Глава 1. Чужой волос
Глава 14. Осада
Когда дом перестаёт быть убежищем и становится крепостью, в которой сидишь осаждённый и осаждающий одновременно, это значит, что игра на выживание началась всерьёз.
Дмитрий перешел в решительное наступление. Через своего друга-психиатра он инициировал судебно-психиатрическую экспертизу для Анны, чтобы признать ее недееспособной и лишить родительских прав. К дому стали приезжать незнакомые машины, из которых за ней наблюдали.
Однажды поздно вечером, когда она одна была дома, в дверь позвонили. Через глазок она никого не увидела. Через минуту звонок повторился, более настойчивый. Затем кто-то сильно дернул ручку двери и начал бить по ней чем-то тяжелым.
Анна в ужасе отпрянула, схватила телефон и вызвала полицию. Пока она ждала, удары прекратились. Во дворе залаяли соседские собаки, послышались быстрые шаги.
Приехавший наряд полиции ничего не нашел. Но на утро Анна просмотрела записи с камер. К дому подходил крупный мужчина в балаклаве. Он не просто бил в дверь, а явно пытался выломать ее. И перед уходом он поднял голову и посмотрел прямо в камеру, как бы давая понять, что это предупреждение.
Она сохранила запись. Это было уже не просто домогательство, а попытка проникновения. Она показала запись адвокату. Та покачала головой:
— Это серьезно. Но без установления личности нападавшего трудно что-то доказать. Дмитрий, конечно, скажет, что не имеет к этому отношения.
Анна чувствовала, что ее загоняют в угол. Страх за Сережу парализовал ее. Она забрала сына из школы под предлогом болезни и не отпускала его от себя. Мальчик был напуган и подавлен.
Взяв себя в руки, она пошла в полицию с заявлением о угрозах и попытке взлома. Участковый, молодой лейтенант, вел себя уклончиво.
— Анна Викторовна, возможно, это просто пьяный хулиган. Мы обязательно проведем проверку.
Она понимала, что на него тоже давят. Выходя из здания полиции, она увидела на парковке машину Дмитрия. Он сидел за рулем и смотрел на нее. Улыбался. Это была улыбка победителя, который знает, что противник обречен.
В тот момент Анна почувствовала не страх, а холодную ярость. Он думал, что сломил ее. Но он ошибался. Именно сейчас, когда отступать было некуда, она нашла в себе силы для последнего, отчаянного шага.