Глава 1
Как померла старая барыня, всё сразу изменилось.
Алексею пришлось признать Наталью и дать ей своё имя согласно завещанию. Его семья не желала принимать девочку, поэтому решили, что она будет жить в поместье старой барыни - и от родных мест недалеко, и подальше от глаз.
До чего прекрасные времена начались у Натальи и её молочного брата Антипа! Дети были неразлучны, они росли при матери, которой больше не приходилось гнуть спину на огороде, ведь ей теперь надлежало жить при дочери. Вера и сама будто бы стала барыней, хотя слуги так и не признавали в ней хозяйку.
Здесь, в богатом поместье дети взрослели, и в первые годы их были безмятежно счастливыми. Наталья и Антип казались неразлучными, абсолютно всё они делали вместе.
Но когда ребятам исполнилось по семь лет, кое-что изменилось. От Алексея Львовича в Панфилово прибыл управляющий. Он сообщил, что отныне Наталья Алексеевна будет получать образование и воспитываться, как дворянская дочь. Матери её Вере надлежало покинуть дом. Что касается Антипа, то на его счёт распоряжений не было, поэтому он остался на положении слуги.
Нельзя сказать, что совсем уж печальной стала жизнь Натальи. Ей пришлось расстаться с матушкой, но был Антип, который поддерживал девочку, играл с ней вдали от зорких глаз управляющего, гувернантки и учителей.
Парня определили помогать старому конюху Епифану. Тот понимал, что от мальчонки в силу возраста проку мало, потому не загружал его непосильной работой. Со своими нехитрыми обязанностями Антип справлялся быстро и скорее бежал к Наталье, которая звала его то братом, то верным другом.
Однажды девушка прибежала к другу и расплакалась на его плече. Антип испуганно поглядел на неё и слегка приобнял.
- Вы чего это, Наталья Алексеевна, расплакались? - растерянно спросил парень.
- Вот и ты меня Натальей Алексеевной зовёшь, будто барыню, - пуще прежнего разрыдалась девушка.
- А вдруг кто услышит? Да и хозяйка вы моя, а я служу вашему дому. Что уж глаза закрывать на правду-то?
- Антипушка, я тут узнала кое-что. Как услыхала, что говорят, так успокоиться не могу.
- Да чего узнали-то, голубушка?
- Не называй меня так. Ты ведь как брат мне!
- Велено только так и обращаться. Батюшку вашего ослушаться не посмею, - ответил Антип. - Так что приключилось?
- Неспроста учителей сюда прислал мой отец, и матушку не просто так прогнали! Говорят, не может родить жена Алексея Львовича. Сына вроде как хочет, или уж дочь, если совсем худое дело. А всё никак!
- Так чего ж вы слёзы-то льёте, Наталья Алексеевна? Что худого-то? Нет других детей, так вот дочь появилась, печётся о вас! Единственная вы у него.
- Дак нужна б ему дочь, уж приехал бы ко мне и к сердцу прижал. А ему не я нужна, а наследница.
- И всё равно не уразумею, хоть ты тресни! Чем это вас печалит-то? Неужто, горестно, что Алексей Львович тепла к вам не питает?
- Ох, Антипушка, ну не то, конечно! А то, что замуж меня хотят выдать! Да по какой-то выгоде, что моему отцу нужна, или деду с бабкой уж не пойму.
Похолодело всё внутри у Антипа, но сдержался он, чтобы не выдать чувств. С малых лет он с Натальей рядышком был, и представить себе не мог, что однажды они расстанутся.
Мягко отстранил он от себя девушку и сказал, что не нужно слёз. Ведь любой девице рано или поздно нужно замуж выходить. Чтобы семья своя была, и дети народились.
- Да как же меня незнакомому человеку-то отдать в жёны? - пуще прежнего расплакалась Наталья. - Если отдавать, то за тебя, Антипушка.
- Вы чего это мелете, Наталья Алексеевна? - нахмурился Антип, гоня от себя мысли о своей самой заветной и несбыточной мечте. - Мы ведь, считай, почти брат с сестрой. Или забыли?
- Да не брат ты мне по крови! - воскликнула Наталья. - Стало быть, можешь быть мне мужем.
- Не могу, - мягко, но отчуждённо произнёс Антип, - вы вот, Наталья Алексеевна, учёная, а понятных делов не понимаете. Госпожа вы, хозяйка, дворянская кровь. А я служу вам и всегда прислуживать буду. Потому не быть мне вашим мужем. За кого отдадут, тому и будете женой.
