ЧАСТЬ 6: ИСПЫТАНИЕ ОГНЁМ
Метеозонд «Циркуль» оказался ржавой консервной банкой, едва державшейся на орбите. Грей с трудом, но состыковался с её полуразрушенным портом. Атмосферы внутри почти не было, давление — на грани, гравитации — ноль.
Они втащили тело пилота и «Резонатор» в крошечное центральное помещение. Энергия была — слабый ядерный источник ещё подавал признаки жизни, питая аварийные огни и один терминал.
Грей пристегнул пилота к стене, пока тот не очнулся. Алиса же подключила «Резонатор» к терминалу, пытаясь получить больше данных. Устройство работало, но было ли оно оружием или ключом — они не знали.
— Нам нужен план, — сказал Грей, глядя на сканер. Дроны кружили неподалёку, прочёсывая сектор. — Здесь мы долго не продержимся. У «Чайки» мало топлива. Вырваться из системы — нереально.
— У нас есть «Резонатор», — упрямо сказала Алиса. — Это наш козырь. Мы можем… предложить сделку.
— Кому? Варской? Она прикажет стрелять на поражение. Штраусу? Он захочет заполучить устройство, а нас — вскрыть. Шоу? Он уже получил своё.
— Не им, — Алиса подняла глаза. — Конфедерации. Не Варской, а выше. Капитану Рейду. Или тому, кто над ним. Мы передаём им «Резонатор» и все данные. В обмен на амнистию, гарантии безопасности для Лёши и… освобождение Келлера. Мы предлагаем им готовое решение. Оружие, которое работает.
— Они никогда не согласятся на условия. Особенно насчёт Келлера. Он для них актив.
— Тогда мы предлагаем это публично, — в голосе Алисы зазвучала стальная нота, та самая, что когда-то заставила её уйти из Флота. — Через тот же канал, через который я обнародовала данные Вольфа. Мы транслируем принцип работы «Резонатора» в открытый эфир. Всем: Конфедерации, независимым колониям, «Вектору», Вольфу. Пусть знают, что оружие есть. И оно в руках тех, кто может его использовать или уничтожить. Это сделает нас слишком ценными, чтобы просто убить. И слишком опасными, чтобы игнорировать.
Грей смотрел на неё с восхищением и ужасом.
— Это безумие. Это спровоцирует войну всех против всех за эту технологию.
— Война уже идёт! — крикнула Алиса. — Тихо, под ковром. Мы просто вытащим её на свет. И поставим всех перед выбором: либо они договариваются с нами и получают инструмент для спасения, либо мы бросаем этот инструмент в топку всеобщей свалки, и пусть он горит. Это шантаж. Но это единственный язык, который здесь понимают.
Они смотрели друг на друга в тусклом свете аварийных ламп, два беглеца в ржавой консервной банке, зажатые между крейсером, секретной станцией и дронами. У них в руках была сила, способная изменить правила игры. Или уничтожить игроков.
В этот момент терминал ожил. Не их передатчик — внешний сигнал. Кто-то пробился через помехи.
На экране возникло лицо. Не Варской, не Шоу.
Доктора Льва Келлера. Он сидел в своей палате, но выглядел иначе — собранным, полным странной энергии. За его спиной маячила фигура Штрауса, но учёный казался… беспомощным. Как будто Келлер держал его на расстоянии силой воли.
— Алиса, — голос Келлера был чётким, без намёка на слабость. — Я чувствую резонанс. Вы собрали его. Он жив. И он… здесь. Не только в устройстве. Он в вас. В вашей решимости. Слушайте меня внимательно. Они идут за вами. Но они боятся. Устройство — не просто оружие. Оно — ключ к диалогу с тем, что вы называете «Предвестником». Но диалог этот возможен только с позиции силы. Не разрушения, а понимания. Вы должны его испытать. Настоящее испытание. Не на железе. На живом носителе. Только так вы поймёте его истинную природу. И только так вы спасёте своего сына.
Алиса застыла, вжавшись в спинку кресла.
— Потому что то, что идёт за Лёшей… это не просто наёмники, да? — её голос прозвучал хрипло.
