ЧАСТЬ 5: КАТАЛИЗАТОР
Ночь на «Пангее» не была тёмной. Светодиодные полосы аварийного освещения в коридорах горели тусклым синим, превращая пространство в подводный грот. С 02:00 привычный гул систем жизнеобеспечения сменился неровным, прерывистым гулом — шло переключение резервных контуров. В воздухе витало напряжение, как перед грозой.
Алиса и Грей выскользнули из своей каюты, едва затихли шаги патруля. Они были в тёмной, немаркированной одежде, поверх — лёгкие куртки, скрывавшие контуры тела. В карманах — мультитул, портативный сканер, два шокера и кристалл с частотной матрицей, завёрнутый в экранирующую ткань. Примитивно, но другого оружия у них не было.
Карта, составленная Греем, светилась на экране планшета. Путь к сектору 4-B лежал через технические галереи, где проходили магистрали вентиляции и кабельные каналы. Это была ахиллесова пята любой станции — лабиринт, который редко патрулировали, но где всегда были датчики.
— Охрана делает круг каждые 47 минут, — шёпотом проговорил Грей, прижимаясь к стене у развилки. — Сейчас у них смена. У нас есть 15 минут относительного затишья.
Они двинулись вперёд, скользя тенями по синим коридорам. Гул становился громче, вибрация отключаемых насосов отдавалась в металле под ногами. Один раз им пришлось залезть в узкий кабельный канал и проползти пять метров над головой у двух техников, ворчащих о «дурацких плановых работах». Алиса чувствовала, как кристалл у её груди отзывается слабым, едва ощутимым покалыванием на вибрации станции. «Чувствует», как говорил Келлер.
Хранилище 4-B оказалось массивной гермодверью с табличкой «ТЕХНОЛОГИЧЕСКИЕ ОТХОДЫ. ВХОД ПО ДОПУСКУ 3-G». Дверь была приоткрыта — видимо, из-за переключения систем блокировка сработала не до конца.
— Готов? — Алиса посмотрела на Грея.
Он кивнул, прикрывая её собой, и толкнул створку. Она с глухим скрежетом поддалась.
Внутри пахло озоном, металлической пылью и чем-то кислым. Пространство было огромным, похожим на ангар. Стеллажи уходили ввысь, заставленные ящиками, контейнерами, кусками непонятного оборудования. Всё было покрыто слоем пыли. В дальнем углу горел одинокий жёлтый светильник, отбрасывая длинные, зловещие тени.
— «Отходы», — пробормотал Грей. — Ищем сплавы, кристаллы, что-то похожее на медицинское оборудование.
Они разошлись. Алиса направилась к секции, где лежали разобранные анализаторы и сканеры. Её глаза выхватывали детали: титановые корпуса, керамические изоляторы, медные катушки. Нужного сплава не было.
Через десять минут безуспешных поисков её взгляд упал на груду металлолома у дальней стены. Среди ржавых труб и оболочек торчал уголок чего-то чистого, серебристого, с характерным радужным отливом. Триган-сплав. Его использовали в гиперпрыжковых двигателях первого поколения как волновод для экзотической материи. Теперь это был утиль.
Она подозвала Грея. Вместе они оттащили тяжёлую плиту и вытащили кусок сплава размером с ладонь, но невероятно тяжёлый.
— Один есть, — выдохнула она, засовывая его во внутренний карман куртки.
Поиски кристаллического волновода заняли ещё двадцать минут. Они уже начали отчаиваться, когда Грей, копавшийся в ящике с оптическим хламом, извлёк тонкий, длинный стержень из прозрачного материала, внутри которого играли радужные блики.
— Оптоволокно для квантовых коммуникаций? — предположил он.
— Близко. Это он. — Алиса взяла стержень. Он был холодным и отдавал едва слышным высокочастотным звоном при прикосновении. Идеально.
Оставалась линза из невесомого кремния. И кровь.
