Эффект подобен взрыву. Отец бледнеет, а мама и вовсе издаёт сдавленный стон, шатаясь. Она точно упала бы в сугроб, если бы не муж, инстинктивно подхвативший её. Родители едва держатся на ногах и смотрят на меня шокировано, испуганно – так, будто весь их мир рухнул.
— Так ты всё вспомнила?! – выдыхает отец.
И это не вопрос, а констатация приговора.
Не могу говорить. Лишь киваю, чувствуя, как по моим щекам снова катятся слёзы. Только теперь это не слёзы счастья, а слёзы боли… За эту несчастную бездетную пару, за нас с Мишей и Машей, за всю эту чудовищную ситуацию.
— Откуда паспорт на Лену взяли? – строго спрашивает Миша.
Любимый пытается контролировать ситуацию, понимая, что остальные не в состоянии. Отец не смотрит на нас. Его взгляд устремлён куда-то вдаль – в своё прошлое, полное сложных решений.
— Простите нас. Прости, дочка... – начинает, сгорбив плечи. – Друг сделал. Подделал. Старый товарищ... – замолкает, подбирая слова. – Но... Оля... Она так хотела дочь! Всю жизнь мечтала о ребёнке. А ты была... Как ангел с небес. Как подарок на Новый год, вымоленный у Бога. Мы же нашли тебя у пещеры, в сугробе, почти замёрзшую, с окровавленной головой... Думали, не выживешь. А ты справилась. Вот только ничего не помнила, – его голос срывается. – Про мужа... Мы догадывались по кольцу, да. Сняли его с тебя, когда ты вновь отключилась. Я подумал тогда, если заметит кольцо, начнёт расспрашивать – скажем правду, а нет… Спрячу кольцо и станешь ты нашей… Только нашей. Доченькой! Прости, Леночка. Ты не заметила кольца, слишком слаба была, шокирована амнезией. Вот я и спрятал его. А про ребёнка... – отец смотрит на меня, и в его глазах искренний шок. – Мы и правда не знали! Клянусь! Да и не посмели бы… Врать, если бы знали…
— Как вы могли не знать, если о её исчезновении по всем местным каналам передавали? И что я ищу жену, мать годовалой Машеньки… – восклицает Миша, сильнее сжимая мою ладонь. Он старается держаться, пытается понять их и простить. Ради меня.
— Так мы же не видели новостей. Телевизора-то у нас нет, и в газете не читали... Жили, как в коконе, в своей глуши... Боясь правды, – признаёт отец со слезами на глазах.
Мне так больно за него. Ему тяжело даются эти признания.
— Да, будто нарочно не следили, – тихо, сквозь рыдания подтверждает мама. Она вся дрожит, утирая рукой слёзы. Её слова обращены ко мне, только она не смеет поднять глаз. – Боялись... Боялись потерять тебя, Леночка, узнав правду. Каждый день я просыпалась с этой мыслью... И засыпала тоже. Прости, дочка... Такой страшный, неподъёмный груз на душу взяли! Грех такой тяжкий…
Колеблюсь. Как реагировать на их правду?!
Упрашивать Иру с Мишей их простить – это одно, а услышать из уст отца про спрятанное кольцо – другое. Я ещё могла предположить, что потеряла его, но это… Осознанно лишить меня мужа! Дочери…
Смотрю на «родителей», и моё сердце разрывается на части.
Это они! Мои спасители и похитители одновременно…
Люди, которые подарили мне вторую жизнь, но украли три года первой. Обида, острая и жгучая, поднимается в горле. Горечь от того, что я не видела, как росла Машенька.
Хотя без них я вообще погибла бы у той пещеры.
И теперь меня захлёстывает уже волна благодарности. За их заботу. За тёплую печку в доме. За ту любовь, которую эти люди дарили мне, пусть их правда и была построена на лжи.
Миша придерживает меня под локоть, слегка сжимая, будто подбадривая и напоминая о решении простить…
— Мы... – начинаю шепотом. И пытаюсь снова, глядя прямо на родителей. – Мы... Мы готовы простить вас.
Мама поднимает на меня заплаканное лицо, не веря своим ушам. В её глазах слабая надежда.
— Правда?! Но как?! Правда, милая?