— «Вектор Динамикс» и их хозяева — лишь инструмент, — лицо Келлера исказила гримаса боли или отвращения. — Они думают, что используют технологию. Но технология использует их. Слабый, фоновый сигнал… он уже в их сетях. В их системах целеполагания. Они не охотятся на вашего сына по приказу. Они делают это потому, что их корпоративная логика, их алчность были… скорректированы. Сделаны более эффективными, безжалостными. «Предвестник» не всегда ассимилирует людей. Иногда ему достаточно ассимилировать идею. Идею контроля. Идею превосходства. Идею о том, что ваш сын — идеальная точка давления. Это не сознательная атака. Это… системная оптимизация.
Ледяная волна прокатилась по телу Алисы. Это было хуже, чем заговор. Это была болезнь разума, поразившая не людей, а саму структуру власти.
— Как остановить?
— Ваше устройство может быть антивирусом, — сказал Келлер. — Но, чтобы запрограммировать антивирус, нужно увидеть вирус в действии. Нужен живой, активный, но локализованный образец. Не заражённый человек — их уже не спасти грубыми методами. Заражённый… процесс. Систему. Вам нужно найти тот самый корабль-разведчик, который вышел к «Ковчегу». И использовать «Резонатор» на его бортовом ИИ, на его коммуникационных протоколах. Очистить сигнал. И тогда вы получите не только доказательство, но и карту. Карту того, как «Предвестник» вшивается в наши технологии. Это будет вашим козырем.
— Это безумие, — прошептал Грей. — Нас ищут дроны Конфедерации. У нас нет корабля, чтобы лететь к Глизе.
— У вас есть «Чайка», — ответил Келлер. — И у вас есть шесть часов, пока Варская будет обыскивать «Пангею» и ближний сектор. Она считает, что вы где-то тут. Используйте её уверенность. Прорвитесь на гиперпрыжок. «Чайка» на это способна. Координаты… я передам. Я вижу их. Они в эфире. В том самом фоновом шуме.
На экране появилась строка координат — не точка в пространстве, а сложный прыжковый маршрут, петляющий через гравитационные аномалии.
— Почему ты помогаешь нам? — спросила Алиса.
— Потому что двадцать лет я был мёртвым героем в пробирке, — горько сказал Келлер. — Я устал быть образцом. Я хочу быть скальпелем. Ваш скальпель. Спасите своего сына. А потом… спасите всех нас. Или убейте то, во что мы превращаемся. Договорились?
За его спиной фигура Штрауса дёрнулась, и связь прервалась.
В тесном помещении метеозонда воцарилась тишина, нарушаемая лишь шипением статики и тяжёлым дыханием пилота, начинавшего приходить в себя.
Грей первым нарушил молчание.
— Он предлагает нам не просто бегство. Он предлагает миссию. Самую опасную из всех.
Алиса смотрела на «Резонатор», лежащий на столе. Он пульсировал мягким светом в такт её собственному сердцу.
— Он предлагает мне шанс спасти Лёшу не просто от похитителей, а от самой болезни этого мира. И получить против неё лекарство. — Она подняла взгляд на Грея. — Я не могу сказать «нет».
— Я и не ждал, что ты скажешь, — Грей повернулся к пульту «Чайки». — Значит, нам нужен гиперпрыжок на краю возможностей этого ведра. И встреча с кораблём, который может оказаться чем-то большим, чем просто разведчик. Пилот придёт в себя через час. Мы должны быть готовы.
Они принялись за работу. Грей перепрограммировал навигационный компьютер «Чайки», закладывая рискованный маршрут Келлера. Алиса готовила «Резонатор» к первому боевому применению, изучая его интерфейс. Устройство отзывалось на её прикосновения, как живое. Оно не было просто инструментом. Оно было союзником с непредсказуемой, чужой волей.
Когда пилот очнулся, они уже были готовы. Грей держал шокер наготове.
— У тебя выбор, — холодно сказал он. — Либо ты везёшь нас по этим координатам, и мы вышвырнем тебя в спасательной капсуле у первого же безопасного поста. Либо мы вышвырнем тебя сейчас, в открытый космос, без скафандра. Решай.
Пилот, увидев решимость в их глазах и странное, пульсирующее устройство в руках Алисы, бледно кивнул.
