Ещё в конце 19 века учёными были отмечены уникальные особенности работы с камнем в Тиуанако:
- Умение создавать идеальные прямые углы.
- Умение выравнивать и шлифовать поверхность камня.
- Применение острых инструментов, необходимых для создания идеально выполненных внутренних углов.
Ж.-П. Протцен добавил к этому ещё один пункт:
«4. У каменотёсов Тиуанако были средства для контроля выравнивания больших сглаженных или отшлифованных поверхностей» (Ж.-П. Протцен, С. Наир «Камни Тиуанако. Исследование архитектуры и строительства»).
Достаточно присмотреться к блокам в Тиуанако, чтобы восхититься качеством их обработки и задаться вопросом, какие были использованы инструменты и технологии.
Если же не доверять впечатлению, а измерить блоки, то будет ещё больше оснований для восхищения «...характеристиками резьбы в Тиуанако: идеально ровными поверхностями, точностью размеров, прямыми углами, а также острыми внешними и внутренними краями и закруглениями.» (Ж.-П. Протцен, С. Наир «Камни Тиуанако. Исследование архитектуры и строительства»).
И это с учётом того, что самая сложная и точная резьба в Тиуанако встречается на блоках из самого качественного андезита.
Как же древние строители добивались такого качества? Какие инструменты использовали?
В отличие от инкских памятников, где инструменты найдены в больших количествах, в Тиуанако найдено лишь небольшое количество каменных молотов. Но они не могли использоваться для окончательной обработки блоков, ибо, как указывал Ж.-П. Протцен, каменным молотом невозможно сделать ни идеально прямую поверхность, ни прямые или острые углы.
Между тем в глубине внутренних углов, на стыке плоскостей, были замечены выемки, которые могли быть оставлены только инструментом типа долота или резца.
Есть ещё аргумент, говорящий о наличии у мастеров Тиуанако других инструментов, помимо каменных молотов.
«Практически невозможно найти ошибки в процессе резьбы по камням в районе платформы. А если и удается обнаружить редкую ошибку, то очень незначительную (рис. 5.25). Это поразительно, учитывая сложность и строгость процесса вырезания.» (Ж.-П. Протцен, С. Наир «Камни Тиуанако. Исследование архитектуры и строительства»).
И эта ошибка – след, предположительно, резца.
Стеллой Наир был проведён эксперимент, во время которого она каменными инструментами вырезала половину креста, аналогичного встречающемуся на блоках Пума-Пунку. На заключительном этапе использовался резец из обсидиана.
Вырезать узор удалось, хотя обсидиан часто ломался. Серьёзные сложности возникли с выравниванием плоскостей и шлифованием.
«Молотковые камни постоянно создавали небольшие неровности и ямки на поверхности камня. Замена молотковых камней не улучшила ситуацию. Вместо этого в андезите просто остались ямки разного размера. Полировка только сгладила неровности, немного уменьшив их, вместо того, чтобы убрать. Наир экспериментировала с различными техниками, чередуя удары молотом, долотом и шлифовку, но, в конечном итоге, ровной поверхности получить не удалось.» (Ж.-П. Протцен, С. Наир «Камни Тиуанако. Исследование архитектуры и строительства»).
Между тем мастера в Тиуанако создавали идеально выровненные плоскости на разных этапах работы, а не только на заключительном, и не только на видимых поверхностях. При этом на большинстве блоков в Пума-Пунку следы от ударов инструментов по камню удалены, а поверхность идеально выровнена.
И какие бы ни выдвигались версии, ни одна из них «...не применима к углубленным поверхностям или плоскостям. Например, с ее помощью невозможно выровнять внутренние плоскости крестообразного узора, поскольку в этом случае нет места для шлифования. Следовательно, для этой цели каменщики Тиуанако должны были использовать какой-то другой, неизвестный нам способ.» (Ж.-П. Протцен, С. Наир «Камни Тиуанако. Исследование архитектуры и строительства»).
То, что в результате эксперимента узор был вырезан, говорит о том, что это возможно сделать каменными инструментами. Однако подобные эксперименты «...в лучшем случае демонстрируют, что постулируемая технология не была невозможной, но они никогда не смогут доказать, что она действительно использовалась. Другими словами, если эксперимент Наир недвусмысленно показывает, что работа с камнем в стиле Тиуанако может быть выполнена с помощью простого набора каменных инструментов, это не означает, что каменщики Тиуанако действительно использовали такой набор.» (Ж.-П. Протцен, С. Наир «Камни Тиуанако. Исследование архитектуры и строительства»).
Так какими инструментами работали каменщики Тиуанако? Какие ещё могут быть версии, с точки зрения науки?
«У Тиуанако, возможно, были другие варианты. Если одним из этих вариантов являются металлические инструменты, то, как давно отметили Штюбель и Уле, можно рассматривать только бронзовые инструменты (1892: Часть 2, 45). Было доказано, что обычные медные и бронзовые инструменты неэффективны при обработке андезита, найденного в Тиуанако, что подтверждается опытами Стокса в Египте (Stocks 1986). До сих пор неизвестно, могли ли жители Тиуанако изготавливать медные сплавы, обладающие необходимой твердостью для обработки этого камня.» (Ж.-П. Протцен, С. Наир «Камни Тиуанако. Исследование архитектуры и строительства»).
