаете.
Он развёл руками, а Кирилл так и прочёл: скажите спасибо, что жизнь сохранили.
- Она сейчас в сознании? Уже знает, что случилось? - спросил Бирюков тихо.
Бессмысленно было даже надеяться на то, что Яна воспримет всё это как норму. А учитывая, что сейчас ни один хирург в здравом уме за исправление не возьмётся, Кирилл даже не предполагал, в какой степени отчаяния будет та женщина, ради которой он предал семью.
- Нет, она ещё спит. Мы сразу позвонили вам, Кирилл Алексеевич. Вы можете её навестить, только быстро.
Вот уж, по правде говоря, чего бы Бирюков предпочёл избежать, так это походов в реанимации или куда там ещё. Но раз он здесь, и у него имеется какая-никакая ответственность перед Яной, будет глупо мчаться в ночь, заявив, что есть дела поважнее.
- Да, если только быстро, - пробормотал он, и они с врачом покинули кабинет.
Ему выдали халат, он вымыл руки и нацепил маску. Когда входил к Яне, чувство, что он спит и видит сон, стало зашкаливать. Но Кирилл заставил себя подойти к кровати и посмотреть…
Отёк, о котором ему говорили, был настолько сильным, что он даже не узнал Яну. Вокруг головы её были намотаны бинты, во рту - трубка… А кожа, которую он видел, превратилась в натянутую донельзя «резину».
- Это всё спадёт… Позже. Но останутся шрамы… Вы увидите их через время, сейчас мы не можем убрать повязки.
Услышав это, Кирилл подумал о том, что перед ним будто бы держат отчёт о том, что сделано в ответ на финансовые вливания, которые Бирюков совершил.
Боялись судов и прочего? В принципе, можно было попробовать что-то сделать по этой части, если бы не одно «но». Он сам не раз заставал Яну с бутылкой наперевес. И как сказались её возлияния на здоровье, не знал никто. Операция лишь подтвердила поговорку «Где тонко - там и рвётся».
- Хорошо, - просто сказал Кирилл, и это слово прозвучало невпопад. - Когда она придёт в себя - позвоните. А сейчас пусть отдыхает.
Они покинули это скорбное место, и Кир, оказавшись в точно таком же больничном, но свободном от присутствия Яны коридоре, перевёл дух.
Смысла предполагать, как дальше повернётся эта история, он не видел. Но подозревал, что не ждёт ни его, ни Яну ничего хорошего.
- Мы обязательно позвоним, - заверил его врач, когда они вышли в холл. Здесь было тихо и спокойно, и Бирюков окончательно успокоился.
И понял, что особо его это всё не трогает. Нет желания бегать по больнице, рвать волосы на голове и взывать к небесам в крике: «За что вы так со мной?»
Всякое случается. В подобных сферах - тем более.
Распрощавшись с врачом, Кирилл поехал домой. Когда зашёл в огромный особняк, такой беззвучный, что от этой глухоты даже в ушах звенело, в очередной раз почувствовал всю тленность бытия, созданного его же руками.
Вари нет. Нет плача или агуканья Вероники. Нет ничего, что раньше делало его жизнь наполненной смыслом.
А теперь ещё и следовало крепко подумать о том, как действовать дальше. Ведь если сейчас он бросится в атаку, чтобы вернуть жену, чего доброго она решит, что это из-за произошедшего с Яной.
Дескать, любовницу изуродовали, так что можно и к супруге под бочок…
А если этого не сделать, то развод неминуем, а там и новый муж у Вари появится, даже к бабке не ходи…
Поднявшись в спальню, Кирилл достал из шкафа футболку жены. Она оставила её здесь, а может, просто забыла.
А у него, когда обнаружил вещь, принадлежащую Варе, рука не поднялась её выбросить.
Сейчас, когда поднёс к лицу и вздохнул аромат её духов, который до сих пор не выветрился, он почувствовал себя так, словно возвращался из кошмара в нормальность.
Жаль только, что к этому моменту, он уже успел очень сильно набедокурить…
Утро ворвалось в сознание Кирилла пониманием, что он очень хорошо выспался, а ещё сообщением от юриста. Оказалось, что пока он был погружён в свои переживания по поводу Вари и того, каких дел наворотил, жена успела очень далеко продвинуться в вопросах их развода.
Ему пришли все документы, а первое заседание было не за горами.
Новости на данную тему очень встряхнули Бирюкова, но в то же время выстроили его планы в строгий порядок.
Прямо сейчас, с самого утра, он поедет-таки к Варе, где расскажет обо всём. О том, что им с Яной больше не по пути. О том, что он любит только её, мать его ребёнка и самую лучшую женщину на свете. И о том, что он был слепым идиотом, который очень просит дать ему второй шанс…
Наскоро выпив кофе, Кирилл отправился к жене и дочери. И очень надеялся на то, что хотя бы этим утром рядом с ними не будет Лизы, тёщи, Андрюши и бог знает, кого ещё.
Когда он добрался до дома Вари, левых машин перед ним не обнаружилось. Поднявшись на крыльцо, Кир какое-то время постоял у стеклянной двери, наблюдая за тем, как Варвара занимается с их дочкой.
