Реконструкция событий VIII–IX вв., предшествовавших возвышению Киева
Историю Древней Руси мы постигаем, опираясь на три основных источника знаний: летописный свод, свидетельства современников и археологические раскопки. В этой статье формируется непротиворечивая версия истории зарождения Древнерусского государства, основанная на доступных источниках.
Попытки осмысления долетописного периода русской истории начались давно, если вспомнить фантазийные «Александров дар» XVI в. и «Сказание о Словене и Русе и граде Словенске» XVII в. Впоследствии историки немало внимания уделили этому вопросу, развивая, среди прочих, идеи о славенороссах и предках славян енетах, которые есть Роксоляны, аки бы Русь и Аляны. Не претендуя на лавры серьезного исследователя, я окину взглядом достоверные источники, ведь их, к сожалению, совсем немного.
Русь в X веке
Первое подробное описание Киевской Руси, как нередко называют Древнерусское государство времен возвышения Киева, оставил в середине Х в. византийский император Константин VII Багрянородный. В составе Росии он называет города: Немогард (Новгород), Милиниски (Смоленск), Телиуцы (Любеч), Чернигоги (Чернигов), Вусеград (Вышгород), Киов (Киев).
Приведенные отождествления греческих и русских названий в ряде случаев остаются дискуссионными.
Росия – это земли росов, т.е. руси. Русь (с маленькой буквы) – дружинно-купеческое сословие скандинавского происхождения, к середине X в., по-видимому, уже дополненное славянским компонентом.
Понятие «русь» с момента своего появления до превращения в «Русь» претерпело немало изменений, о которых нам известно не так уж много. Вероятно, сначала оно закрепилось за скандинавской по происхождению дружинно-купеческой корпорацией, тесно связанной с торговыми путями из Северной Европы на Восток, а затем распространилось на местное население, вовлекаемое в военно-торговую деятельность.
Подробнее о скандинавской природе руси – здесь
Так или иначе, к середине X в. русь определенно включает в себя славянский компонент.
Из руси выделяются князья, которым платят дань подвластные племена славян. Сбор дани в виде полюдья (кружения) начинается в ноябре с ближайшего к Киеву племени древлян, потом, через Любеч по Днепру доходит до дреговичей, до кривичей в Верхнем Поднепровье (Смоленск), далее, по Десне – до северян.
Полюдье под названием «вейцла» в ту пору практиковалось ещё и в Норвегии.
Через Чернигов и Вышгород в апреле добыча стекается в Киев, где всю зиму готовится торговая флотилия для многотрудного похода к конечному пункту следования каравана – черноморскому порту Месемврия (совр. г. Несебр в Болгарии).
Таким образом, к середине Х-го века на Русской земле имелись все три признака государства по Марксу–Энгельсу, и сложился социальный баланс между славянами и русью. Но как начиналось взаимодействие этих разнокультурных частей общества на Днепре?
Росы, русь и т.д.
Прежде чем продолжить, предлагаю определиться с терминами. Мною уже упомянуты росы, они же – русь, но в литературе встречаются и другие варианты написания: русы и руссы. К сожалению, русскими их ещё рано называть: большинству из нас та русь не родня, даже язык их не древнерусский, а северогерманский, что вытекает из задокументированныхназваний днепровских порогов. Вот и приходится подбирать слова.
В греческих текстах IX-X вв. встречается только один вариант – рос (Ῥῶς). Тот же вариант – рос (rhos) – зафиксирован в латинском тексте IX в. Поскольку эти записи появлялись в результате непосредственного контакта с росами, исследователи полагают, что именно такое произношение первично, а переход в рус/русь произошел позднее. Так возникла гипотеза о рождении слова «русь» в результате преломления через финский язык древнескандинавского соционима, начинающегося на rōþ- (rōþer, rōþsmenn и т.п.), который мог быть самоназванием норманнских мореходов. Первый контакт славян со скандинавами случился на финноязычном севере, и принятая лингвистами версия не выглядит фантастической.
