"Дома было холодно, судя по всему, печь давно не топилась, да и вообще вид был такой, словно никто здесь не живёт. Зеркала и стёкла на серванте были занавешены, видать, ещё после Тониных похорон так… Всё прибрано, и даже запах такой, нежилой. Лида поёжилась и положила свои книги на край стола, куда хозяйка пригласила её присесть..."
*НАЧАЛО ЗДЕСЬ.
Глава 33.
Почему-то тяжело было у Лиды на сердце, начало учебного года раньше никогда не вызывало у неё такой тоски, как в этот год. Да и осень выдалась ненастная, серая, совсем не похожая на ту, что описывали классики – золотую, багряную.
С самых первых дней преподаватели стали говорить о выпуске, о том, какие работы нужно сдать, не затягивая, чтобы не накопить «хвостов». Работы навалилось много, Лида с Машей едва успевали, но всё же радовались, что зимой у них будет «практика», и проходить её они будут в своей родной Ивановке, в новом, только недавно отстроенном детском саду!
- В прошлом году мне в городе даже нравилось, - вздыхала Маша, - А сейчас… тоскливо как-то. Как там отец, один опять…. И так у меня сердце не на месте, вот уедем с Ваней, как он будет один? Лид, ты хоть за ним присмотри пожалуйста!
- Конечно, что ты, не переживай. Будем и сами заглядывать, и к нам звать! Они с моим отцом как-то особенно сдружились, ты заметила? За последние два года, всё вместе, то у нас на дворе что-то мастерят, то у вас.
- Я вот думаю, надо бы его женить! Чего ему одному куковать! – Маша улыбнулась и подмигнула подруге, - Как думаешь, кого у нас на селе посватать можно за такого жениха?
- Вот ты зря смеёшься, - пряча улыбку, ответила Лида, - Это отличная идея, надо спросить у тётки Веры, к примеру, она плохого не посоветует. Она соседа своего так пристроила, в Замятино, ничего, живёт, довольный! Там женщина вдовой осталась, вот и… хорошо у них всё, тётка Вера гордится теперь, что она людям сойтись помогла.
Хоть немного поднимая себе настроение такими разговорами, девчонки писали конспекты, а Лида в который раз ловила себя на мысли, что читает и пишет машинально, а сама всё думает о другом. О Мише, как он там…и о том, что в село снова приезжали из города, хмурый участковый водил их в местный медпункт, видимо беседовали про что-то. Но больше никаких новостей сельчанам не сообщали, а у Тониной матери что-то спрашивать никто не решался, все понимали, что она сама сейчас на грани…
Тамара вернулась из больницы исхудавшая и бледная, какая-то отрешённая, словно… пустое тело человека ходило по селу, без жизни, без души. Фельдшер бывал к ней каждую неделю, но только головой качал, когда выходил со двора Парамоновых, и сказал как-то соседке Клавдии:
- Нет лекарства, чтобы вот такое излечить… Это душа у Тамары умирает, а я не знаю, как помочь! Ты, Клавдия, заходи хоть иногда, проведывай. Нельзя ей сейчас одной-то, а она сама ни с кем говорить не хочет. Так ты не обращай внимания, сама поговори, не сердись на неё.
- Да всё я понимаю, чего уж, - кивала Клавдия, - И так захожу, то Светку свою посылаю с гостинцем, Тамара ведь не готовит себе, всё говорит – не хочется есть. Вот и ходим, не оставишь же голодом сидеть.
Не оставляли сельчане Тамару Парамонову в своём горе, то одна соседка заглянет, то другая. Не сердились, когда Тамара с ними говорить не желала, посидят, сами с собой поговорят, да и та вроде немного оживала. Не дай Бог никому такого горя!
Как-то раз приехавшая домой на выходные Лида шла из библиотеки как раз мимо дома Парамоновых, и Тамара окликнула девушку от своего забора:
- Лида! Ты из библиотеки идёшь? Я видела, как ты туда прошла, вот и вышла подождать, когда ты обратно пойдешь… Зайди ко мне, чайку попьём? Осень нынче какая… холодная… Или это меня морозит?
- Здравствуйте, Тамара Васильевна. Да, ходила книги сдавать, две недели назад брала.
Лида с некоторым беспокойством смотрела на худую и бледную женщину… как бы не сказать чего, что её расстроит, да и вообще, как себя вести правильно? Лида вошла в калитку, и пошла в дом, вслед за хозяйкой.
Дома было холодно, судя по всему, печь давно не топилась, да и вообще вид был такой, словно никто здесь не живёт. Зеркала и стёкла на серванте были занавешены, видать, ещё после Тониных похорон так… Всё прибрано, и даже запах такой, нежилой. Лида поёжилась и положила свои книги на край стола, куда хозяйка пригласила её присесть.
