Когда-то великолепный дворец князя Сергея Александровича Меншикова, внука всесильного фаворита и сподвижника Петра, был главным украшением Большой Никитской:
Он прекрасно сохранился, пережив и великий пожар Москвы 1812 года, и все последующие беды. Но сегодня его торжественный фасад не виден с улицы. Чтобы обнаружить этот шедевр классической Москвы 18 века, нужно зайти во двор через арку в начале Газетного переулка:
На картах Москвы этот дворец обозначен как дворец С.А. Меншикова. Однако Сергей Александрович был не единственным его владельцем. История этого владения прослеживается с 1738, когда оно принадлежало...
Фёдору Васильевичу Наумову
Будущий действительный тайный советник и сенатор, в 1730 участвовал в попытках Верховного тайного совета ограничить власть Анны Иоанновны знаменитыми кондициями.
После того, как кондиции были императрицей порваны, Наумов был в качестве наказания послан, а точнее, сослан руководить строительством Закамской оборонительной линии, сооружения, которое сохранилось до сих пор на территории Татарстана. Надо сказать, легко отделался наш Фёдор Васильевич, ведь Анна Иоанновна была на расправу жестока.
В 1737 Фёдор Васильевич под предлогом лечения вернулся в Москву вымаливать прощение. Вымолил. И был назначен главным судьёй Судного приказа. В этой должности участвовал в суде над Долгорукими, которые сначала отправили в ссылку Меншикова, а затем были сосланы в тот же Берёзов сами.
Годом позже Наумов участвовал в суде над участниками заговора Артемием Волынским и Петром Еропкиным.
В 1738 Фёдор Васильевич получает участок земли в самом центре Москвы, неподалёку от Кремля. Дом, который он построил, представлял собой каменные палаты. Они частично вошли в цокольный этаж здания, которое мы видим сегодня.
С 1757 владелицей стала дочь Наумова, княгиня Анна Фёдоровна Белосельская-Белозерская. В наследство от отца ей достались титул, большие владения в Коломенском уезде. И особняк в Москве.
Вот Анна Фёдоровна на портрете кисти Фёдора Рокотова, хранящемся в ГИМе:
Портрет был атрибутирован как работа кисти Рокотова совсем недавно, в 2020, а ранее картина считалась написанной неизвестным художником. Но Рокотов написал лишь лицо Анны Фёдоровны, а её нежный пеньюар из светлой полупрозрачной ткани был написан кем-то из художников его мастерской. На портретах Рокотова женщины часто изображены в такой лёгкой домашней одежде.
Как говорят, Анна Фёдоровна умом не блистала, но была добра и приветлива. Очень рано вышла замуж за Андрея Михайловича Белосельского, дипломата. Это был брак не по любви, а по настоянию отца. Молодые жили в Дрездене, детей у них не было. Анна Фёдоровна, скучая за границей, вскоре бросила мужа и вернулась в Москву к отцу, в палаты на Большой Никитской. Муж пытался её вернуть, но в 1776 скончался.
Анна Фёдоровна замуж больше не вышла. Но в 55 лет влюбилась в своего двоюродного брата Петра Самарина, 22 годами младше её. В 1796, когда ей было уже 56, она решилась рожать и родила мальчика. Однако сама в родах скончалась.
Задолго до этого, ещё в 1774, она продала усадьбу на Большой Никитской...
Сергею Александровичу Меншикову
Светлейший князь, «полудержавный властелин» Александр Данилович Меншиков в 1727 был лишён имущества, званий и наград и отправлен со всей семьёй в ссылку в Берёзов. До сих пор, думая об этом, не могу понять, как могло такое случиться, как всесильный князь это допустил. Но, к сожалению, об этом можно лишь догадываться.
Семья отправилась в Заполярье, взяв с собой лишь то, что было на них. Дарья Михайловна скончалась по дороге. До Берёзова добрались уже без неё, Александр Данилович и трое детей: старшая дочь Мария, бывшая невеста императора Петра II, сын Александр и младшая дочь Александра. Меншиков собственноручно строит храм и избу. Вот они в этой избе и изображены на картине Василия Сурикова:
Осенью 1729 скончался от оспы сначала Александр Данилович, через месяц – Мария. А в январе 1730 в Москве скончался император Пётр II (тоже, кстати, от оспы, которая постоянно незримо присутствовала тогда в жизни людей). На трон взошла Анна Иоанновна. И младшие Меншиковы вернулись домой.
16-летний Александр Александрович был пожалован в поручики Преображенского полка, а 19-летняя Александра Александровна – в камер-фрейлины. От императрицы они получили деньги, гардероб отца, экипаж, «алмазные вещи» и дворец на Стрелке Васильевского острова, напротив Зимнего дворца.
Александр Александрович Меншиков посвятил свою жизнь армии, воевал, участвовал во многих сражениях, получал награды за храбрость, дослужился до генерал-аншефа.
Его старший сын Пётр был капитаном лейб-гвардии Преображенского полка. В 1770 он женился на Екатерине Алексеевне Долгорукой. Жили они в доме на Пречистенском (ныне Гоголевском) бульваре:
Младший сын Александра Александровича, Сергей Александрович, в 1762 стал поручиком Преображенского полка. Молодой князь отличился в турецкую кампанию 1770 года, когда под командованием Петра Румянцева сражался при Ларге. Его наградили орденом Святого Георгия 4-й степени за храбрость и произвели в полковники.