Металлические инструменты? Звучит несколько неожиданно — ведь, как известно, инки, жившие позднее, использовали только каменные инструменты. Технологии обработки камня должны были развиваться — ан нет.
«Предполагаемые инструменты из набора инструментов Тиуанако, отсутствующие в наборе инков, — это инструменты, похожие на долото и пробойник, резцы, угольник и линейка или их эквиваленты. Сверла также были частью набора из Тиуанако, о чем свидетельствуют многочисленные мелкие отверстия, просверленные во фризах ворот III в Пума-Пунку, изогнутом архитраве в Кантатайите и других камнях. Последовательность, с которой соблюдались пропорции в различных размерах ниш, точность, с которой расположение соответствовало заданным шаблонам, и частое повторение определенных размеров позволяют предположить, что в Тиуанако обладали точным измерительным прибором со стандартной единицей измерения.» (Ж.-П. Протцен, С. Наир «Камни Тиуанако. Исследование архитектуры и строительства»).
Есть ещё одна особенность блоков в Тиуанако: стандартизация. В первую очередь это относится к блокам в Пума-Пунку. О том, что строители там использовали стандартные блоки, предполагалось учёными ещё в конце 19 века. Что позже было подтверждено измерениями.
«Наши измерения действительно подтверждают, что многие камни являются точными копиями друг друга. Но есть также некоторые строительные блоки, внешне идентичные по дизайну, которые демонстрируют значительные различия в размерах.» (Ж.-П. Протцен, С. Наир «Камни Тиуанако. Исследование архитектуры и строительства»).
Возможно, те блоки, которые не являются стандартными, либо остались от других строений, либо и вовсе создавались другими мастерами. Тот же Ж.-П. Протцен отмечал, что каменщики, работавшие в Пума-Пунку, могли принадлежать к разным школам.
«...Тиуанако, как и любое другое место, заселенное на протяжении многих веков, претерпело множество преобразований, причем один этап строительства накладывался на другой, и одно видение сменяет другое.» (Ж.-П. Протцен, С. Наир «Камни Тиуанако. Исследование архитектуры и строительства»).
Если говорить о перемещении блоков, то и здесь мастера Тиуанако смогли удивить.
«Помимо желобов для верёвок, в Пума-Пунку можно найти множество желобов различной формы, некоторые шириной и глубиной до 15-18 см, назначение которых неочевидно и требует дальнейшего изучения. Расположение некоторых из этих желобов по диагонали поперек углов больших плит позволяет предположить, что через них просовывались бревна, с помощью которых плиты можно было поднимать (рис. 6.16). Однако, согласно расчетам, которые мы провели для самого большого блока с диагональными каналами, весом около 16 тонн, для его подъема потребовалось бы гораздо больше людей, чем можно было бы разместить вокруг него. Если только в Тиуанако не уничтожили какие-то подъемные устройства, которые могли бы применяться к только что упомянутым бревнам, эти каналы не собираются раскрывать свои секреты.» (Ж.-П. Протцен, С. Наир «Камни Тиуанако. Исследование архитектуры и строительства»).
И ещё цитата (да простят мне их обилие, но это помогает избежать вопросов по поводу источника информации):
«Обсуждая укладку камней и манипулирование ими, мы предполагали, что эти задачи были бы значительно облегчены при использовании каких-либо подъемных устройств. На самом деле наличие таких устройств предполагается наличием подъёмных захватов, которые можно найти на многих камнях. К сожалению, как и в случае с большинством других инструментов, которые использовали строители Тиуанако, в археологических раскопках этого места до сих пор не было обнаружено никаких свидетельств существования подобных приспособлений.» (Ж.-П. Протцен, С. Наир «Камни Тиуанако. Исследование архитектуры и строительства»).
«На нескольких блоках в Тиуанако можно увидеть тщательно продуманные выемки и сообщающиеся высверленные отверстия (рис. 6.17). За неимением лучшего термина мы называем такие вырезы “подъемными захватами”, поскольку в отверстия можно продевать веревки и использовать их для подъема блоков (рис. 6.18). Эти захваты очень удобны, поскольку в отличие от выступов, которые необходимо снимать, когда они находятся между двумя камнями, подъемные захваты позволяют плотно соединять соседние камни с помощью тросов на месте. /.../ Однако по своей форме подъемный захват Тиуанако, вероятно, уникален в мире. Лишь немногие из сохранившихся блоков оснащены подъемными захватами, что говорит о том, что в Тиуанако редко использовались эти захваты, но они облегчают решение сложной строительной задачи. /.../ Эта задача требует точного контроля за перемещением камней, чего если и не невозможно, то очень трудно достичь с помощью одних только рычагов. /.../ Если подъемные захваты выполняют вполне определенную функцию, возникает другой вопрос: какое устройство использовалось для подъема и фиксации блоков? Использовали ли в Тиуанако какие-либо приспособления? Сами по себе захваты указывают на существование какого-то подъемного устройства, но ничто из археологических находок на сегодняшний день не дает даже намека на то, каким он был.» (Ж.-П. Протцен, С. Наир «Камни Тиуанако. Исследование архитектуры и строительства»).