Киваю. Это всё, на что я способна. В этот момент над домом взрывается салют, и я вижу поражённое лицо мамы. Она тянет ко мне руки, пытаясь обнять, но ей не хватает сил. Слишком перенервничала. Сама подхожу и ласково обнимаю её за плечи.
— Ты так добра… Доченька. Но нас всё равно теперь посадят… Жаль с тобой расставаться…
— Почему посадят?! – в ужасе переспрашиваю, придерживая её и пытаясь заглянуть в глаза. – Что ещё вы сделали?
— Ничего нового. Но… Твой липовый паспорт… Боже, во что же я тебя втянула, Стёп?! На старости-то лет… – причитает мама, хватаясь за шею.
— Мама, не паникуй! – прошу, пугаясь за родного человека. Не могу называть её иначе. – Дыши спокойно, Миша что-нибудь придумает. Да ведь? – с надеждой спрашиваю мужа.
— Думаю, проблем не будет. Ты там где-нибудь числилась, Ната? Работала под именем Лены?
— Да где у нас в глуши работать-то?! Всё неофициально, – отвечает папа. – Это же хорошо, да?
— Выходит, не прописки, никаких следов существования Лены, кроме паспорта, нет. Верно? – уточняет Миша.
— Да, дочка у нас здоровая. Даже в клинику районную ни разу не обращались…
— Отлично. Тогда просто сожгите тот паспорт, а мы восстановим документы Наташи… Всё будет хорошо, не переживаете... – успокаивает родителей мой муж.
— Вы так добры! – растроганно восклицает мама, утирая слёзы.
— Просто я всё понимаю. Наташа стала вам дочерью… – продолжает Миша спокойным, уверенным голосом. Он, как стена, о которую разбиваются все наши сомнения. – Пусть и обманом дочкой стала… Но вы же спасли Наташу, подарили ей вторую жизнь. Мы не можем этого забыть. И мы хотим... Хотим познакомить вас с внучкой. С Машенькой. Ей четыре. И она... Очень ждёт вас внутри, – заканчивает с улыбкой Миша.
— Внучка... – выдыхает мама изумлённо. И смотрит на нас с такой надеждой, радостью и удивлением, что у меня снова наворачиваются слёзы.
Отец молча, с трудом разжимая закоченевшие пальцы, копается во внутреннем кармане своего старого пальто.
— Боялся, что найдёшь, всегда носил с собой… – поясняет, доставая потёртую коробочку из-под какого-то лекарства.
Его руки трясутся. Открывает её и протягивает мне. Беру с изумлением. Заглядываю внутрь, и у меня перехватывает дыхание. В небольшой коробочке, на кусочке ваты лежит золотое колечко. То самое.
— Твоё, – указывает на кольцо. Его рука так и висит в воздухе, будто ожидая удара. – С гравировкой даже. Всё это время хранил.
Медленно беру кольцо. Оно холодное от мороза, но в моей ладони быстро согревается. Такое знакомое, родное. Провожу пальцем по внутренней стороне и чувствую ту самую гравировку: «Навеки твой, Миша». Сжимаю его в кулаке, прижимая к груди. Не могу сдержать слёз.
— Прости стариков, Лена. Ой, Наташа… – продолжает отец. – Прости, родная. Мы... Мы не хотели зла. Мы просто... Очень хотели ребёнка. Заботиться, любить…
— Я знаю, пап, – тихо отвечаю, сглатывая слёзы. Впервые называю его так осознанно. Не как Лена, а как Наташа, прощающая своих спасителей. – Знаю, что вы не хотели зла.
— Спасибо, родная. Мы так тебя любим! – отвечает вместо папы мама, смахивая слёзы.
А отец с удивлением смотрит на Мишу. Перевожу взгляд на мужа и понимаю, что тот снимает с цепочки на шее точно такое же кольцо.
— Оно всегда было со мной, – поясняет, бережно поднимая мой кулак к лицу. Целует его, и я разжимаю пальцы. Муж берёт с ладони моё колечко.
— Вот ты и снова моя жена, любимая… – произносит, надевая мне на безымянный палец колечко. И тут же протягивает своё. Дрожащими пальцами надеваю его на палец любимого. – А я снова твой муж, Натка, – объявляет, нежно целуя меня в губы. Прямо тут, на морозе. На глазах у родителей.