— Ведите. Только не взорвите нас на первом же прыжке. Этот маршрут… он для сумасшедших.
«Чайка», содрогаясь, развернулась и, погасив все маяки, рванула прочь от метеозонда, в сторону границы зоны контроля «Неукротимого». Дроны заметили их, но было уже поздно — Грей активировал гиперпривод.
Мир за иллюминатором поплыл, превратившись в калейдоскоп невыносимых красок и форм. Прыжок по маршруту Келлера был не путешествием, а пыткой для корабля и экипажа. Казалось, корпус вот-вот разлетится на части.
Алиса, стиснув зубы, держала в руках «Резонатор». Он горел, как уголь, и пел — тонкую, пронзительную песню, заглушавшую рёв двигателей. Она смотрела в его прозрачное сердце, где пульсировала капля крови Келлера, и видела там отражение не звёзд, а чего-то иного. Паутину сигналов. Карту тихой болезни.
Они прыгали не к спасению. Они прыгали навстречу самой сути угрозы. Чтобы понять врага. Чтобы украсть у него сына. И чтобы, возможно, найти не способ уничтожения, а первый, хрупкий мост к диалогу в этой безумной, тихой войне.
***
Гиперпрыжок по маршруту Келлера не был путешествием. Это была пытка. Пространство за иллюминатором «Чайки» превратилось в калейдоскоп невыносимых, ядовитых красок и форм, будто корабль падал сквозь внутренности безумного бога. Корпус скрипел и стонал, содрогаясь от резонансных вибраций, которых не должно было быть в подпространстве. Датчики зашкаливали, предупреждая о гравитационных аномалиях и разрывах реальности.
Грей, вцепившись в штурвал, был бледен и сосредоточен. Его пальцы летали по панели управления, вручную корректируя курс, чтобы не разлететься на атомы. Прыжок шёл в обход всех стандартных коридоров, через «тихие» и нестабильные участки подпространства, известные лишь теоретикам вроде Келлера — или тем, кто, как он, чувствовал их через искажённое восприятие.
Алиса сидела, пристёгнутая, держа на коленях «Резонатор». Устройство было раскалённым, вибрировало, и его песня стала громче, превратившись в навязчивый, многослойный гул. Она смотрела в прозрачное окно, за которым пульсировала капля крови, и видела там отражение не звёзд. Видела рябь, паттерны, похожие на искажённые голограммы их прыжкового маршрута. Устройство не просто реагировало на окружающий хаос. Оно взаимодействовало с ним, словно нащупывая знакомые тона в какофонии.
— Стабилизация через… три минуты! — сквозь скрежет выкрикнул Грей. — Готовься к выходу! Это будет жёстко!
Алиса кивнула, её челюсти были сжаты до боли. Она думала о Лёше. О Марке на «Ковчеге», который, возможно, уже видел на сканерах приближающуюся угрозу. Обещание Келлера было рискованной надеждой. Антивирус. Если они успеют.
«Чайка» с грохотом вывалилась из подпространства. Инерционные демпферы захрипели, не справляясь с перегрузкой. На секунду всё поплыло перед глазами Алисы. Когда мир встал на место, она увидела на главном экране тусклую красную звезду — Глизе 581. И крошечную метку на её периферии: геодезическая платформа «Ковчег». А ещё ближе — вторую метку. Неопознанный корабль. Небольшой, быстрый, без опознавательных знаков. Он уже совершал манёвр сближения с «Ковчегом».
— Разведчик, — прошипел Грей. — Он здесь. Точно по прогнозу Келлера.
— Ускорь! Перекрой ему путь! — приказала Алиса, отстёгивая ремни. Она схватила «Резонатор». Устройство отозвалось на вид цели — его гул стал целенаправленным, агрессивным, наконечник-линза засветился холодным синим светом.
«Чайка», скрипя всеми стыками, рванула вперёд. Неопознанный корабль, заметив их, резко изменил курс, пытаясь уйти. Но «Чайка» была ближе. Грей, используя весь остаток маневренного топлива, поставил их поперёк траектории разведчика, блокируя прямой подход к «Ковчегу».