Что же, медные трубки, которыми сверлили египтяне, тоже не были найдены, что не мешает говорить об их наличии в прошлом, опираясь на следы сверления. Подъемные захваты тоже встречаются неоднократно и, похоже, были разного качества.
Ещё один штрих к возможностям мастеров в Тиуанако.
На южной стороне Пума-Пунку на некоторых камнях первого и второго яруса был обнаружен тонкий слой беловатого материала, который был идентифицирован как строительный раствор. Он был проанализирован боливийскими археологами, которые определили, что раствор состоит из глины, мелкого песка и извести. Однако Ж.-П. Протцен сомневался, что это именно раствор, а не результат каких-то природных процессов, но вот другой пример абсолютно реален и недвусмыслен.
В Пума-Пунку был обнаружен большой, очень гладкий оштукатуренный пол толщиной около 6 см. Материал пола — твердый известково-песчаный раствор, в который был добавлен измельченный малахит для придания ему зеленоватого цвета. «Тема оштукатуренного пола поднимает еще один ряд вопросов: где были печи для обжига извести и откуда бралось топливо для обжига?» (Ж.-П. Протцен, С. Наир «Камни Тиуанако. Исследование архитектуры и строительства»).
На основании всего вышеперечисленного можно сделать предположение о теоретических знаниях местных мастеров, без которых они не смогли бы обойтись.
Во-первых, это наличие методов точного измерения.
«Чтобы точно и многократно размещать фрагментарные мотивы на многих камнях и вырезать их с требуемой точностью, чтобы они подходили друг к другу, необходимо было иметь стандартизированный метод измерения или, по крайней мере, сравнения расстояний с точностью до миллиметра.» (Ж.-П. Протцен, С. Наир «Камни Тиуанако. Исследование архитектуры и строительства»).
Измерения же не могут существовать сами по себе.
«Измерение, разметка больших конструкций со строго параллельными сторонами и многочисленными углами, образующими идеально прямые углы, а также точное соблюдение пропорций и масштабирование элементов предполагают, как уже подозревал Миддендорф, знание математики и геометрии.» (Ж.-П. Протцен, С. Наир «Камни Тиуанако. Исследование архитектуры и строительства»).
И, конечно, подобное строительство невозможно без того, что мы называем планом или чертёжом.
«С другой стороны, трудно представить, как можно было бы спроектировать и построить архитектуру в стиле Пума-Пунку без какого-либо визуального представления. Как можно было бы объяснить каменщику форму, размеры и тонкости деталей, скажем, Н-образного камня без того, что мы сегодня называем чертежом? Как можно было бы объяснить рабочим, где нужно разместить тот или иной тип камня, без визуального представления общей композиции? Или, наоборот, как можно разделить общую композицию на составные части, то есть на отдельные строительные блоки, без такого представления? Как упоминалось в главе 4, использование стандартных единиц измерения, системы пропорций и правил композиции являются полезными инструментами для передачи дизайнерских идей. Однако они не заменяют визуального представления, поскольку очень редко наборы правил композиции бывают полными или исчерпывающими, чтобы можно было выбрать только одно решение. /…/
Вышеупомянутые глубокие знания математики и геометрии жителями Тиуанако идут рука об руку с проблемой передачи информации, поскольку точное отображение в уменьшенном масштабе подразумевает наличие этих знаний. Если жители Тиуанако не использовали рисунки, то для создания сооружений непосредственно на земле или узоров на камнях требовался набор инструментов, воплощающих знания в области математики и геометрии и заменяющих изображение. Какими были эти инструменты, мы не знаем.» (Ж.-П. Протцен, С. Наир «Камни Тиуанако. Исследование архитектуры и строительства»).
По ассоциации вспоминается другое место, где тоже, вероятно, умели точно воспроизводить рисунки в разном масштабе — Наска.
Все эти знания и технологии возникли не на пустом месте и должны были иметь предысторию развития. Но то, что восхищает в Тиуанако, возникло словно из ниоткуда, и исчезло. Даже если предположить, что мастера Тиуанако развивали свои технологии исключительно на небольшой территории своего города (что противоречит фактам), то развитие наблюдалось бы непосредственно на территории самих памятников, а этого тоже нет.
Всё вышесказанное позволяет предположить, что либо представление об уровне жителей Тиуанако (а это, напомню, не только одноимённый город, но и целая империя) не соответствуют действительности, либо до тиуанакцев на той же территории существовала некая культура, которая достигла более высокого уровня развития обработки камня и теоретических знаний, чем те культуры, что существовали позже неё.
Предыдущая статья:
Тиуанако. Уникальный, перестроенный, разрушенный
Следующие статьи:
Тиуанако. Ворота Солнца как пример работы разных мастеров
Тиуанако. Несколько штрихов, общих с соседними культурами
Тиуанако. Ещё о традициях строительства и датировках
Тиуанако. О платформах Пума-Пунку и их связи с датировкой памятника