Наталья рыдала так, что плечи её сотрясались. И впервые в жизни Антип ушёл от неё, не утешив. Потому что нечего ему было сказать той, что была ему роднее и дороже всех.
Наталья и сама не понимала до конца, какую выгоду принёс Алексею Львовичу её брак со стариком Ниловым. Но едва достигла она брачного возраста, обрядили её свадебное платье и отправили из родных мест в дом жениха.
Слёзы, не переставая лились из глаз Натальи, когда прибыл за ней богатый экипаж. В него погрузили вещи невесты. И вот уже девушку усадили на обитые бархатом сиденья, а лошади были готовы тронуться в путь, как из дома выскочил Антип.
- Наталья Алексеевна, а как же это? - воскликнул он, держа в руках два маленьких серебряных колокольчика. - Ведь Рождество на носу! Как без колокольного звона-то?
Девушка улыбнулась сквозь слёзы. Каждое Рождество они с Антипом брали колокольчики, каждый свой, и весело звенели ими на всю округу. А потом прятались в укромное место и читали на двоих одну молитву - Наталья начинала, а Антип продолжал. И оба верили, что произойдёт какое-то чудо.
И в тот самый раз чудо случилось. Будто озарение пришло несчастной невесте, стоило ей схватить свой колокольчик.
- Я не смогу в чужом доме обходиться без слуг! - заявила решительно девушка . - Антип едет со мной.
- Но Алексей Львович ничего не говорил о слугах, - растерянно произнёс управляющий, - в новом доме у вас будет достаточно прислуги.
- Я не знаю, есть ли там хороший конюх! Мне нужно, чтобы рядом был человек, который будет управляться с лошадьми! - твёрдо ответила Наталья, чуть ли не впервые в жизни настояв на своём.
Мгновение помедлив, управляющий кивнул. Он велел Антипу как можно скорее собраться, чтобы не задерживать экипаж.
Странным казался тот путь до города. Удивительным было то, что рядом с госпожой ехал её конюх, но вряд ли это кого волновало.
***
Она до конца жизни не узнала, что это была за сделка, но каким-то образом её личное имущество в качестве приданого перешло в собственность мужа Григория Михайловича Нилова. И Алексей Львович от зятя получил тоже весьма лакомый кусок.
Семейная жизнь Натальи со стариком была настоящим адом. Он крепко выпивал, был груб и весьма изобретателен в супружеской спальне.
- Антипушка, сил моих больше нет, - рыдала Наталья на плече у своего конюха, укрывшись от посторонних глаз, - не человек он, нелюдь какой-то, по иному и не скажешь.
Антип обнимал Наталью, а сам еле сдерживался от злости.
- Наталья Алексеевна, голубушка, - шепнул он, - Григорий Михалыч под хмельным делом к вам в спальню ломится?
- Под хмельным, Антипушка, вусмерть, считай, пьяный. А самое ужасное, что поутру и не помнит ничего.
- Не помнит, значит…
В тот самый момент Антип понял, как ему помочь хозяйке. Стал он вечерами следить за её мужем. Проворный слуга знал, в каком состоянии Григорий Михалыч является к супруге, предъявляя свои права.
- Или я спасу её, или мне не жить, - сам себе сказал Антип и кинулся на хозяина со спины, когда тот с рёвом стучался в спальню. Сумел он повалить старика - немного сил для того требовалось, да оттащить поодаль. То ли сознание потерял Григорий, то ли просто уснул, но пролежал он на полу до утра. И, действительно, на следующий день ничего не понял.
Этот секрет был известен только Наталье и Антипу. Слуга спасал свою госпожу до тех пор, пока сама судьба не освободила её от мужа-злодея. Однажды Григорий Михалыч не вернулся домой к вечеру, а несколькими часами позже его обнаружили мёртвым. Судя по всему, у него остановилось сердце.
Овдовев, Наталья будто бы вздохнула свободно. Она не стала полновластной хозяйкой богатств своего покойного мужа - у того были дети от предыдущих браков. Но к тому времени молодая женщина уже была достаточно мудра, чтобы позаботиться о себе, да и наследство всё же осталось у неё, несмотря на то, что оно было разделено.
