Первая книга о Ирэне Шиманской здесь
Глава 1, Глава 2, Глава 3, Глава 4, Глава 5, Глава 6, Глава 7, Глава 8, Глава 9, Глава 10, Глава 11
19 ДНЕЙ ДО СЕМИНАРА
Телефон блямкнул в самый неподходящий момент — Аленка только что слезла с лесов и, перепачканная сажей, в полном восторге, монтировала очередной эпизод «Рождения Дракона». В кадре Марк и Фадеев, похожие на инопланетных хирургов, проводили кибернетическую операцию по вживлению металлического сухожилия в основание крыла Яши.
«Здравствуйте, Алена! Вас беспокоит студия «КреативЛаб». Нас заинтересовал ваш контент — уникальный, живой. Вы работаете искренне, без фальши. Нам это понравилось. Хотим предложить эксклюзив: серию коротких (1-2 мин) вертикальных роликов о технической стороне создания дракона. Фокус на деталях, «магии» инженерии, процессах, которые обычно остаются за кадром. Гонорар за 5 роликов — 50 000 руб. Предоплата 50%. Заинтересованы?»
Пятьдесят тысяч. Цифра ударила в виски, перекрывая вой дрели и матерное бормотание Фадеева. Первая, настоящая, как у больших, сумма. Ее творчество, ее глаз, ее умение ловить суть хаоса — кто-то посчитал, что это интересно настоящим, живым людям и готов заплатить.
- Я крутая! – завизжала Аленка и закружилась по комнате. Затем схватила телефон и ответила «ДА» так решительно, что сломала ноготь о экран. За чувством собственной значимости затерялись все правильные вопросы. «Заказчик, мой собственный», — с упоением выдохнула она, и слово показалось ей слаще любой конфеты.
Ее следующий ролик был шедевром цифрового вуайеризма. Макросъемка капельки жидкого азота, растекающейся по чешуе. Гипнотизирующий танец сварочной дуги. Идеально подобранный трек. Загадочная подпись: «Тайны, которые никогда не должен был увидеть свет. Часть 1».
Ролик завирусился. Набирал сто тысяч просмотров в час. Комментарии: «ЭТО ЧТО ЗА БОГИ ТАМ ТВОРЯТ???», «Вывожу теорию заговора: драконы реальны и это доказательство», «Креативчик, ты лучшая!». Заказчик рассыпался в комплиментах: «Идеально. Хайп огонь. Ждем продолжения».
Она парила где-то под потолком ангара, не чувствуя под ногами земли. В мечтах девочка уже заработала свой первый миллион и трудилась над созданием медиа-империи.
***
В «Артефакте» эйфорию не разделили. Леонид первым наткнулся на ролик.
— Михаил! — его голос, обычно спокойный и хриплый от сигарет, вдруг зазвучал как медвежий рык. — Иди сюда! Немедленно!
Фадеев, с покрасневшими от бессонницы глазами, подошел к планшету. Сначала его взгляд был безразличным, но, посмотрев минуту, он впился в экран. Посмотрел ролик до конца, затем еще раз и еще. Лицо, обычно выражавшее либо злобу, либо презрение, стало абсолютно пустым. Потом налилось густой, багровой кровью.
— Это что? — он прошипел так тихо, что Леонид невольно отступил. — Это... мой... блок управления? Крупным планом? Со схемой подключения на заднем фоне? ЭТО ЧТО, БЛ***?!
Его рев услышали на другом конце цеха. Ирэна, проверявшая смету на светодиоды, вздрогнула и обернулась. Михаил уже мчался к ней, сметая все на своем пути, с трясущимся в руке планшетом.
— Шиманская!!! Твоя зараза-дочь!!! — он замахал гаджетом перед ее лицом, едва не заехав ей по носу. — Она что творит?! Она выложила в сеть коммерческую тайну! Ноу-хау! Все наши наработки! Да я ее... Да я ее засуну в пасть этому дракону и запущу «холодный огонь»! Немедленно убери это! Убери! Иначе я сворачиваю проект! Сию секунду! Я не дам себя грабить!
Ирэна, отступила на шаг нацепив покер фейс, дрожащими руками взяла планшет. Посмотрела. Яркие кадры, восторженные комментарии... и в уголке, на доске, — четко висящая схема, над которой они бились две недели.
— Михаил, успокойся. Я разберусь.
— УСПОКОИТЬСЯ?! Да мне уже пять человек отзвонилось! Конкуренты! С вопросами! «Миш, а это что за чип такой? А почему такая спайка?»! Я художник, а не публичная девка! Я не для того корячился, чтобы какая-то сопливая блогерша все это выставляла на общее обозрение!
В этот момент в ангар, счастливая и сияющая, впорхнула Аленка.
— Мам, ты видела?! Я в трендах! Мой ролик...
Она не успела договорить. Ирэна медленно повернулась к ней. От взгляда матери у дочери воздух застрял в легких.
