– Всего на две недели, Оленька, ну пожалуйста! – золовка Светлана прижимала к груди переноску с черепахой, стоя на пороге нашей квартиры. – Мне в командировку нужно срочно, а Жужу не с кем оставить.
Нежданный постоялец
Я перевела взгляд на мужа Илью. Он лишь неопределённо склонил голову — мол, твоя сестра, тебе и решать.
– Хорошо, – выдохнула я. – Только ты уверена, что две недели?
– Точно-точно! – Светлана уже протискивалась в прихожую. – Я тебе корм оставлю и инструкцию.
Инструкция оказалась на трёх листах мелким шрифтом. Корм – огромным мешком на двадцать килограммов. А "две недели" растянулись сначала до месяца, потом до двух.
– Слушай, а когда ты вообще её заберёшь? – спросила я Светлану по телефону в очередной раз.
– Олечка, ну потерпи ещё чуть-чуть. Мне тут такой проект подвернулся, я не могу сейчас отвлекаться на животное.
Жужу кстати обживалась в нашей двухкомнатной квартире. Сначала она жила в картонной коробке на кухне, но очень скоро стало ясно: черепахе нужны условия получше. Илья принёс с работы старый ёмкость для рыб, но он оказался слишком маленьким.
– Знаешь, на балконе есть та самая стеклянная витрина, которую папа когда-то делал, – протянул Илья задумчиво. – Помнишь, он хотел коллекцию моделей кораблей собрать?
Свёкор умер три года назад. После его ухода мы с Ильёй переехали в эту квартиру – она досталась нам, как единственным детям, заботившимся о нём последнее время. Светлана тогда жила за границей и даже на похороны не приехала.
Витрина действительно стояла на балконе, заваленная коробками со старыми вещами. Пока Илья вытаскивал её, я начала разбирать коробки – давно собиралась навести там порядок.
– Смотри, какая красавица получилась! – Илья установил витрину на специальную тумбу в гостиной.
Жужу, казалось, тоже оценила новое жилище. Она деловито обследовала территорию, царапая когтями стекло.
Разбирая коробки на балконе, я наткнулась на старые фотографии свёкра, его рабочие записи, чертежи. Всё это я аккуратно складывала обратно, когда заметила плотный конверт, засунутый между страницами толстой книги по судостроению.
Конверт был запечатан. На нём стояла дата – за полгода до смерти свёкра – и надпись "Вскрыть в случае моей смерти".
Пальцы начали дрожать. Я позвала Илью.
– Что это? – он взял конверт, покрутил в руках.
– Не знаю. Давай откроем?
Внутри лежали два документа. Первый – завещание, заверенное нотариусом. Второй – письмо, написанное рукой свёкра.
"Дорогие мои дети, если вы читаете это, внушительный, меня уже нет. Илья, сын, ты всегда был рядом, когда мне было тяжело. Ольга, ты ухаживала за мной, как за родным отцом. Светлана... дочь моя, ты выбрала свой путь, и я не держу на тебя зла. Но справедливость должна восторжествовать.
Эта квартира – не единственное моё имущество. У меня есть дача в деревне Сосновка, которую я купил ещё в молодости. Документы на неё хранятся у нотариуса Самойловой Е.П. на улице Садовой. Я завещаю эту дачу Илье и Ольге. Пусть она послужит вам и вашим будущим детям.
Также у меня на сберегательной книжке отложена сумма денег – я копил на ремонт квартиры, но не успел. Эти деньги тоже ваши.
Светлана получит свою долю от продажи гаража на Промышленной улице – я указал это в завещании.
Живите дружно и помните обо мне иногда. Ваш отец и свёкор, Пётр Николаевич".
Мы с Ильёй перечитали письмо трижды. Потом изучили завещание – всё было именно так, как писал свёкор. Дата, подпись нотариуса, печати.
– Как же так. – Илья опустился на диван, всё ещё держа бумаги. – Так что, у нас есть дача?
– И деньги на книжке, – добавила я тихо. – Илюш, а почему мы раньше не знали об этом?
– Не знаю. Может, папа хотел сделать сюрприз? Или просто не успел сказать?
На следующий день мы поехали к нотариусу Самойловой. Пожилая женщина в строгом костюме внимательно изучила документы.
— Да, это завещание Петра Николаевича, — она кивнула. — Он приходил ко мне перед самым концом, хотел всё оформить грамотно. Я спросила, не хочет ли он рассказать вам об этом, но он только сказал, что сообщит сам, когда решит.
— Почему вы не позвонили нам после его смерти? — Илья посмотрел на неё.
– К сожалению, я не знала о том, что Пётр Николаевич умер. Он не оставлял контактов родственников, а информация о смерти не всегда доходит до нотариуса автоматически. Вы же сами должны были обратиться для вступления в наследство.
– Но мы не знали, что нужно обращаться, – растерянно пробормотала я. – Мы думали, что квартира – это всё.
Нотариус объяснила, что формально срок принятия наследства прошёл, но в нашем случае можно восстановить его через суд, так как мы не знали о существовании завещания.