- Холодно у меня, да? – словно спохватилась Тамара, - Ты прости… Я сейчас печь растоплю, а то и в самом деле, что-то я…
Тамара Васильевна поставила чайник на плитку, а сама принялась растапливать печь, Лида стала ей помогать, доставая из-под печи сухие поленья.
- Да я сама понимаю, что нельзя так! – говорила Тамара непонятно кому, то ли Лиде, то ли самой себе, - Но только всё в голове думы, думы… Вот если бы я тогда… Да и с самого начала надо было… А сегодня вот думаю – ничего уже не изменить, думай – не думай! Жить-то надо, куда денешься! Да и дела остались, надо доделывать. Да ведь, Лидочка?
- Да, конечно, - пристально глядя в лицо хозяйке дома, ответила Лида, - Как вы себя чувствуете?
-А я давно уже себя вообще не чувствую, - горько усмехнулась Тамара, - А, вот и чайник кипит. Сейчас заварю…
Тамара взяла на буфете заварочный чайник, открыла его и замерла, там до самого верха уже разрослась плесень. Хозяйка словно бы и удивилась такому:
- Хм… вроде только вчера мыла… или? Ладно, после помою, а сейчас в чашках и заварим, да? Ну вот, Лида, я чего тебя позвала… попросить хочу. У Тони тоже книги вот остались, библиотечные. Давно лежат, а я всё никак не могу дойти, отдать… Может, отнесёшь?
- Конечно, давайте! – с готовностью ответила Лида, - Я прямо сегодня схожу и сдам, вы не волнуйтесь.
- Спасибо тебе, - Тамара насыпала в чашки чай и залила кипятком, - Вот, такой получится, с чаинками. Ничего?
- Так даже вкуснее, - улыбнулась Лида, и решила последовать совету фельдшера, говорить с Тамарой Васильевной, - Мы в общежитии часто так делаем, у нас в комнате нет плитки, а в кухню иногда не хочется идти, там холодно, в коридоре сквозняк. Мы себе кипятильник купили, в маленькой кастрюльке кипятим на две чашки, как раз. А осень в этом году в самом деле холодная, и дожди постоянно идут…
- Ты права. Дожди… и осень, - Тамара задумчиво отпила из чашки, - Скоро клюква поспеет… Слушай, Лида, у меня к тебе ещё одна просьба. Прошу тебя, расскажи мне всё, что тогда с тобой случилось на болоте, когда вы с Верой за клюквой-то ходили? Люди всякое болтали, я и не слушала особо, а теперь уж и того не помню, что слышала. Расскажи, как было?
- Я… а зачем? Это же давно было, - Лида растерялась, она не знала, можно ли про это говорить Тамаре Васильевне, да и волновать её таким рассказом, - У вас сердце больное, зачем такие… страхи вспоминать!
- Понимаешь, - Тамара понизила голос и посмотрела в окно, не стоит ли кто там, под окнами, - Я думаю… я не верю в то, что Васенин говорит, что Тоня сама… Хоть она и клялась мне, что больше не встречается с… этим! Но я думаю, что она делала это тайком! И он… это он с ней сделал!
- По… почему вы так думаете? – Лида испуганно смотрела на женщину, глаза у Тамары стали тёмными, провалившимися на худом лице, - Вы что-то знаете?
- Нет, - покачала головой Тамара и стукнула ладонью по столу, - Но я чувствую… не могла Тоня сама, не могла, и всё! Она хотела уехать… мы вместе хотели, я думала продать дом, он ведь не колхозный, а наш, дед мой ещё строил со своими братьями! Вот и думали – продадим, уедем отсюда подальше… от этого… от этой твари! Расскажи мне, Лида, что он с тобой тогда сделал! Ты не бойся, я тут с сердцем не упаду! Вот, сейчас даже таблетки приму, мне фельдшер назначил!
Лида смотрела, как Тамара Васильевна достаёт из ящика комода листок, исписанный рукой местного фельдшера, а в нём завернуты таблетки.
- Хорошо, расскажу, - кивнула Лида, - Только вы обещайте, если вам вдруг хуже станет, тут же мне скажите!
- Да я пока ничего, даже инвалидность не дали! Не волнуйся, - Тамара села напротив Лиды и стала слушать рассказ.
Лида старалась, как могла, сгладить самые страшные моменты, не стала рассказывать, как она там мёрзла посреди кочек, но про Анатолия всё рассказала. И видела, как оживают глаза её слушательницы, хотя… радоваться ли такому? В них горела лютая ненависть!
- Я говорила этому, который с Васениным приходил, и после ещё двое, которые у меня тут были, что это Толька! Только не верю я никому, вот что! И если городские хоть слушали, то Васенин наш только ухмылялся сидел! Слыхала я, что он когда-то и сам к Ирке-то похаживал… Ой! Ты прости, я лишнее сболтнула!