— Алена. Немедленно удали этот ролик. И все остальные, где виден процесс сборки. Все!
— Что? Но... мам! Это же... Это мой успех! Мне за это платят!
— Платят? — тихо переспросила Ирэна. — Тебе заплатили за то, чтобы ты украла и выставила на продажу чужой труд? Чужие идеи? Ты понимаешь, что похоронила весь проект? Михаил имеет полное право нас всех засудить. Кто твой заказчик?
Аленка побледнела. Восторг испарился, обнажив холодную, неприглядную реальность. «Заказчик» из «КреативЛаба» внезапно обернулся не пропуском в сказочный Эльдорадо, а сомнительной личностью с просторов интернета.
— Я... я не подумала... — прошептала она.
— Вот именно, — холодно резюмировала Ирэна. — Не подумала. Иди и исправляй. Марк, помоги ей, найди все материалы, подлежащие удалению. Михаил, — она повернулась к художнику, — успокойся. Уберем! Конкуренты пусть завидуют молча. Твое ноу-хау — в твоей голове, и один ролик его не украдет. Но... — она сделала паузу, давая словам нужный вес, — если ты сейчас сорвешься и бросишь все, они точно поймут, что попали в цель. Ты что, отдашь им эту победу?
Фадеев задышал чуть спокойнее. Его злость и обида искали выход. Он плюнул на пол под ноги Аленки.
— Чтоб больше этого не было. Ни-ког-да. Иначе — война.
Он развернулся и ушел вглубь ангара, к своему дракону, оставив пристыженную и виновато сопящую Аленку в одиночестве.
***
Бывший кондитерский цех все больше становится похожим на пищевое производство.
Маша, чихая и кашляя от хлорки, мужественно сражалась с признаками употребления на купленных на Авито столах из нержавейки. В результате ее усилий столы, как по волшебству, начинали сиять. Витька, что-то мурлыча себе под нос, возился с пароконвектоматом. Семеныч руководил очисткой вентиляции. Стас с гордостью обошел свои владения. Нежно погладил ровно гудящий гигантский холодильник, купленный по наводке Пархамовича. Все было готово к старту гастрономической революции.
Революция, как выяснилось, начиналась с бутербродов.
— Заказ подтвердили, — сообщила Маша, скептически разглядывая наряд. — Офис «Сириус-Холдинг». Кофе-брейк на 50 человек на завтра. Канапе, сэндвичи, мини-десерты. Стандартный набор.
Стас взглянул на свой бизнес-план, где жирно значилось: «Эксклюзивные тематические мероприятия. Высокая кухня. „Пир на весь мир“». Потом на заказ. Канапе. Он почувствовал себя скульптором, которого попросили слепить снеговика.
— Ладно, — вздохнул он. — Берем. Будем делать самые лучшие в мире канапе.
Через неделю стало ясно, что «Пир на весь мир» держится на трех китах: бизнес ланчах, салате оливье и сетами канапе. Деньги Пархамовича таяли на глазах, а заказы были скучными, мелкими и бесконечными. Мечты о баранах на вертеле и венецианских карнавалах вкуса забивались под прессом счетов за электричество и аренду.
За вечерним чаем, Стас с тоской просматривал Машино письмо с новыми заявками — корпоратив нефтяной компании (требуют оливье и шубу), день рождения тещи депутата (канапе и шампанское), поминки (опять оливье, много).
— Ириска, я, кажется, ошибся, — признался он, закрывая почту. — Я думал, мы будем творить чудеса. А мы... накрываем на поминках. Это не то. Это совсем не то.
Ирэна посмотрела на него, и в ее глазах заплясали знакомые чертики. Она расхохоталась. Не зло, а светло и счастливо.
— Дорогой мой наивный чукотский мальчик — начала она, пододвигая к нему вазочку с печеньем. — А как ты хотел? Ты думал, тебя с порога осенит гениальная идея, и все побегут заказывать у тебя драконью печень под облаком из жидкого азота? У меня в агентстве что-то интересное и эпичное случается четыре-пять раз в год. А все остальное время — добро пожаловать в реальную жизнь. Проходные, мелкие, скучные заказы. Которые, тем не менее, надо делать лучше всех. Идеальные канапе. Самое нежное оливье. Самое хрустящее тесто. Именно на этом и строится репутация. Над твоими «скучными» оливье кто-то расплачется от умиления и потом приведет к тебе на тот самый «драконий пир». Это и есть твой «весь мир» — не сплошной праздник, а ежедневный, качественный труд.
Стас слушал, и камень на душе понемногу превращался в песок, а потом и вовсе развеялся. Она была права, как всегда. Эх, а когда он наблюдал за деятельностью жены со стороны, казалось, что все так задорно и весело. Ну, ладно, раз уж Ирэна говорит, что все так, как и должно быть. Он, со вздохом потянулся за папкой с поминками.
- Кстати, дорогой мой муж, сколько твоему Пиру?
- Да месяц уже, а что?