Вероника уже весьма уверенно сидела, и когда Кирилл увидел это, у него сердце сжалось. Сколько ещё таких моментов он мог бы упустить из-за собственной глупости? Как она встанет, как пойдёт… А ведь не только Ника могла быть у них с Варей. И если бы жена пришла на судебное заседание с аккуратным животиком, он бы вообще взмолился, чтобы судья не дал ей с ним развестись.
Чувства от этих мыслей пронеслись по венам жгучей лавой. Бирюков постучался в дверь, и Варя вскинула голову.
Сначала на лице её мелькнуло радостное предвкушение, но оно очень быстро исчезло, оставив разочарование. Кирилл напомнил себе, что права злиться у него нет. Хотя понимание, что ждала она вовсе не его, а кое-кого совершенно конкретного, позитива ему не принесли.
- Привет… А почему ты без предупреждения? - открыв ему, уточнила Варя.
Она держала на руках Веронику, которая вовсю насасывала кулачок. От этой трогательной картины у Кирилла даже влага в уголках глаз появилась.
- Извини, - просто ответил он. - Я к тебе приехал поговорить.
Смысла врать, что он просто мимо проезжал, и решил - дай заеду - было глупо. Варя в ответ нахмурилась, но выгонять его не стала.
- Мне сегодня юрист сказал, что ты крепко взялась за наш развод, - проговорил он, когда жена развернулась и направилась к дивану.
Предварительно усадила Веронику в её любимую качельку, где дочь всегда проводила время с полнейшим довольством, написанном на личике. Сама присела рядом и указала на место напротив.
- Да, я крепко взялась за то, что нужно было сделать уже давно, - просто ответила она. - Кажется, мы с этого и начали, когда ты пришёл и сказал, что хочешь другую, а нас с Никой обеспечишь всем перед тем, как мы расстанемся.
Ледяное спокойствие, которое транслировала Варя, сковало сердце Кирилла морозным панцирем.
- Послушай… Я… не знаю, как тебе сказать, но прошу… дай мне шанс, - выдохнул Бирюков, решив не ходить вокруг да около.
Да, было очень тяжело решиться и сказать эти слова. Но лишь потому, что он дико боялся услышать свой приговор.
А он прозвучал очень скоро… Этот приговор. Причём Варе даже не пришлось отвечать вербально - за неё это сделали взгляд и поза. Жена застыла и смотрела на Кирилла, как смотрят на малоинтересных людей, с которыми нет ничего общего.
- Дать шанс? - переспросила она так, словно речь шла о чём-то таком, что не укладывалось в общую картину всего мира. - Ты имеешь в виду, что хочешь снова жить со мной под одной крышей, называться моим мужем, пока я стану делать вид, что между нами нет пропасти размером с Марианскую впадину?
Лучше бы она над ним посмеялась… Лучше бы запрокинула голову и расхохоталась над жалкими потугами Кирилла вернуть всё обратно. Тогда он бы понял, что у Вари по отношению к нему остались хоть какие-то чувства.
Но она спрашивала его голосом, лишённым эмоций. Потому что переболела, перестрадала, перетерпела.
По затылку Кира прошла волна озноба, температура которого стремилась к миллионам градусов ниже ноля.
- Варя… Я прошу дать мне возможность доказать тебе, что я достоин быть твоим мужем… Я стану самым верным… Я разлюбил Яну… Клянусь!
Он говорил это с жаром, чуть подавшись к жене. Той женщине, которую захотелось схватить в объятия и целовать жадно, напористо, пока она не расцарапает ему лицо, как он это заслужил. И пока она не ответит… Она ведь ответит рано или поздно…
Или - нет?
Кирилл был жутко растерян. Он не понимал, что ему делать. Что сказать, как донести до Вари то, что разрывает его душу в клочья?
Она вроде бы всё та же, что и раньше. Но в то же время - чужая и недосягаемая, как другая вселенная.
- В тот момент, когда я лишилась ребёнка, а ты был в эти мгновения с другой, все пути назад были отрезаны напрочь. Хотя, нет… Это случилось ещё раньше. Когда ты не стал бороться с изменами, Бирюков, а пришёл и объявил мне об этом откровенно и в лоб. И знаешь, я очень благодарна тебе за искренность. Жизнь моя сложилась как нельзя лучше.
Она обвела взглядом дом, после чего перевела разговор вообще в другое русло:
- Сможешь побыть с Никой, пока я собираюсь? У меня сейчас крутой проект, в котором я Андрею помогаю. Нужно быть на высоте.
И в это мгновение Кирилл понял, что Варя не врала. У неё действительно сложилась своя отдельная жизнь. Та самая, в которой ему если и будет место, то только как отцу их общего ребёнка.
И нужно быть благодарным хотя бы за это, ведь всё, что он натворил, вообще могло привести к печальному результату.
- Варя… я тебя люблю, - вырвалось из его рта, хотя Кир и осознавал, что слова уже ничего не изменят.
В ответ она молча поднялась и просто ушла.
Вот и всё.
Продолжение следует. Все части внизу 👇
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Когда я уходил - ты плакала", Полина Рей ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.
***
Что почитать еще:
***
Все части:
Часть 1 | Часть 2 | Часть 3 | Часть 4 | Часть 5 | Часть 6 | Часть 7 | Часть 8 | Часть 9 | Часть 10
Часть 11 - продолжение