Однажды утром Валентина Петровна открыла калитку и увидела — перед ней стояла худая овчарка с внимательными глазами. Ну да, сначала она хотела просто пройти мимо. Но вместо этого вдруг опустилась рядом, осторожно протянула руку. Вот так собака и осталась у неё.
Встречи с бездомной овчаркой — теперь ей пришлось учиться доверять заново
Валентина Петровна сидела на веранде с остывшим чаем и смотрела, как пёс расхаживает вдоль забора.
Ну что, Рыжик, опять кого-то ждёшь?
Третья ночь подряд он так себя вёл: метался, поскуливал, царапал калитку лапами. Днём был спокойным, а как стемнеет – начиналось.
После развода прошло полтора года. Бывший муж Геннадий ушёл к коллеге, через суд забрал свою половину квартиры, и Валентина переехала на дачу. Навсегда. В городе всё напоминало о тридцати годах совместной жизни, которые вдруг оказались никому не нужны.
Зачем тебе в шестьдесят новую жизнь начинать? – удивлялись соседи по дачному кооперативу. – В городе поликлиника рядом, магазины.
Но Валентина не жалела. Здесь она могла плакать, когда хотелось, и никто не стучался с расспросами. Пенсия небольшая, но на жизнь хватало. Огород кормил, ягоды продавала на придорожном рынке.
Рыжика она нашла месяц назад у мусорных баков возле автобусной остановки. Овчарка лежала, едва дыша, рёбра торчали, шерсть свалялась. Валентина присела рядом.
Ты что тут, бедолага? Тоже никому не нужен стал?
Собака подняла голову и посмотрела так, что сердце сжалось. В этих глазах была безмерная усталость и одновременно надежда.
Валентина притащила воды в пластиковой бутылке, пёс пил жадно, давясь. Потом она вызвала такси, сама бы не донесла, килограммов тридцать собака весила, не меньше.
Вы это, бабушка, точно его домой везёте? – недоверчиво протянул таксист. – Может, лучше в приют?
Домой, – твёрдо ответила Валентина. – И не бабушка я вам, между прочим.
Дома она отмыла пса, накормила, уложила на старое одеяло на веранде. Рыжик – она сразу решила так его назвать из-за подпалин на морде – проспал почти сутки, а проснувшись, подошёл и положил голову ей на колени.
С тех пор они жили вдвоём. Валентина разговаривала с псом, как с человеком, делилась мыслями, читала вслух детективы. Рыжик слушал внимательно, иногда подвывал в самых драматичных местах.
Но три ночи назад началось что-то странное. Пёс будто почувствовал чей-то зов. Сидел у калитки, тихонько скулил, царапал доски.
Может, волки в лесу? – предположила Зинаида Ивановна с соседнего участка. – У меня кот тоже странно себя ведёт.
Какие волки, Зина? Здесь же посёлок рядом.
Всякое бывает. Ты калитку на ночь покрепче запирай.
Но в четвёртую ночь Валентина не выдержала. Она накинула старую кофту поверх ночной рубашки, сунула ноги в резиновые сапоги и вышла на улицу. Рыжик радостно крутился у её ног.
Ну показывай, что там у тебя.
Пёс рванул вперёд. Валентина едва поспевала за ним. Они свернули на лесную тропинку, которая вела к заброшенной пасеке. Валентина никогда туда не ходила, далеко, да и жутковато в темноте.
Луна мягко подсвечивала дорогу. Где-то в темноте ухнул филин. Рыжик вприпрыжку несся по тропинке, оборачивался — всё не доверял, идёт ли она следом. И вдруг он залаял. Пронзительно, будто хотел предупредить о чем-то или просто заявить о себе.
Кстати, забыла сказать. Это был не просто лай – в этом было что-то особенное, настойчивое. Даже сама удивилась: Рыжик обычно тихий, а тут словно в нём кто-то другой проснулся.
Если бы кто-то стоял рядом, он бы точно прошептал: "Ты слышишь это?" — и по коже бы побежали мурашки. Но тут была только она, да Рыжик, который уже снова беспокойно вертелся на месте.
Валентина ускорила шаг и замерла. У старой полусгнившей избушки на земле сидел мужчина. Он обхватил колени руками и раскачивался, как ребёнок.