- А то! Твоя компания существует всего месяц, у тебя пока нет ни сайта, не соц.сетей, а заказы есть! Вот интересно, откуда они берутся? Не гневи Бога, есть работа, вот и радуйся!
— Ладно, ладно! - Стас смеясь встал в оборонительную стойку, прикрываясь от своей рыжей фурии. - Сделаем им самое лучшее в мире оливье. Но с трюфельным маслом. Пусть запомнят!
***
На территории «Воеводства» наконец-то пахло не мышами и ржавчиной, а деревом, краской и свежим воздухом, врывающимся в распахнутые ворота ангара. Генеральное сражение с грязью было выиграно под беспощадным руководством Галины Матвеевны.
Теперь настало время Марка и Лизы. Они стояли посреди гигантского пространства, под аккорды играющих где-то вдали гуслей.
— Итак, — Марк скрестил руки на груди, окидывая взглядом голые кирпичные стены и бетонный пол. — «Королевская Гавань». Без бюджета на пафосные декорации.
— Значит, делаем ставку на атмосферу, — отозвалась Лиза. Она была в комбинезоне, испачканном краской и алой майке невероятно ядовитого цвета со свисающим платком неясного назначения. Подарок Элен. Марк старался на него не смотреть. — Свет. Тени. Локальные акценты.
Они работали молча, почти без слов, понимая друг друга с полувзгляда. Марк, с присущей ему технической педантичностью, выстраивал схему освещения: холодные лучи, которые должны были выхватывать из темноты колонны, создавая ощущение гигантского храма. Лиза, с молотком в руках и пистолетом для гвоздей, собирала из грубых досок и остатков металлоконструкций абстрактные арки, напоминающие то ли руины, то ли скелеты исполинских зверей.
— Держи, — она подтолкнула к нему брус, и их пальцы на секунду соприкоснулись. Марк отдернул руку, будто обжегшись. Лиза улыбнулась про себя.
— Сюда, — голос неожиданно подвел и стал предательски хриплым. Марк смутился и ткнул пальцем в центр потолка. — Здесь подвесим центральную люстру. Я уже все сделал, из обломков мечей.
Они поднялись на леса. Высота была приличной. Лиза, не моргнув глазом, прошлась по узкой балке, как по паркету и остановилась точно над центром зала. Схватила конец платка, крутанулась приматывая себя деревянной перекладине. Пританцовывая на узкой балке, она воткнула сверло дрели в свод потолка и начала намечать место крепления. Марк, инстинктивно схватившись за леса, завороженно смотрел на нее. Солнечный луч, пробившийся сквозь запыленное стекло крыши, осветил ее развевающийся алеющий платок и блестящие заклепки комбинезона. Она выглядела как безумный инопланетный ангел, явившийся для ремонта собора.
— Нормально? — крикнула она, заметив его взгляд.
— Ужасно, — буркнул он, отворачиваясь, но продолжая смотреть на нее украдкой. — Криво крутишь. Дай я.
Осторожно, приставным шагом, он подошел к ней. Пространство было тесным. Им пришлось прижаться друг другу, передавая инструменты, их дыхание смешивалось в холодном воздухе. Он ловил запах ее духов — что-то сладкое и дерзкое, совершенно не подходящее к обстановке, — и это сводило его с ума.
— Вот, — он, наконец, закрепил массивную конструкцию из старых мечей и копий, найденных на свалке Воеводства. Марк щелкнул выключателем.
Свет сотни лампочек, вплетенных в металл, осветил ангар. Он отразился в тысячах металлических граней, разлетелся по стенам мерцающими зайчиками, превратил грубую конструкцию в сказочный, невесомый кристалл, парящий под потолком.
— Твою мать, — охнула Лиза, глядя на это великолепие. — Марк, это же... гениально.
Он смотрел не на люстру, а на ее лицо, освещенное отраженным светом. На ее широко раскрытые, восторженные глаза.
— Ну... сойдет, — пробормотал он, с трудом отводя взгляд. — Теперь надо спускаться. Осторожно, тут шатко.
— Я не боюсь, — сказала Лиза и, прежде чем он понял, что происходит, легонько толкнула его в плечо.
Марк ахнул, инстинктивно ухватившись за нее. Они покачнулись, на мгновение образовав нелепую, сцепленную фигуру на высоте десяти метров над землей.
— Сумасшедшая! — просипел он, чувствуя, как бешено колотится его сердце.
— Зато не скучная, — она рассмеялась, высвободилась из его объятий, дернула за узел платка и легко, как кошка, прыгнула на прочную балку. — Давай, технарь, за тобой. Работа ждет.
Она стала спускаться вниз, а он еще секунду стоял, прижавшись лбом к холодной металлической стойке, пытаясь отдышаться и вернуть себе привычную мрачную маску. Не получалось. Где-то глубоко внутри, в самой защищенной его части, что-то треснуло и осветилось тем самым мерцающим светом, который он только что создал.