— Медицинский отсек, — тихо сказала Алиса. — Там могут быть списанные химреактивы, образцы… и, возможно, доступ к анализаторам, которые работают с биоматериалом Келлера.
Они двинулись к обозначенной на карте двери с красным крестом. Она была заперта. Грей достал мультитул и за несколько секунд, с мастерством бывшего оперативника, вскрыл простой электронный замок.
Внутри была маленькая лаборатория-морг. Холодильники для образцов, центрифуга, микроскопы. И в углу — автономный, похожий на гроб аппарат для криоконсервации. На его дисплее светилось: «ОБРАЗЕЦ: K-0-S (сыворотка). ТЕМПЕРАТУРА: -170°C. СТАТУС: СТАБИЛЕН».
Сыворотка крови Келлера. Не капля, а целый флакон. Они нашли его быстрее, чем ожидали. Удача? Или ловушка?
Грей подошёл к аппарату. Его интерфейс был простым, но требовал отпечаток пальца или код доступа.
— Не взломать быстро. Нужно либо тащить весь аппарат, что невозможно, либо…
— Искать расходники, — закончила за него Алиса. Она начала рыться в шкафах. Пробирки, пипетки, пакеты для биологических отходов… И тут её взгляд упал на небольшой холодильник для «текущих образцов». На его дверце висел простой кодовый замок. Шесть цифр.
— Грей, попробуй отпечаток Штрауса или Варской из базы? — спросила она.
— Нет времени и доступа. Нужно угадать или снести дверь. Шума будет много.
Алиса замерла, глядя на замок. Шесть цифр. Келлер говорил: «Ищите в хранилище». Что, если он дал подсказку не только на место, но и на код? Дата его рождения? Дата начала проекта «Омега»? Она в отчаянии набрала первые пришедшие на ум цифры — дату гибели отца. Замок не открылся. Она попробовала дату аварии на «Скитальце». Снова нет.
— Попробуй «нулевую» последовательность, — предложил Грей. — 000000. Или 123456.
Она набрала. Ничего.
Внезапно её осенило. Код для отходов. Для того, что считают мусором. Самый простой, универсальный код, который ставят на временные хранилища. Она набрала: 999999.
Раздался мягкий щелчок. Дверца холодильника открылась. Внутри, на полке, лежало несколько пробирок с жёлтой жидкостью. На них была маркировка «K-0. Сыворотка. Тест-партия 7».
Она взяла одну пробирку, чувствуя, как дрожат её пальцы. Лёд моментально покрыл стекло. Она быстро сунула её в термоконтейнер для образцов, который нашла рядом.
— Всё. У нас есть всё, — прошептала она.
В этот момент за спиной Грея, у криоаппарата, раздался резкий, пронзительный писк. На дисплее замигало красное предупреждение: «НАРУШЕНИЕ ТЕМПЕРАТУРНОГО РЕЖИМА. АКТИВИРОВАНА СИГНАЛИЗАЦИЯ. УРОВЕНЬ 2».
Они замерли, глядя друг на друга. Аппарат был подключён к общей сети безопасности. Датчик сработал не из-за их взлома, а из-за сбоя питания во время «плановых работ». Или это была ловушка с самого начала.
— Бежим! — скомандовал Грей.
Они выскочили из медицинского отсека и бросились назад, к техническим галереям. За спиной уже слышались шаги и голоса. Свет в коридорах вспыхнул ярко-белым — аварийное освещение сменилось основным. Проверка заканчивалась. И они оказались в самом центре просыпающейся станции с уликой в карманах.
***
Они мчались по лабиринту кабельных каналов, не разбирая дороги. Гул систем вернулся в полную силу, заглушая их шаги. Где-то в отдалении завыли сирены, но не общие, а локальные — в секторе «Орфей».
— Тревога из-за Келлера? — задыхаясь, спросила Алиса, протискиваясь через очередной люк.
— Или из-за нас, — отозвался Грей. — Неважно. Надо вернуться в каюту. Алиби — мы спали.
Это была слабая надежда. Но другой не было.