Она обратилась к поверенному Григория Михалыча и попросила его заняться своим имуществом. Как оказалось, денег и собственности у неё было достаточно, чтобы жить безбедно до конца жизни. Теперь ей уже не были страшны даже попытки отца обрести над ней власть. Наталья стала по-настоящему свободной. Жаль только, что мать её не дожила до этого дня, а ведь она могла бы забрать её к себе.
Она покинула дом покойного супруга и переехала в небольшое поместье на окраине города. С собой Наталья взяла верных слуг и, конечно же, Антипа. Тогда-то и узнала она новость, которая порадовала и обескуражила её одновременно.
- Антипка, друг мой, что же ты молчал всё это время про Милку-то? - укоризненно спросила Наталья.
- Неловко как-то было, - со смущением ответил Антип, - да и своих забот у вас хватало. А я вокруг Милки ж долго ходил кругами да поглядывал. Всё не знал, с какого боку подойти.
- Ты всегда о моих делах пёкся, дай мне и о твоих позаботиться, - заявила Наталья, - я женю тебя на Милке, свадьбу красивую устрою, приданое дам.
- Да не стоит, голубушка! - растроганно произнёс Антип.
- И не спорь со мной! Ты ведь как родной мне, потому дай мне о тебе, как брату помочь!
Возможно, и ощутила тогда Наталья некоторый укол ревности. Никогда не думала она, что у Антипа кто-то может быть ближе и роднее неё. Но мысли эти женщина от себя прогнала. Хозяйка поселила молодых в небольшой домик рядом с большим особняком, устроила им свадьбу и сделала щедрый подарок.
Радовалась Наталья за Антипа, думая, что счастливым сделала дорогого человека. О своём личном счастье ведь она уж и не мечтала. Но однажды увидела старого друга со следами печали на лице.
- Расскажи-ка мне друг любезный, отчего грустишь? Жена ведь молодая да красивая. Зачем печалиться-то?
- Молодая и красивая - всё верно. Но уж характер больно скверный оказался. Ревнивая, сварливая - сладу с ней нет.
- А ревнивая то с чего? Девчат рядом с тобой-то и не бывает!
- Не поверите, Наталья Алексеевна, вы для неё как заноза. Она ж как колокольчик у меня увидала, всё просить стала, подари да подари.
- А ты что?
- А я так и сказал, что всё у нас общее, а колокольчик не подарю. И чёрт дёрнул меня рассказать, что у нас на двоих этот подарок. Ох, и завелась тогда Милка, кричала, как бесноватая.
Покачала головой Наталья. Очень переживала она за старого друга, ведь искренне желала ему счастья. Но почувствовала теплоту на сердце из-за того, что отказался Антип жене их серебро рождественское дарить.
Пусть не всегда гладко было в семье Антипа и Милы, но супруги жили, ссорились и мирились. А потом молодая жена забеременела, и Наталья назначила ей щедрое содержание, освободив от работы на неопределённый срок.
Антип очень благодарен был хозяйке, а вот Милу эта щедрость ещё больше злила. Впрочем, принимать благодеяния от Натальи она не стеснялась. Пользовалась добром, но злословила, мужу негодование своё изливала.
1918 год
Тяжёлые времена наступили для знати. Близился тот час, когда и Наталье Ниловой предстояло расстаться со своим богатством. И хотя долгие годы не знала она своего отца, но покидая страну, Алексей Львович позвал дочь в Париж.
- Наталья Алексеевна, голубушка, не упрямились бы вы, - упрашивал её Антип, - согласились бы и уехали со своим папенькой.
- Да не поеду я с ним никуда, чужие мы, - покачала головой Наталья, - там на чужбине придётся мне тесниться с родственниками, которых я не знаю. И помыкать они будут мой.
- А тут новая власть, голубушка, и большевики вскоре помыкать вами будут!
- И не уговаривай, Антип, нипочём не поеду. Пусть всего меня лишат, но на родине останусь.
- Будь по вашему, Наталья Алексеевна, но тут такое дело…
- Какое, Антипушка?
- Мила зовёт меня в деревню к её родным. Мол, там жизнь у нас новая будет. Боится, что большевики до вас доберутся, а значит, и нам несдобровать.
- Верно говорит Милка, что уж там. За себя, за дитё своё тревожится. Да и за тебя, Антипушка. Поезжай в деревню, там спокойнее будет.
- Не могу я вас, Наталья Алексеевна, вот так оставить. Вы же столько добра мне сделали. Сердце моё будет болеть за вас!