- Ничего, я уже не маленькая, - Лида хоть и покраснела слегка, но виду не подала, - Васенин и мне не поверил тогда, я к нему сама ходила, сразу, как меня из больницы выписали. Он не поверил мне, сказал, что из мести…
- Ладно. Бог всё видит, и сколько верёвочке ни виться, а кончик покажется! Я сама ещё схожу к Васенину, спрошу, чего там накопали, сыщики недоделанные! Пусть отвечает! Ты не бойся, про тебя ничего не скажу. Но только, если всё так… ты осторожнее будь, уж за клюквой не ходи.
- Я уже давно не хожу, после того – ни разу. Хоть и обидно, что ж теперь, вот так в своём селе… Тамара Васильевна, вы сами… поберегитесь, прошу вас!
- А что мне теперь, Лидочка? Чем меня ещё можно напугать? Я мужа схоронила, теперь вот и дочку… Что ещё можно сделать со мной, я и так уже мёртвая изнутри! Ну, идём, я тебе книжки Тонины отдам, да ступай домой, мать поди ведь тоже за тебя боится. В библиотеку уж завтра сходишь, вон, скоро дождь снова пойдёт. А ко мне ты приходи, я тебе рада, в любое время забегай!
Тонина комната была чисто прибрана, ни пылинки… на кровати кофта Тонина сложена, словно её ждут – придёт и наденет. Только большое фото на письменном столе, в чёрной рамке, говорило о том, что нет, не придёт, не достанет с полки свою любимую книгу, не уляжется в кровать…
- У Тони дневник был, в тетрадке что-то писала. Так, девчачье всякое… так городской забрал его, дневник-то, а я теперь жалею, что отдала. Скажу Васенину, пусть вернут! Толку всё одно нет – они и козявку у себя в носу не найдут, не то, чтоб…
Тамара Васильевна снова говорила сама с собой, доставая с полки книги, три из них были библиотечными, и она отдала их Лиде, а после проводила девушку к двери. Оказавшись на крыльце и вдохнув прохладный осенний воздух, Лида подумала, а правильно ли она сделала, что рассказала… может, не надо было? Разбередила только, Тониной маме и так сейчас непросто…
Глянув в окно, Лида увидела, как Тамара Васильевна подбрасывает в печь, поленья, потом она стала мыть тот самый заварочный чайник, укоризненно качая головой. Через приоткрытую форточку Лида слышала, как та укоряет саму себя в том, что запустила дом, и так нельзя, и надо бы картошки на ужин себе отварить… и кур соседка кормит, а она сама ведь не инвалид, неловко перед Клавдией…
Жизнь словно вернулась к ней, Тамара прибирала в кухне и говорила сама с собой, только вот… хорошо ли это?
Лида решила, что последует её совету и в библиотеку сходит завтра. Небо потемнело, словно уже был вечер, начал накрапывать мелкий холодный дождик, и Лида бегом побежала домой. Настя и в самом деле уже ждала её, стоя на крыльце, она теперь всегда так делала, когда Лида уходила куда-то.
- А я хотела идти тебя встречать! – Настя заулыбалась, увидев Лиду, - Забыла тебе сказать, когда ты утром с автобуса пришла… новость же у нас – Ирину Панасенко выписали, приехала домой. Не ходи той улицей, ну её…
Лида пообещала не ходить, они обе поспешили в дом, в тепло, Лена там уже начала готовить ужин и хвалилась теперь перед сестрой, что научилась печь пирожки, как у мамы. Ну, почти…
Вечером Лида сидела за своим письменным столом, перед ней лежали Тонины книги… как же страшно бывает – был человек, и нет…
Лида стала прибирать книги на полку, рядом со своими, когда из одной выпал исписанный листок, и упал к её ногам…
Продолжение здесь.
От Автора:
ВНИМАНИЕ, Друзья! Рассказ будет выходить ежедневно, КРОМЕ ВОСКРЕСЕНЬЯ, это временная схема публикации, как только я улажу некоторые свои дела, вернусь к ежедневной публикации рассказа.
Итак, рассказ выходит шесть раз в неделю, в семь часов утра по времени города Екатеринбурга. Ссылки на продолжение, как вы знаете, я делаю вечером, поэтому новую главу вы можете всегда найти утром на Канале.
Навигатор по каналу обновлён и находится на странице канала ЗДЕСЬ, там ссылки на подборку всех глав каждого рассказа.
Все текстовые материалы канала "Счастливый Амулет" являются объектом авторского права. Запрещено копирование, распространение (в том числе путем копирования на другие ресурсы и сайты в сети Интернет), а также любое использование материалов данного канала без предварительного согласования с правообладателем. Коммерческое использование запрещено.
© Алёна Берндт. 2025