Выбравшись в знакомый коридор у их жилого сектора, они замедлили шаг, стараясь дышать ровнее. Дверь в их каюту была в двадцати метрах.
И тут из-за угла вышел Шоу. Он был один. На его лице не было ни удивления, ни гнева. Только холодное, аналитическое любопытство.
— Консультанты. Неожиданная прогулка для столь позднего часа. Или раннего? — Его взгляд скользнул по их перепачканной одежде.
— Не могли спать, — быстро сказала Алиса, пытаясь пройти мимо. — Шум от переключения систем.
— Понимаю, — Шоу сделал шаг, блокируя путь. — Очень шумно было. Особенно в хранилище 4-B. И в медотсеке. Странные скачки температуры. Вы ничего об этом не знаете?
— Мы только что вышли из каюты, — твёрдо сказал Грей. — Вы можете проверить логи двери.
— Увы, система логирования на жилом секторе тоже была временно отключена, — мягко заметил Шоу. — Удобное совпадение, не правда ли? Как и то, что уровень тревоги в секторе «Орфей» подняли ровно через три минуты после срабатывания датчика у криохранилища образца К-0. Кто-то очень взволнован его безопасностью.
Алиса почувствовала, как холодный пот стекает по спине. Он знал. Не всё, но достаточно.
— Что вы хотите, аналитик?
— Я хочу понять правила игры, в которую вы играете, — сказал Шоу. — Майор Варская видит в вас недисциплинированных авантюристов. Доктор Штраус — интересных подопытных. А я вижу… пару идеальных катализаторов. Неуправляемый элемент, способный взорвать любую систему. Это ценно.
— Мы не хотим ничего взрывать, — прошипела Алиса.
— О, хотите. Просто не здесь и не сейчас, — Шоу улыбнулся. — Вы хотите собрать «Резонатор». Для этого вам нужны детали. Я предполагаю, вы их уже нашли. Иначе зачем рисковать? Теперь вам нужно время и место для сборки. И, возможно, способ вывезти доктора Келлера. У меня есть предложение.
Грей напрягся, готовый к атаке, но Алиса остановила его жестом. Шоу не вызывал охрану. Он вёл переговоры.
— Говорите.
— У меня есть доступ к изолированному лабораторному модулю на внешней обшивке. Старое помещение для тестирования плазменных горелок. Никем не используется. Там есть базовое энергоснабжение и экранирование. Вы можете собрать там своё устройство. Я обеспечу вам шесть часов без помех. Взамен… — он сделал паузу. — Взамен я возьму полную копию всех ваших данных. Теорию «Резонатора». И образец сыворотки Келлера. Не весь, достаточно миллилитра.
— Предательство? — с горечью спросила Алиса.
— Бизнес, — поправил Шоу. — Я представляю интересы организации, которая ищет альтернативные пути. Конфедерация хочет уничтожить угрозу. Вольф хочет с ней слиться. Мои наниматели хотят её понять и приручить. Ваше устройство… это слишком опасное оружие в руках солдат. Но в руках учёных это ключ к диалогу.
— Диалогу с тем, что стирает разумы? — не поверил Грей.
— Любой достаточно развитый сигнал можно декодировать, — пожал плечами Шоу. — Даже если это враждебный код. Главное — не бояться его изучать. Итак, согласны? Или предпочитаете, чтобы я поднял тревогу и вас обыскали? Уверен, майор Варская будет в восторге от находки.
Алиса и Грей обменялись долгим взглядом. Это была сделка с дьяволом. Но дьявол предлагал им единственный шанс. Без лаборатории собрать «Резонатор» было невозможно. Без «Резонатора» у них не было козыря против Вольфа и не было морального права спасать Келлера или требовать что-то от Конфедерации.
— Шесть часов, — сказала Алиса. — Полная экранировка. И вы гарантируете, что Келлер не пострадает от ваших действий.
— Я гарантирую, что его ценность для моих нанимателей выше, чем мёртвый герой, — ответил Шоу. — Его кровь — это билет в закрытый клуб. Мы не станем убивать гусыню, несущую золотые яйца. Договорились?
