Глава ✓152
Начало
Продолжение
Марья Яковлевна Гиммисс сидела в покачивающемся на полозьях возке с раскрытой книгой, подаренной ей перед отъездом Анной Алексеевной.
«Сие сочинение особливо может служить молодым девицам, определившими себя быть Помещицами. Она возбудит в них также любопытство, одушевит рождающийся их вкус; через него, наконец, приобретут они дух Помещицы, прежде нежели достигнут таких лет, когда могут быть сами таковыми». Она, в силу обстоятельств, стала помещицей куда раньше, чем была у этому готова морально.
- Прочти, мой друг, сочинение сие старинное, и пусть не смущают тебя его возраст. Никакая другая книга не поможет тебе столь широкими познаниями в самых разных областях.
Заглянув в оглавление, Маша оценила труд французского автора, переведённый в 1789 году. Наставления по самым разным аспектам ведения домашнего хозяйства в нём содержались. От кухни (2 глава) до откорма скотины (3 глава) и правил ведения дома рачительной владелицей (1 глава).
Более всего Маше понравились методы организации искусственных заливных лугов. Её деревеньки находилась хоть и вблизи Волги, но насколько обильно они заливаются в половодье талыми водами, учитывая холмистую местность, ей было невдомёк.
Скотина в деревнях благоденствовала на первый взгляд: сметана и масло исправно поставлялись на рынок ближайшего города Козьмодемьянска и приносили отменный доход. Как лечить захворавших животных и выбирать лучшего производителя в книге тоже было. Однако Маша не против была заняться разведением коней прославленной Орловской рысистой породы, а коням нужен хороших корм, а советчица у неё была - лучше и опытнее любого французского автора.
«Должно иметь скотины столько, сколько позволяет количество паств и корму. Лучше иметь меньшее число хороших отборных коров, нежели большее число худых», читала бывшая крепостная, рассматривая сводную таблицу по расчёту поголовья.
Но часть, посвящённая заботе о прислуге и семье по понятным причинам привлекла к себе внимание юной землевладельцы. Ей хотелось по воспоминаниям о доме Благодатских понять, читала ли её первая хозяйка сей опус.
"Хозяйка, которая беспрестанное имеет попечение о благе своего дома, которая полагает свое счастие в счастии своего мужа, своих детей и своих служителей и которая вместо того, чтобы иметь к ним холодную и бесплотную любовь, прилагает о них свои попечения, поощряет их к труду, показывая собою оного пример, и водворяет между ними мир, изобилие и радость". О "холодной и бесплотной любви" к дочерям говорить не приходилось - Евпраксия Алексеевна Благодатская своих дочерей ненаглядный держала, как и мужа, в ежовых рукавицах.
Завывала вьюга за войлочными стенками возка, позвякивала упряжь возка, запряжённого четвергёй личных коней, бежавших налегке. Основной скарб ехал в образе, растянувшись на полверсты.
Скоро очередная станция, как водится, с клопами и тараканами, огромным самоваром и ароматными щами, душистым теплым хлебом, мочёными яблоками и разсольником (О! Тут ошибки нет!) или солянкой, пирогами с кашей и грибами. Новоявленная землевладельца едет навестить свои владения. Всё всерьёз! Будут и поротые спины, и забритые лбы - война продолжается. Будет подсчёт доходов и расходов, визиты к соседям, псовые охоты на лису и зайца, ответные визиты с долгими чаепитиями. Ожидание писем от Николая Фёдоровича Арендта из Европы, посты и молитвы. Всё ещё будет...
Продолжение следует ....