Дзен-мелодрамы

Инспектор оказался молодым, амбициозным и с идеально зализанной причёской. Его звали Семён Маркович Пенкин, и он ненавидел малый бизнес страстной, почти романтической ненавистью. — Документы, — сказал он с порога, протягивая удостоверение. — Всё. Чековую ленту, кассовую книгу, договоры аренды, лицензию. Азарион спокойно подал папку. Пенкин начал листать, и чем дальше, тем сильнее у него дёргался глаз. — А что это за статья расходов? «Эфирные масла кардамона» в количестве пятисот единиц? — Ароматизатор, — безмятежно ответил Азарион...

Азарион Мрачный, бывший повелитель теней, а ныне скромный аналитик ООО «Бизнес-Поток», сидел на своём рабочем месте и тупо смотрел в монитор. Там ровно ничего не происходило. Отчёты были сданы, план перевыполнен, а единственным врагом, достойным его тёмного величия, оказался внезапно сломавшийся кулер. Он тосковал. В кружке остывал кофе с кардамоном — единственная радость, оставшаяся в этой серой офисной жизни. Азарион сделал глоток, прикрыл глаза и представил, как когда-то его армии тьмы маршировали под звуки похоронных маршей...

Забытые Болота назывались забытыми неслучайно. Даже Рой обходил их стороной, потому что воздух здесь пах медью, вода была цвета старой ржавчины, а по ночам из трясины поднимались огни, которые сводили с ума любого, кто смотрел на них дольше минуты. Ренье шёл туда один. Артакс предлагал дать десяток солдат, но мальчишка отказался. «Их запах спугнёт папоротник», — сказал он. Генерал не стал спорить. Он уже понял, что этот оруженосец видит то, чего не видят даже жрецы. Три дня Ренье пробирался через топи...

Мир Тенебрия никогда не славился добротой. Здесь, среди трёх кривых лун и бесконечных болот, люди выживали вопреки всему — голоду, холоду, предательству. Но главной бедой оказался Безымянный Рой — ползучая нежить, которая не убивала, а переделывала живое в свою безликую плоть. Противостояние длилось столько, что старики перестали рассказывать сказки, потому что сказки не помогали. И тогда жрецы Оракула Трёх Лун объявили пророчество. Оно было красивым, как хороший удар мечом, и таким же смертельным...

Дождь лил как из ведра. Лето в этом году выдалось скверное, и единственным ярким пятном в череде серых будней для жильцов дома № 14 по улице Садовая был… шатёр. Огромный, полосатый, бело-золотой, он вырос посреди двора в одно утро, словно гигантский опёнок после тёплого ливня. Всё началось с соседа из 45-й квартиры, Вадима Сергеевича. Крупный мужчина с басом, привыкший, чтобы его слушали. Он объявил общее собрание на импровизированном пятачке у мусорных баков. «Надоело, — сказал он, потрясая квитанцией, — сидеть по норам...