- Ох, друг мой! Сколько лет ты был мне опорой, себя не жалел! А теперь подумай о себе, наконец. Отпускаю я тебя, даже приказываю. Бери семью и отправляйся в деревню!
Обнялись Антип с Натальей, и даже всплакнули оба. А перед прощанием хозяйка заговорила о своём богатстве.
- Всего не сберегу, так возьми с собой, что угодно. Миле скажи, пусть придёт и возьмёт, что нужно. Посуда у меня имеется, украшения дорогие. У вас целее будет, а то ведь всё забрать могут.
- Не возьму, Наталья Алексеевна, и не просите.
- Ну, будь по твоему, но об одном всё ж попрошу - забери второй колокольчик. Я, конечно, и припрятать могу, а вдруг найдут при обыске? Говорят, даже серебряные ложки изымают, а тут такая красота.
Покачал головой Антип, не хотел забирать он рождественское серебро у хозяйки. Но заглянул в её печальные глаза и кивнул. Когда вместе с семьёй он переезжал в деревню, при себе у него было два колокольчика. Он запрятал их подальше, чтобы избежать расспросов жены. Но в пути Антип будто бы постоянно слышал их нежный перезвон.
***
Шли годы, менялась власть, менялась и жизнь Антипа. Он построил дом. развел хозйство. Когда образовали колхоз, он там был почётным тружеником. Милка тоже в колхозе работала, а дочка Марфушка в доярки пошла.
Почему-то не было больше детей у Антипа, зато Марфа рано вышла замуж и один за другим родила Славу, Борю и Лиду. Сама Марфа будто бы в мать пошла - грубоватая была и неласковая. Старшие её детки такие же получились. А вот Лида будто бы в деда пошла, добрая и смешливая, потому и была его любимицей.
Лишь она знала о колокольчиках, что бережно хранил её дед у себя в тайнике. Он и рассказал внучке о том, что такое рождественские колокола.
- Уже много лет не отмечают люди Рождество, даже говорить о нём не принято, а когда-то это был самый большой праздник. Все радовались, когда слышали колокольный звон.
- А почему, деда?
- А потому, Лидок, что он возвещал о рождении Христа, призывал верующих на службу. Понимаешь?
- Нет, деда, не понимаю. Но ты рассказывай ещё.
Дед смеялся, обнимал внучку и рассказывал всё, о чём она просила. А как-то раз даже признался ей, что очень скучает по рождественским вечерам. Тогда-то маленькая Лида и предложила дедушке тайно отмечать Рождество.
- Только ты и я, деда, мы вдвоём! - сказала она.
Антип кивнул. И после того разговора они, действительно, отмечали Рождество вдвоём. Тайком от всех дед покупал внучке какой-то подарок и по секрету от всех позволял ей поиграть колокольчиками.
- Дедуль, а какое такое чудо они могут сотворить? - спросила однажды Лида.
- А кто ж его знает, - пожал плечами Антип, - но уверен, это будет самое важное и нужное чудо.
В сорок первом году началась Великая Отечественная война. Муж Марфы сразу ушёл на фронт, Антип же отправился воевать позже, лишь по зиме, несмотря на то, что шел шестой десяток. Так получилось, что ушёл он на следующий день после того, как по секрету от домашних отметил с внучкой Рождество. В тот раз он подарил колокольчики Лиде и наказал беречь их.
- Ты уже большая девочка, и умеешь читать, - сказал дед, обнимая внучку, - потому читай потихоньку молитву что написана здесь. Её можно читать и до Рождества, и в сам праздник, и даже несколько дней после.
- Ты что, дедуль, надолго уходишь? - широко распахнув глаза, прошептала Лиза. - Разве следующее Рождество ты не будешь со мной?
- Я всегда буду с тобой, - ласково ответил Антип и легонько ткнул указательным пальцем внучку в кончик носа, - а молиться на Рождество не забывай.
***
Антип пообещал внучке чудо, но его не случилось. По крайней мере так думала маленькая Лида, узнав о смерти любимого дедушки. Это было страшное горе для семьи, особенно для внучки. Антип ведь даже не сразился на поле боя, а умер по дороге от лихорадки.
Очень берегла Лида колокольчики. Но в сорок третьем году, в тот самый день, когда дед Антип с внучкой отмечали бы свое тайное Рождество, Лида стала играть с дедушкиным подарком. И серебро увидела Марфа.
