Найти в Дзене

Мария Данилова, «Двадцать шестой»

Несу вам утешительную книгу, книгу-надежду. Такая в любые времена полезна, а уж в период поломки мира – и подавно. Подобные книги дают небольшую опору и напоминают, что все события вокруг – временны. Москва, конец 80-х. Двадцать шестой – номер маршрута трамвая, которым на протяжении книги ездят герои. В качестве последних – пятеро семей различного состава. Нам показаны несколько лет из их жизни. По стилю и сюжету – это смесь Майи Кучерской, Дины Рубиной, Марины Степновой и Елены Минкиной-Тайчер, но с более человеческим слогом. Вычурность и рюшечки слегка поднадоели, хочется чего-то максимально понятного и простого. Вот в «26-м» это всё есть. У меня нет ни малейшей ностальгии ни по Союзу, ни уж тем более по перестройке, но в процессе чтения нет-нет, да и вскрикивала: «О да, о да!». Например, когда описывалась учительница первого класса: властная, суровая тётка, падкая на лесть и подарки, не приемлющая у школьников собственного мнения и тяжело переживающая перемены вокруг. Или очередь за

Несу вам утешительную книгу, книгу-надежду. Такая в любые времена полезна, а уж в период поломки мира – и подавно. Подобные книги дают небольшую опору и напоминают, что все события вокруг – временны.

Москва, конец 80-х. Двадцать шестой – номер маршрута трамвая, которым на протяжении книги ездят герои. В качестве последних – пятеро семей различного состава. Нам показаны несколько лет из их жизни.

По стилю и сюжету – это смесь Майи Кучерской, Дины Рубиной, Марины Степновой и Елены Минкиной-Тайчер, но с более человеческим слогом. Вычурность и рюшечки слегка поднадоели, хочется чего-то максимально понятного и простого. Вот в «26-м» это всё есть.

У меня нет ни малейшей ностальгии ни по Союзу, ни уж тем более по перестройке, но в процессе чтения нет-нет, да и вскрикивала: «О да, о да!». Например, когда описывалась учительница первого класса: властная, суровая тётка, падкая на лесть и подарки, не приемлющая у школьников собственного мнения и тяжело переживающая перемены вокруг.

Или очередь за бананами: тут же вспомнилось, как родители привозили из Москвы сумку, набитую зелёными бананами. Бабушка освобождала в кухонном шкафу нижнюю полку, бананы туда складывались и накрывались газеткой – на дозревание. В день мне торжественно выдавали по одному банану. Хорошо помню, как дедушка отказывался откусить кусочек, говоря: «Да не люблю я их. Я вон лучше «Лимончиков» съем».

В общем, в книге полно узнаваемых деталей из жизни и быта тех времён. Иногда это грустно, иногда вызывает улыбку, но чаще приходит мысль: «Уф, хорошо, что это закончилось».

И то, что сегодня, пусть поскорее станет сюжетом книги, про который мы будем думать так же.