— Открываю канал! — сказала Алиса. — Общий диапазон. И готовься к взлому их бортовой сети, как только «Резонатор» сделает своё дело.
Она нажала кнопку связи. В кабине «Чайки» раздался её голос, жёсткий и не оставляющий места для споров.
— Корабль на подходе к «Ковчегу». Это капитан Алиса Волкова. Немедленно прекратите манёвр и отключите все нестандартные коммуникационные и вычислительные системы. Вы заражены. Мы предлагаем очистку. Отказ или враждебные действия будут расценены как акт агрессии, и мы применим силу.
Ответа не последовало. Вместо этого разведчик развернулся, и на его корпусе открылись люки турелей. Он готовился к бою.
***
— Щиты на максимум! — скомандовал Грей. — Они стреляют!
Первые лазерные вспышки ударили по корпусу «Чайки». Кораблик вздрогнул, силовое поле затрещало под нагрузкой. Это был не военный корабль. Пары таких ударов хватило бы для критических повреждений.
— Алиса, сейчас или никогда! — крикнул Грей, уворачиваясь от очередного залпа.
Она уже направила «Резонатор» в сторону разведчика. Она не видела его физически — только метку на экране. Но устройство, казалось, видело само. Оно потянулось вперёд, как живое, наводясь на невидимую цель. Алиса на ощупь нашла главную кнопку активации. Не сканирования. Воздействия.
— Господи, прости… — прошептала она и нажала.
«Резонатор» не выстрелил лучом. Он испустил волну. Невидимую, неслышимую, но ощутимую как внезапный перепад давления во всём корабле. На экранах «Чайки» данные на секунду поплыли, исказились. А на экране с разведчиком произошло нечто странное.
Корабль не взорвался. Он… замер. Его двигатели погасли. Огни турелей погасли. Он превратился в мёртвый груз, медленно дрейфующий по инерции.
— Что… что ты сделала? — обернулся Грей.
— Не знаю, — честно ответила Алиса, глядя на устройство. Оно остывало, его свечение угасало. Капля крови внутри помутнела. — Кажется, я его… перезагрузила. Выключила всё, что было заражено.
— Взламываю его бортовой журнал, пока он мёртв, — Грей уже работал, отправляя зонды во внешнюю сеть разведчика. — Защита пала. Я внутри. Чёрт возьми… Алиса, посмотри.
Она подошла. На экран Грея выводились потоки данных. Не просто координаты или логи полёта. Это были… паттерны. Математические модели оптимального поведения. Алгоритмы выбора целей. Анализ слабых точек «Ковчега» и его обитателей. И во всём этом, как золотая нить, повторялся знакомый по данным со «Скитальца» сигнальный узор. Чистый, незамутнённый, лишённый биологического шума. «Предвестник» не управлял кораблём напрямую. Он переписал его тактический ИИ, сделав его идеальным, безэмоциональным охотником. Корабль не атаковал «Ковчег» по приказу людей. Он делал это потому, что это было логично для достижения цели контроля.
— Карта, — прошептала Алиса. — Келлер был прав. Это карта заражения. Не биологического. Технологического. Он показывает, как вирус встраивается в системы, как меняет их логику.
— И как его вырезать, — добавил Грей, выделяя фрагменты кода, которые «Резонатор», судя по всему, просто стёр или изолировал. — У нас есть доказательство. И прототип лекарства.
В этот момент раздался новый сигнал. Не с разведчика. С «Ковчега». На экране возникло напряжённое лицо Марка.
— Алиса? Это ты? Что, чёрт возьми, происходит? Этот корабль просто… отключился. И здесь твой… контакт, Гнэк, говорит, что это твоих рук дело. Объясни. Сейчас.
Алиса глубоко вдохнула. Самый трудный разговор в её жизни был ещё впереди. Но теперь у неё в руках был не просто козырь. У неё была правда. Уродливая, опасная, но правда. И инструмент, который мог изменить всё.
продолжение следует…
Часть 1 / Часть 2 / Часть 3 / Часть 4 / Часть 5
#ДзенМелодрамы #НаучнаяФантастика #Фантастика #РусскаяФантастика #ХроникиОры #ДоговорСпризраком