— Договорились, — сквозь зубы сказала Алиса.
Шоу кивнул и протянул ей маленький чип.
— Координаты модуля и временный код доступа. У вас есть 30 минут, чтобы туда добраться, пока не закончится «плановое отключение» на том участке. Удачи. Я свяжусь с вами через шесть часов.
Он развернулся и исчез в коридоре, оставив их с чувством, что они только что прыгнули в бездну, связав себя по рукам и ногам.
***
Модуль «Феникс» оказался крошечной, покрытой наростами застывшей пены капсулой, приваренной к корпусу «Пангеи» как бородавка. Внутри пахло горелой изоляцией и пылью. Но здесь были стол, питание, паяльный комплекс и толстые свинцовые стены. Шоу не солгал.
Они заперлись изнутри. Время пошло.
Алиса разложила на столе свои сокровища: тяжёлый клинок триган-сплава, сияющий стержень волновода, пробирку с жёлтой сывороткой и кристалл-матрицу. Грей подключил планшет к урезанной локальной сети модуля.
— У нас есть детали, — сказала Алиса, и её голос прозвучал неуверенно впервые за долгое время. — Но у нас нет инструкции. Келлер дал названия, намекнул на принцип. Но как это собрать? Связи, расчёты, калибровка… Мы не физики-теоретики. Мы импровизаторы.
— Значит, будем импровизировать, — Грей вызвал на экран скудные данные, которые они успели скопировать с терминалов «Пангеи»: обрывки формул из открытых работ по резонансной физике, спецификации на оборудование. — У нас есть матрица. Она — исходный паттерн. У нас есть кровь Келлера — биологический фильтр. Логика подсказывает: матрица задаёт «мелодию», кровь настраивает приёмник на «живую» частоту, а железо — усиливает и направляет. Нам нужно соединить их в последовательную цепь.
— Это как собрать квантовый компьютер, имея только список его возможных компонентов, — с горькой усмешкой сказала Алиса. — Но выбора нет.
Работа началась с мучительных проб и ошибок. Алиса, с её инженерными навыками, пыталась собрать физическую обвязку. Она резала сплав, пытаясь придать ему форму резонансной камеры, опираясь на смутные воспоминания о схемах со «Скитальца» и отцовских рассказах о стоячих волнах. Каждый раз, когда она подносила к заготовке кристалл-матрицу, тот отзывался слабым свечением или, наоборот, гасил его — словно указывал: «тепло» или «холодно».
Грей работал с софтом, пытаясь написать управляющую программу, которая бы считывала паттерны матрицы. Без точных алгоритмов это была слепая попытка. Он создавал виртуальные модели, симуляции, которые раз за разом давали сбой, показывая катастрофический резонансный коллапс.
Через два часа у них был грубый, уродливый прототип: бесформенная масса спаянного сплава с торчащими проводами, к которой был присоединён волновод, а на конце — линза из невесомого кремния. Он выглядел как плод кошмара инженера.
— Это не сработает, — с отчаянием сказал Грей, глядя на данные симуляции. — Резонансная петля не замыкается. Энергия будет рассеиваться или… отразится назад, в лучшем случае спалив чип. В худшем — создав импульс, который превратит наши мозги в кашу.
Алиса смотрела на пробирку с сывороткой. Келлер сказал: «Капля. Катализатор. Без неё резонанс не замкнётся». Они пока не вводили биокомпонент. Что, если… что, если они делают всё наоборот?
— Стой, — сказала она. — Мы пытаемся подогнать железо под теорию, которую не понимаем. А что, если кровь — не последний компонент, а первый? Что если устройство должно быть построено вокруг неё? Не как схема с добавлением, а как… биомеханический симбиот?
Это была безумная идея. Но все их идеи были безумными.
Они разбили пробирку. С помощью микропипетки Алиса перенесла единственную каплю жёлтой жидкости на плоскую пластину из инертного стекла. И аккуратно, как сапёр, поднесла к ней кристалл-матрицу.