Холодно – бормотал он. – Где я? Где дом?
Валентина подошла ближе. Мужчина был лет шестидесяти пяти, в грязной куртке, лицо исцарапано ветками.
Мужчина, вы как здесь оказались?
Он поднял голову, и Валентина ахнула. Боже, она знала это лицо. Вова Кречетов, её одноклассник. Они вместе учились, он всегда защищал её от хулиганов, носил портфель после уроков.
Вова? Володя Кречетов?
Он смотрел на неё пустым взглядом.
Я не знаю. Кто я? – Его голос дрожал. – Я шёл куда-то шёл и заблудился.
Валентина присела рядом, взяла его за руку.
Пойдём. У меня дом близко, чай горячий попьёшь.
Я вас не знаю, – растерянно выдохнул он. – А вы меня знаете?
Знаю. Давно знаю. Пойдём, не бойся.
Она помогла ему подняться. Рыжик шёл рядом, как конвоир, не отставая ни на шаг.
Дома Валентина усадила Володю за стол, включила свет поярче. Он был совсем потерянный, руки тряслись.
Ты где живёшь? Как здесь оказался?
Не помню – Володя тёр виски. – Голова болит. Я проснулся в лесу. Или не проснулся? Я не знаю.
Валентина заварила крепкого чая, достала остатки пирога с капустой. Володя ел жадно, как Рыжик тогда пил воду.
Сейчас я позвоню участковому. Может, тебя ищут.
Она набрала номер, но участковый спал, трубку взяла жена.
Алло, Валентина Петровна? Что случилось?
Марина, там у вас ориентировок нет на пропавших людей? Мужчина лет шестидесяти пяти, седой, память потерял.
Щас, погоди.
В трубке зашуршали бумаги.
Есть! Кречетов Владимир Павлович, шестьдесят семь лет. Пропал три дня назад после выписки из областной больницы. Родственники обратились. Перенёс инсульт, была временная амнезия, но врачи говорили, что память вернётся. Ты где его нашла?
В лесу. У меня сейчас он.
Держи, сейчас позвоню его дочери. Она там номер оставляла.
Через полчаса к дому Валентины подъехала машина. Из неё выскочила женщина лет сорока, заплаканная, взволнованная.
Папа! – Она влетела в дом. – Папочка, мы тебя везде искали!
Володя смотрел на неё испуганно.
Вы кто?
Я Настя, твоя дочь. – Женщина всхлипнула. – Не узнаёшь меня?
Доктора говорили, что память постепенно вернётся, – тихо вставила Валентина. – Главное, не торопить.
Настя обернулась.
Спасибо вам огромное. Мы уже и в полицию заявление написали, и волонтёров подняли. Он из больницы ушёл, мы думали, по дороге домой пошёл, но там его не было. Потом телефон нашли у автобусной остановки. Решили, что в город уехал.
Как он здесь оказался?
Понятия не имею. Папа в этих местах вырос, может, память его сюда привела?
Валентина замерла.
Как вырос? Володя же в городе всегда жил.
Нет, он до семнадцати лет в деревне Берёзовка жил. Это в пяти километрах отсюда. Потом в техникум уехал.
Валентина вспомнила. Точно! Вова после девятого класса пропал из школы, родители сказали, что он в деревню к бабушке уехал. А она считала, что навсегда. Искала его потом в соцсетях, но не нашла.
Оставайтесь у меня на ночь, – предложила Валентина. – Уже поздно, да и Володе сейчас лучше не трястись в машине.
Настя благодарно кивнула.
Утром за завтраком Володя вдруг посмотрел на Рыжика, который лежал у его ног.
Рэкс – прошептал он. – У меня был Рэкс. Овчарка.
Правда, пап? – оживилась Настя. – Ты помнишь?
Помню – проговорил Володя . – Мы с ним в лес ходили. За грибами. Он заблудился однажды, а потом дорогу домой нашёл. Привёл меня к дому.
Валентина и Настя переглянулись.
Пап, а ещё что помнишь?
Школа Валя – Он посмотрел на Валентину. – Ты Валя? Мы вместе учились?
У неё вдруг в горле пересохло, хоть она и старалась сохранить спокойствие.
— Да, Вова — выдохнула она так тихо, что почти не слышно.