Месяц ушёл на судебные разбирательства. Всё это время Светлана названивала только по одному поводу.
– Оль, как там Жужу? Не сдохла ещё?
– Жива и здорова, – сухо отвечала я.
Когда суд вынес решение в нашу пользу, и мы официально вступили в права наследования, я решила, что пора поговорить со Светланой начистоту.
Встретились в кафе возле её дома. Светлана опаздывала, как обычно, на двадцать минут.
– Привет, Оленька! – она плюхнулась на стул. – Ну что, как моя черепашка?
– Жужу отлично себя чувствует. Но я хотела поговорить не об этом.
Я достала папку с документами и положила на стол.
– Это что? – Светлана нахмурилась.
– Завещание твоего отца. Мы нашли его случайно, когда обустраивали стеклянный дом для черепахи.
Цвет лица Светланы менялся по мере того, как она читала. Из румяного он становился бледным, потом красным.
– у вас есть дача? И деньги? – голос её дрожал.
– Да. Так завещал твой отец. Но тебе он оставил гараж на Промышленной. Кстати, забыл сказать, ты знала о нём?
Светлана молчала, сжимая губы. Потом резко отодвинула стул и вскочила.
– Это нечестно! Я его дочь, понимаешь? Родная дочь! А ты – просто невестка!
– Светлана, твой отец три года перед смертью болел. Ты была в Испании и ни разу не приехала. Мы с Ильёй ухаживали за ним, водили по врачам, сидели ночами. Твой отец принял решение сам.
– Вы специально скрывали это завещание! – голос Светланы становился всё громче, люди за соседними столиками начали оборачиваться.
– Мы узнали о нём месяц назад. И знаешь, почему? Благодаря Жужу. Если бы не она, мы бы до сих пор не знали о даче.
Светлана схватила сумочку.
– Я подам в суд! Оспорю это завещание!
– Попробуй, – я устало выдохнула. – Только учти, завещание составлено при нотариусе, отец был в здравом уме, есть медицинские справки. А гараж на Промышленной, кстати, стоит прилично. Так что у тебя тоже есть наследство.
Она ушла, громко хлопнув дверью. Я допила остывший кофе и поехала домой.
Через неделю Светлана всё-таки подала иск. Суд длился два месяца. За это время выяснилось много интересного. скажем, что гараж на Промышленной в своё время свёкор купил специально как вложение для дочери. Он приносил неплохой заработок от аренды, которую исправно получал сам отец, откладывая деньги на отдельный счёт – для Светланы.
Адвокат представил выписки, подтверждающие, что за пять лет набежала приличная сумма. Плюс сам гараж в хорошем районе стоил немало.
Когда судья огласила решение – оставить завещание в силе – Светлана сидела бледная, сжав кулаки. После заседания она подошла ко мне и Илье.
– Ладно, – голос её был тихим. – Может, папа и правда знал, что делал. Заберу Жужу на следующей неделе.
– Подожди, – я достала из сумочки конверт. – Это тебе. От нас с Ильёй.
Светлана открыла конверт. Внутри лежали ключи и документы на гараж, а также выписка со счёта, где хранились деньги от аренды.
– Что это?
– Твоя законная доля. Гараж уже переоформлен на тебя, деньги можешь получить в банке. Мы не хотим ссориться, Света. Отец не хотел бы, чтобы мы враждовали из-за наследства.
Глаза Светланы наполнились слезами.
– Я была такой дурой. Простите меня. Папу я действительно бросила тогда, и мне стыдно. Просто я не могла смотреть, как он угасает.
Илья обнял сестру.
– Всё нормально. Главное, что мы теперь знаем правду.
Жужу Светлана так и не забрала. Вернее, приезжала за ней, но черепашка к тому времени так обжилась в нашей квартире, что мы решили – пусть остаётся. Светлана согласилась, только попросила навещать иногда свою любимицу.
Через полгода мы с Ильёй поехали на ту самую дачу в Сосновке. Небольшой деревянный домик с участком, яблони, колодец. Место оказалось удивительным – тихим и уютным.
– Знаешь, – прошептал Илья, обнимая меня за плечи, – папа был мудрым человеком. Он знал, что делал, оставляя нам эту дачу.
– И Жужу мы должны поблагодарить, – рассмеялась я. – Если бы не она, мы бы никогда не нашли то завещание.
Дома медлительный питомец встретила нас неторопливым перемещением к миске с едой. Я погладила её по панцирю.
– Спасибо тебе, Жужа. Ты настоящая героиня нашей семейной истории.
Иногда судьба посылает нам неожиданные подарки в самой странной упаковке. Кто бы мог ожидать, что панцирное животное станет ключом к справедливости и восстановлению семейных отношений?
А у вас были ситуации, когда случайная находка меняла всё? Расскажите — иногда самые невероятные истории оказываются правдой!
Подписывайтесь, если вдохновился историей – впереди ещё больше настоящего добра!🐾
Рекомендуем ознакомиться с интересными материалами на канале:
До встречи в новых рассказах!