В тот момент, когда кристалл оказался в миллиметре от капли, произошло чудо. Капля потянулась к нему, образовав тонкий, дрожащий мостик. А по корпусу их уродливого прототипа пробежала сухая, синяя искра статики. Голограмма симуляции на планшете Грея вдруг очистилась от шума и выстроилась в идеальную, гармоничную синусоиду.
— Связь… — прошептал Грей, поражённый. — Они коммуницируют. Матрица и кровь. Они знают друг друга.
Это был ключ. Не они собрали устройство. Два артефакта — цифровой отпечаток «Предвестника» и биологический щит от него — сами показали, как должны соединиться. Всё, что было нужно Алисе и Грею, — обеспечить им физическую среду и направление.
Работа пошла вдесятеро быстрее. Теперь они не гадали. Они следовали указаниям. Когда Алиса подносила к связке «кровь-матрица» кусок сплава, та либо «отталкивала» его едва заметной интерференцией, либо «притягивала», заставляя кристалл светиться ярче. Они перепаяли схему, разместив каплю в крошечной стеклянной капсуле в самом сердце устройства, вплотную к чипу, на который теперь был установлен кристалл.
«Резонатор» обрёл форму. Это был уже не хлам, а изящный, пугающий цилиндр из тёмного металла с прозрачным окном в центре, за которым пульсировала золотистая капля, и сияющим наконечником-линзой.
Он был живым. Не в метафорическом смысле. Они оба это чувствовали — тихое, настойчивое присутствие. Как будто в металле билось второе, чужеродное сердце.
В этот момент их планшет завибрировал. Входящее сообщение. Не от Шоу. От Гнэка. «Алиса. Ситуация с «Ковчегом». Давление нарастает. По моим каналам, к Глизе 581 проявили интерес корабли с неясной принадлежностью. Скауты. Марк ещё держит позицию, но окно закрывается. Если есть что сказать — говори сейчас. Или готовься к тому, что путь будет отрезан. — G.»
У Лёши заканчивалось время. Их окно для побега с «Пангеи» сужалось с обеих сторон.
— Подключай питание, — сказала Алиса, и её голос был твёрдым. — Делаем пробный запуск. На сканирование. Посмотрим, что видит это… существо.
Грей кивнул и подключил устройство к источнику питания. Оно загудело — низкий, ровный звук. На корпусе зажглись индикаторы. Голограмма показала стабильные параметры.
— Запускаю сканирование окружающего пространства на предмет следовых резонансов, — сказал Грей.
Он нажал виртуальную кнопку.
«Резонатор» издал звук, похожий на удар по хрустальному колоколу. Звук был чистым, красивым и бесконечно одиноким в этой металлической капсуле. На голограмме возникла трёхмерная карта «Пангеи». И на ней, в секторе «Орфей», загорелась яркая, пульсирующая точка. Источник стабильного, мощного сигнала, гармонирующего с их устройством. Келлер.
А ещё… ещё десятки мелких, разрозненных точек, разбросанных по станции. Слабые, фантомные эхо. Возможно, оборудование, работавшее с образцами. Возможно, люди, контактировавшие с Келлером или другими артефактами. «Пангея» была пропитана тихим резонансом угрозы.
— Он работает, — выдохнула Алиса, глядя на голограмму. — Он видит её. Теперь… нужно понять, может ли он лечить. Или только убивать.
***
До окончания шести часов оставалось сорок минут, когда по внутренней связи модуля раздался голос Шоу. Он звучал напряжённо.
— Консультанты. Изменение планов. Варская по неясным причинам ускорила инспекцию внешних модулей. Её группа будет у вас через двадцать минут. Забирайте своё творение и все следы и уходите. Я отвлёк охрану на 5-м уровне, создав фиктивное нарушение. У вас есть коридор: от вашего модуля до вентиляционной шахты «Дельта-7». Она выведет вас в главный док. Там стоит грузовой катер «Чайка», который через час должен везти образцы на «Неукротимый». Его пилот… сговорчив за определённую плату. Он может взять двух лишних пассажиров до стыковки. Дальше — ваши проблемы. Ваша часть сделки — сейчас. Передайте данные и образец.