Она так и ахнула, когда поняла, что колокольчики стоят больших денег. Потому заявила, что заберёт их, чтобы отдать старому Хасану, что раз в неделю приезжал, собирал у сельчан что было ценного и увозил в город на обмен. Из города и других поселений Хасан привозил то, в чём нуждались люди - тёплую одежду и обувь, мёд, сахар и лекарства.
Разрыдалась Лидка, повисла на материнской руке, просила не забирать дедушкин подарок. Пищала что-то про чудо, которые однажды совершат рождественские колокольчики.
- Никакого толку сейчас от серебра! - заявила мать. - Но колокольчики стоят хороших денег, и Хасан привезёт нам мыло, одежду и мёд!
- Мамуля, мамочка! - плакала Лида. - Оставь мне хоть один колокольчик, не отдавай сразу два старому Хасану!
- Ну хорошо, - согласилась Марфа, - один пока оставим. Но знай, его тоже придётся отдать. Береги его!
- Хорошо, мамочка, - пообещала девочка, ещё не зная о том, что не сможет сдержать обещание.
Через несколько дней её брат Слава очень сильно заболел. Он безудержно кашлял, чах на глазах, и на его выздоровление уже не было надежды. Хасан к тому времени привёз мёд. Вот им-то и удалось вылечить парнишку.
- Наверное, это и есть чудо от колокольчика, - подумала девочка.
А потом случилось страшное. Спустя несколько месяцев мать потребовала отдать ей второй колокольчик. Ох, как не хотелось Лиде отдавать дедушкин подарок, но делать нечего. Вот только сунув руку в шкатулку, девочка почувствовала, как внутри у неё всё похолодело. Колокольчика там не было!
Крепко же отлупила мать свою дочку, ведь была уверена, что Лида лжёт! А когда поняла, что девочка попросту потеряла серебро, отвесила ещё пару затрещин в сердцах. В те времена такая рассеянность была непростительна!
Удивительное дело, но спустя несколько лет, Лида нашла колокольчик в другой коробке. Каким образом из шкатулки серебро попало в коробку, она так до конца жизни не узнала! Но всё же была счастлива, что сумела сберечь дедушкин подарок.
ЭПИЛОГ
Лида выросла, вышла замуж, родила сына и дочь. А спустя годы у неё появилась внучка Катенька, которая любила гостить у бабушки и любоваться прелестным колокольчиком, что стоял в серванте. Лишь на Рождество бабуля позволяла девочке доставать колокольчик и играть с ним.
- Бабуль, а ты всё говорила, что колокольчик может сотворить чудо, - сказала как-то Катюша, - а когда же оно случиться?
- Не знаю, - пожимала плечами бабушка, - зачастую чудеса случаются совсем не тем образом, как мы ожидаем. Я ждала чуда, что мой дед Антип вернётся с войны живым и невредимым. А колокольчик спас моего старшего брата от болезни. Чудо ли это? Наверное.
Катя кивнула. Тогда она не очень понимала слова бабушки, но через много лет до неё дошёл их смысл.
Девочке было десять лет, когда случилась беда. У неё диагностировали опасное заболевание головного мозга. В их городе такие операции не делали, нужно было ехать в столицу.
Была выделена квота, но послеоперационная реабилитация, лекарства, да и проживание в чужом городе - всё это требовало больших денег. В семье таких средств просто не было.
Тогда-то бабушка Лида позвонила Надежде Сергеевне, той самой, что коллекционировала колокольчики. Сколько берегла она заветное серебро, но в ту секунду она даже не колебалась.
- Пусть случится чудо, - прошептала Лидия Ивановна со слезами на глазах, прижимая к себе сумку, в которой лежали полученные за колокольчик купюры.
И чудо произошло. Девочку благополучно прооперировали. Катя жива и здорова по сей день. Уже будучи взрослой, она поняла, какое чудо случилось благодаря второму колокольчику деда Антипа.
В 2010 году не стало Лидии Ивановны, но истории, которые она рассказывала, внучка бережно хранит в памяти. Отмечая Рождество, Катя обязательно поминает бабу Лиду и прадеда Антипа, которого она никогда в жизни не видела.
А ещё Катерина предприняла попытку узнать судьбу Натальи Алексеевны Барышевой, в замужестве Ниловой. Но увы, её жизнь не оставила абсолютно никаких следов.
Спасибо за прочтение. Другие рассказы можно прочитать по ссылкам ниже:
Поддержка автора приветствуется.)