— Счастья вам, дети! – благословляет нас отец.
— Какая же замечательная пара… – растроганно комментирует мама.
Разрываем поцелуй и берёмся за руки.
— Идёмте уже домой, – предлагает всем Миша. – В нашей семье прибавление! У Машеньки теперь будет ещё одни бабушка и дед. А у вас внучка…
Родители кивают. И идут за нами. Папа придерживает маму под локоть, страхуя на скользкой дорожке. Она даже почти не кашляет, будто счастье исцелило её.
Все вместе поднимаемся в квартиру. В комнате находим Иру, которая играет с племянницей в подаренные ею шарики.
— Я помыла их, Нат, – предупреждает сестра.
— Хорошо. Машенька, смотри, это твои бабушка и дедушка, – объявляю дочери.
Дочка смотрит на них широко раскрытыми глазами.
— Здравствуйте, – робко произносит.
Мама осторожно подходит к малышке и нежно гладит её по голове. В её глазах стоят слёзы.
— Здравствуй, внученька... Какая же ты красавица! И как на мамочку похожа! Чудо…
— Ну, давай знакомится, внученька, – приседает возле Маши мой отец. – Я деда Стёпа, а это Баба Оля. И мы очень-очень рады внучке… – признаётся, протягивая ей ладонь.
— А я Маша, – отвечает моё сокровище и даёт дедушке пять. Тот счастливо улыбается. – И сегодня ко мне вернулась мама…
— И нашлись бабушка с дедушкой, – добавляет моя мама. – Какой чудесный Новый год! – восклицает она. – Ну, давай, забирайся на колени, рассказывай, как живёшь…
Маша кивает и действительно садится на колени к бабушке, которая уже присела на диван. К ним запрыгивает Муська и с интересом обнюхивает нового человека.
— А это что за красавица? – с искренним восторгом спрашивает мама.
— А это наша Муся. Ей больше лет, чем мне… – начинает рассказ Маша, и я облегчённо отхожу попить воды.
Контакт налажен, теперь всё будет хорошо…
Возвращаюсь в зал. Хочется побыть с любимым хоть минутку, пока все в детской. Я так соскучилась!
Но тут раздаётся настойчивый звонок в дверь. Миша идёт открывать.
— Мам, пап, заходите! У нас тут… Невероятное случилось… Чудо! – слышу из прихожей голос любимого.
Через полминуты в зал, снимая пальто и держа два пакета с подарками, входит Мишина мама. Свёкор же идёт на кухню, должно быть, ищет внучку. Напрягаю память, вспоминая, как их зовут. Точно! Людмила Викторовна и Алексей Петрович.
Взгляды свекрови скользят по мне, и я отмечаю на её лице вежливую улыбку. Как бывает, когда видишь под Новый год в гостях Снегурочку. Но после… Женщина переводят взгляд на наши руки. Любимый ведь вновь держит мою ладонь в своей. Потом Людмила Викторовна возвращается к моему лицу и замирает. Её рука тянется к горлу.
— Наташа… Наташенька? – произносит поражённо, едва слышно. – Миша, сынок! Это же она? – свекровь от шока не может нормально говорить.
— Да, она. Любимая… Вернулась, – отвечает муж как раз, когда свекор входит в зал.
Алексей Петрович, всегда такой сдержанный, сейчас подходит ко мне и… Его глаза застилают слёзы.
— Родная наша! – хрипит он. – Живая… Вернулась! – восклицает.
И тут их прорывает. Все кидаются меня обнимать.
После Миша уводит родителей на кухню и быстро объясняет им, откуда у меня снова появились мама и папа. И свёкор со свекровью соглашаются с нашим решением принять их в семью.
— Внучке лишние бабушка с дедом не помешают, – выдаёт Алексей Петрович, протягивая моему отцу руку.
Продолжение следует. Все части внизу 👇
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Новогоднее чудо! Мама в подарок", Василиса Горная ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.
***
Что почитать еще:
***
Все части:
Часть 1 | Часть 2 | Часть 3 | Часть 4 | Часть 5 | Часть 6
Часть 7 - финал ❤️