Через год после свадьбы Ивана и Кати Павел неожиданно прилетел в Москву. Один, без жены и ребёнка. У них родился сын, которого они назвали Алексом, на американский манер. Он позвонил Ивану, попросил о встрече.
Братья встретились в кафе в центре города
Павел прекрасно выглядел — загорелый, подтянутый, в дорогом костюме. Но в глазах было что-то новое — тень тревоги, неуверенности?
— Как ты? — спросил Иван после обмена формальными любезностями.
— Хорошо, — Павел кивнул. — Работа интересная, платят отлично, Алекс растёт, Лена... Лена в порядке.
Он замолчал, вертя в руках чашку кофе.
— Я слышал, вы с Катей поженились, — наконец сказал он.
— Да, — Иван внимательно смотрел на брата. — Год назад.
— И как Марина к этому отнеслась?
— Хорошо, — ответил Иван. — Она любит меня. Я её тоже.
Павел кивнул, словно ожидал именно такого ответа.
— Я рад, — он поднял глаза на брата. — Правда рад. Лучше ты, чем кто-то чужой.
— Да, наверное, — сухо ответил Иван.
— Я хотел бы увидеть Маришу, — сказал Павел после паузы. — Если можно.
— Это ей решать. Она уже большая девочка.
Марина согласилась встретиться с отцом
но попросила Ивана быть рядом. Они гуляли в парке — странное трио. Отец, который стал чужим, дочь, выросшая без него, и мужчина, заменивший ей отца.
— У тебя теперь есть братишка, — сказал Павел, показывая дочке фотографию улыбающегося малыша. — Его зовут Алекс.
— Сводный братишка, — поправила Марина, внимательно изучая фото. — Он на тебя похож.
— Да. А ты похожа на маму. Такая же красивая.
После прогулки, когда Павел уже прощался, Марина вдруг спросила:
— Ты теперь будешь звонить чаще?
Что-то дрогнуло в лице Павла:
— Постараюсь, милая.
Марина кивнула.
— Знаешь, что Маришка сказала, когда мы вернулись домой? — спросил Иван у Кати вечером. — «Он красиво говорит. Но ты — мой настоящий папа».
Катя улыбнулась сквозь слёзы:
— Она мудрее многих взрослых.
Павел сдержал обещание. Звонил раз в месяц, присылал открытки и подарки на праздники. Приезжал дважды в год — на день рождения Маришки и на Новый год. Их отношения не стали по-настоящему близкими, но какая-то связь сохранилась.
У Кати и Ивана родился сын
Они назвали его Александром. Марина была рада новому статусу — старшей сестры — и с радостью помогала с малышом. В их доме появилось больше счастья и забот.
Когда Сашеньке исполнился год, а Марине одиннадцать, они пошли гулять в парк всей семьей. День был солнечный и теплый. Марина бегала и собирала листья, Иван нес сына на плечах. А Катя шла рядом, держась за руку мужа.
— Знаешь, о чём я думаю? — спросила она, глядя на дочь.
— О чём?
— Если бы три года назад мне кто-то сказал, что я буду счастлива после измены Павла, что заново полюблю, и у меня будет такая семья... я бы не поверила.
— Дааа... Жизнь иногда делает неожиданные кульбиты. Когда кажется, что всё потеряно, открывается новая дверь.
— Философ. Но ты прав. Я благодарна судьбе за все эти кульбиты. Даже за такие болезненные.
— Я тоже, — Иван поцеловал её в висок.
Марина подбежала к ним, протягивая охапку кленовых листьев:
— Смотрите, какие красивые! Давайте сделаем из них гербарий!
— Обязательно сделаем дома, — улыбнулся Иван.
— Мамочка, папочка, я так люблю вас! Вы самые лучшие на свете!
Иван встретился глазами с Катей поверх головы дочери. В этот момент он понял: всё, через что они прошли — боль, ожидание, сомнения — всё было не зря. Всё это привело их к этому мгновению совершеннейшего счастья.
— И мы тебя очень-очень любим, солнышко — сказал он, обнимая своих самых родных людей. — Больше всего на свете.
Иногда, глядя в зеркало, он всё ещё видел Павла — своё отражение, своего брата-близнеца. Но теперь видение не вызывало боли или горечи. Они были копиями внешне, но выбрали разные пути, разные судьбы.
И Иван благодарил судьбу за свой выбор. Выбор любить и быть любимым, выбор создать семью и оберегать её каждый день.
В конце концов, мы все — нечто большее, чем просто отражения в зеркале. Мы — это наши решения, наши поступки, наша способность любить. И именно это делает нас по-настоящему уникальными, несмотря ни на какое внешнее сходство.