— Это я, — прошептал он, будто боялся спугнуть её голосом.
Кстати, забыла сказать. Когда она услышала его, у неё внутри всё оборвалось. Казалось, даже стены слушают их разговор.
Ты косички носила. Две. И я их дёргал.
Валентина улыбнулась сквозь слёзы.
Носила. А потом ты защитил меня от Мишки Долгих, который мой портфель в лужу кинул.
Мишка... Да, был такой. Здоровый. А я маленький был.
Память возвращалась по крупицам. В течение следующих дней Настя привозила отца каждый день. Они гуляли по окрестностям, Валентина показывала знакомые места, рассказывала истории из детства.
А помнишь, как мы на речку ходили купаться? – спрашивала она. – Ты меня учил плавать.
Помню. Ты боялась глубины.
Боялась. А ты держал меня за руки и говорил «Не бойся, я рядом».
Володя улыбался, и в его глазах появлялись искорки узнавания.
Через две недели он уже помнил почти всё. И главное, он помнил Валентину.
Знаешь, я думал о тебе, – признался он однажды вечером. Они сидели на веранде, Рыжик дремал у ног. – Когда уезжал в техникум, хотел тебе написать. Но постеснялся.
Я тоже о тебе думала, – тихо выдохнула Валентина. – Долго.
А потом жизнь закрутила. Я женился, ты замуж вышла. Всё как-то... правильно сложилось.
Правильно, – эхом повторила она. – Только сейчас я одна. Развелась.
Я тоже один. Жена десять лет назад умерла.
Они помолчали. Рыжик поднял голову, посмотрел на них и снова улёгся.
Странно, правда? – Володя погладил собаку. – Если бы не он, мы бы не встретились.
Может, это судьба? – Валентина улыбнулась. – Или магия какая-то собачья.
Не знаю. Но я ему благодарен.
Настя не скрывала улыбку, когда услышала, что отец зачастил бывать на даче у Валентины.
Кстати, забыла сказать. Она едва удержалась, чтобы не обнять Валентину прямо сейчас.
— Знаете, ему правда намного лучше с вами, — Настя поделилась этим полушёпотом, будто боялась спугнуть момент. — Дома он только и думал о маме, хмурый ходил... А здесь, ну, вы бы видели — совсем другой человек.
Валентина едва уловимо улыбнулась, будто сама себе.
Может быть, и мне с ним хорошо, — произнесла она тихо, словно делилась секретом.
Это не по теме, но Настя вдруг вспомнила, как отец рассказывал про дачу последнее время.
— Он с такой теплотой о вас говорит. Просто не умолкает. Правда?
Правда. Говорит: «Валя у нас совсем не изменилась. Такая же добрая и смешная».
К осени Володя переехал к Валентине. Настя помогла перевезти его вещи, оформила документы.
Пап, ты уверен? – спрашивала она.
Уверен, доченька. Здесь мой дом. И моя Валя.
Они расписались перед Новым годом. Тихо, без гостей, в сельской администрации. Свидетелями были Настя и Зинаида Ивановна, которая всплакнула от умиления.
Ну надо же, – повторяла она. – В нашем возрасте и замуж выйти. Я рада за тебя, Валюша.
Я тоже рада, – улыбалась Валентина, глядя на обручальное кольцо.
Рыжик, конечно, тоже присутствовал на церемонии. Он важно сидел у их ног, и казалось, что пёс понимает всю значимость момента.
Спасибо тебе, – шепнула Валентина, когда они вернулись домой. Она обняла собаку, зарылась лицом в тёплую шерсть. – Ты нам семью вернул.
Володя присел рядом, обнял обоих.
Мы все теперь семья.
Кстати, забыла сказать. Иногда спасение приходит с самой неожиданной стороны. Бездомная собака может оказаться ангелом-хранителем, а случайная встреча – началом новой жизни. Главное, не проходить мимо чужой беды, ведь, помогая другим, мы помогаем себе.
Расскажите, были ли в вашей жизни случаи, когда животные помогали найти потерянных людей или важные вещи?
Подписывайтесь, если вдохновился историей – впереди ещё больше настоящего добра!🐾
Рекомендуем ознакомиться с интересными материалами на канале:
До встречи в новых рассказах!