В 1774 закончилась война с турками и Сергей Александрович больше не воевал, перешёл на придворную службу. В 1785 он женился на одной из самых красивых женщин того времени, Екатерине Николаевне Голицыной:
Екатерина Николаевна вела свободный образ жизни. Семейство Голицыных часто давало светскому обществу пищу для пересудов. Например, Александр Голицын, деспот, картёжник и грубиян, проигравший в карты Льву Разумовскому свою красавицу жену Марию Григорьевну, урождённую княжну Вяземскую, был младшим братом Екатерины Николаевны.
В 1775 Сергей Александрович приобрёл у Анны Фёдоровны Белосельской её старомодные палаты. Он был богатейшим вельможей и желал превратить их в великолепный классический дворец. Архитектор М.Ф. Казаков справился с этой задачей блестяще, выстроив строгое и при этом нарядное, огромное четырёхэтажное здание, украсившее своим фасадом Большую Никитскую улицу.
Надо сказать, что Матвей Фёдорович уделял огромное внимание качеству строительства, сам выбирал все строительные материалы, сам следил за точностью выполнения всех работ. Поэтому значительная часть построенных им в Москве зданий, образцовых по прочности и долговечности, пережили наполеоновское нашествие.
Здание выглядело не совсем таким, каким мы видим его сегодня, оно получило характерный для раннего классицизма декор: членение стены плоскими лопатками, филёнками и медальонами тонкого профиля, рустованный цоколь.
В 1790 у дома появился эффектный парадный двор овальной формы.
Несмотря на то, что сенатор бывал в Москве редко, наездами, он любил свой новый гигантский дом и тщательно наполнял его роскошной обстановкой. Впрочем, все интерьеры и обстановка дворца были утрачены ещё в 19 веке.
В 1809 особняк у Сергея Александровича приобретает...
Граф Аркадий Иванович Морков
Аркадий Иванович происходил из знатного рода. Учился в Московском университете, был одним из лучших его студентов. По окончании университета поступил на службу в Коллегию иностранных дел. Будучи нашим послом в наполеоновской Франции, часто дерзил Наполеону. На одном из приёмов Наполеон, желая его унизить, проходя мимо, уронил платок, остановился и стал ждать, пока Морков его поднимет и подаст. Но Морков и не подумал поднимать.
Его независимое поведение, его настойчивость в вопросе выполнения Францией договора 1801 года, его откровенные антифранцузские настроения привели к тому, что по настоянию Наполеона Александр I отозвал Моркова из Парижа, одновременно наградив орденом Святого Андрея Первозванного, со знаками которого Аркадий Иванович демонстративно явился на приём к Наполеону.
Морков отличался самыми изысканными придворными манерами, утончённой вежливостью, входил и раскланивался по правилам танцевального искусства, ступал на цыпочках, говорил на ухо – и всё остроты. Но этот утончённейший маркиз превращался во льва, когда надобно было охранять интересы и честь России; он принадлежал к таким русским деятелям, о которых говорили, что они «катеринствуют» – к людям, привыкшим при Екатерине считать Россию первым государством в мире, решительницей судеб других народов.
С.М. Соловьёв
В ноябре 1803 граф покинул Париж и вернулся в Россию. Он жил в своих поместьях, а городской особняк на Большой Никитской сдавал. Современный фасад дворца ‒ результат перестройки в послепожарное время, как раз когда хозяином усадьбы был Аркадий Иванович: формы здания укрупнились, была утяжелена рустовка цоколя, каннелированные ионические пилястры уступили место коринфским полуколоннам, поставленным на аркаду:
После А.И. Моркова владение перешло его дочери, княгине В.А. Голицыной, а потом несколько раз оно меняет владельцев, пока в 1870-х усадьбу не приобретает штабс-капитан Д.С. Селезнёв. Он проживал в чудесном особняке на Пречистенке (ныне это Музей А.С. Пушкина), а дворец сдавал внаём под различные мероприятия, например, танцевальные вечера.
После 1917 была разобрана правая часть дворца. В 1925-1927, когда усадьбой владело АО «Мельстрой», по линии красной улицы (на месте парадных ворот усадьбы) архитектором А.М. Гуржиенко был построен четырёхэтажный жилой дом:
Который уничтожил и парадный двор, образованный двумя флигелями, и въездные ворота в усадьбу. И полностью заслонил собой наш прекрасный дворец: он оказался спрятанным в глубине дворов.
К настоящему времени от первоначального ансамбля уцелели главный дом и его западный (левый) флигель с проездом в хозяйственный двор:
Сегодня здание занимает Департамент жилищной политики и жилищного фонда города Москвы.
В 2024 были произведены реставрационные работы, вернувшие зданию исторический облик начала 19 века. Проведена реставрация кирпичной кладки, штукатурного слоя, лепного декора, входных деревянных дверей, металлического козырька, балконного ограждения, изразцовых печей. Воссозданы белокаменные блоки основания и облицовка ступеней парадной лестницы:
Два старинных фонаря у главного входа – исторические, возвращены на свои места:
Адрес: Газетный переулок, д. 1/12, стр. 4.