Алиса сжала «Резонатор». Устройство было тёплым, почти живым на ощупь.
— Как передать?
— В модуле есть лоток для образцов. Положите туда чип с данными и микропробирку. Я заберу дистанционно.
Они так и сделали. Чип со всей их информацией и маленькая пробирка с миллилитром сыворотки Келлера исчезли в стене с лёгким шипением.
— Сделка заключена, — сказал Шоу. — Теперь бегите. И постарайтесь не попасться. Если вас поймают с этим… — он не договорил. Связь прервалась.
Они схватили «Резонатор», инструменты и выбежали из модуля. Коридор был пуст. Вдалеке слышались крики и гул двигателей — инсценировка Шоу работала.
Вентиляционная шахта «Дельта-7» оказалась узкой и скользкой. Они пролезли по ней, обдирая локти, и вывалились в тенистой нише огромного дока. Здесь, в полумраке, стоял утилитарный катер «Чайка» с открытым грузовым отсеком. Рядом суетился коренастый пилот в потрёпанном комбинезоне.
— Вы — дополнительный груз? — буркнул он, не глядя на них. — Ладно. В отсек. Быстро. И не шумите. Ложитесь среди ящиков и не двигайтесь.
Они залезли в холодный, пахнущий машинным маслом отсек и затаились за ящиками с маркировкой «ОБРАЗЕЦ. ХРУПКИЙ». Сердце Алисы бешено колотилось. Они были в одном шаге от побега. И в одном шаге от провала.
Через несколько минут катер вздрогнул и отстыковался. Через иллюминатор в полу Алиса видела, как удаляется колючий силуэт «Пангеи». Они сделали это. Они вырвались.
Но облегчение длилось недолго. Как только «Чайка» вышла на курс к «Неукротимому», по радиоканалу, который слушал пилот, раздался голос Варской. Резкий, как удар кнута.
— Всем судам в зоне «Пангея». Объявляется тревога уровня «Альфа». В связи с чрезвычайным происшествием объект переходит на полный карантин. Все перемещения заморожены. Любое судно, покинувшее объект в последние 30 минут, должно немедленно вернуться для досмотра. Неподчинение будет расценено как враждебный акт. Это приказ майора Варской, командующего операцией «Клеймор».
Пилот выругался.
— Вы что, натворили? — он обернулся к их укрытию, и в его глазах был не страх, а расчёт. — За вами охота. Моя цена только что выросла вдесятеро.
— Веди катер дальше, — приказал Грей, вылезая из-за ящиков. — Мы заплатим больше.
— Чем? У вас ничего нет! — пилот уже тянулся к кнопке связи, чтобы сообщить о них.
Алиса не раздумывала. Она выхватила шокер и ударила его. Пилот рухнул на кресло, дёргаясь в конвульсиях. Грей подхватил его и оттащил в сторону, сам садясь за управление.
— Берём катер! — крикнул он. — Но куда? «Неукротимый» нас уже не примет. Нас расстреляют как перебежчиков.
Алиса смотрела на сканер. «Неукротимый» был огромной угрозой на экране. «Пангея» позади. И прямо по курсу…
— Туда! — она ткнула пальцем в маленькую, едва заметную метку. — Автономный метеозонд. Старая станция. У неё есть стыковочный узел. Мы можем там спрятаться, переждать, подумать.
Грей кивнул и рванул штурвал в сторону. Катер, содрогаясь, изменил курс. На экране замигал предупреждающий сигнал — с «Неукротимого» запустили дроны-перехватчики.
Погоня началась.
***
продолжение следует…
Часть 1 / Часть 2 / Часть 3 / Часть 4
#ДзенМелодрамы #НаучнаяФантастика #Фантастика #РусскаяФантастика #ХроникиОры #ДоговорСпризраком