О соседствующем с хазарами народе Ruzzi сообщает анонимный «Баварский географ» в середине IX в. Точной локализации источник не даёт и подробностей не приводит. Тем не менее, это очень ранняя фиксация в наименовании буквы «у». Современник Константина Багрянородного дипломат Лиутпранд Кремонский приводит иное латинское название – Rusii (ед. ч. – Rusius), которое, вероятно, он сам вывел из греческого слова ρούσιος (светлый, рыжий), которым, по его же словам, греки называли этот народ.
Называть, может, и называли, но продолжали писать «Ῥῶς». Разве что, Лев Диакон, по античной традиции, именовал дружину Святослава не только росами, но и таврами, скифами и тавроскифами.
В арабских источниках с IX в. появляется живущий торговлей и грабежом «народ ар-Рус», ватаги которого добираются до Севильи, Булгара и Каспия. Тут уже не так однозначно, ведь в арабском письме огласовки о и у не различаются.
Подробнее о руси в сообщениях восточных авторов - здесь
В наших летописях используется слово «русь» (рѹсь, ед. ч. – рѹсинъ), которым называют призванных варягов. Могли наши предки, как и греки в сообщении Лиутпранда, тех варягов собирательно назвать русью за цвет волос? Могли, но только если это слово тогда уже использовалось, а то ведь всё могло быть как раз наоборот. И греческое «рос» и арабское «ар-Рус» в работах историков нередко передаются как «русы».
В латинском переводе трактата «Об управлении империей» Ῥῶς превращаются в Russi. Отсюда, возможно, и «руссы» некоторых наших авторов.
Попытка связать с русью гидронимы, начинающиеся на Рос- (Ръс-) ошибочна с точки зрения лингвистики (ъ переходит в о, и никогда – в у). На территории непосредственного нахождения руси слова «росы» и «русы» (тем более – «руссы») для её именования, судя по всему, не использовались, и единственное корректное с исторической точки зрения название сначала норманнов, а потом и верхушки древнерусского общества – русь.
Допустимым употреблением слова «русы» можно признать интерпретации иноязычных текстов и рассказы о скандинавах вне их связи с древнерусским обществом, например, подробности захвата Севильи в 844 г. Слово «руссы» права на существование не имеет.
Свидетельства IX века
Первое упоминание о росах во главе с хаканом (каганом) датировано 839 г. и рассказывает о посольстве византийского императора Феофила к франкскому императору Людовику Благочестивому. Источник указывает, что прикомандированные к посольству дипломаты, называющие свой народ «рос», на поверку оказались свеонами, т.е. происходили из племени свеев с территории Швеции.
Сообщение кажется оксюмороном: где Швеция, а где – тюркский титул?! Но это на первый взгляд. Исследование исторического контекста показывает, что речь могла идти об именуемой rhos руси, закрепившейся к тому времени на Днепре, а русь в ту пору ещё могла в большой степени состоять из норманнов, в т.ч. свеев.
Археологический факт: при раскопках в Гнёздове в числе прочих найдены и монеты императора Феофила (829–842)
Именовавшийся хаканом рус или присвоил себе уважаемый в этих краях титул, или его звание конунг было неверно истолковано по созвучию.
Из сообщения в «Бертинских анналах» следует вывод, что к 839 г. русь успела стать для Византии опасным соседом, с которым та искала мира, значит, их общение началось раньше. Как вариант – с разграбления черноморского города Амастрида. Нападение это не имеет точной датировки, но вполне могло произойти в 30-х годах IX века. Даже если оно случилось позже, есть другое, правда, косвенное свидетельство.
Между 834 и 837 годами у Волгодонской переволоки при участии византийских инженеров хазарами была выстроена обращенная на северо-запад крепость Саркел. Из-за Дона, кроме руси, Хазарии в IX в. могли угрожать кочевники-венгры, но те, как считается, пришли в Северное Причерноморье не ранее 835 г. Не сразу ли против руси возводилась та крепость, если через 130 лет она была захвачена дружиной именно русского князя?
«Житие Стефана Сурожского» XV в. сообщает о нападении русского князя Бравлина на крымский Сурож в начале IX в. К сожалению, это единственное и притом позднее свидетельство, а значит, оно не может считаться надёжным.
Нельзя ли что-то почерпнуть в русском летописном своде?
Летописные сведения
Древнейшие русские летописи восходят к концу XI в., т.е. они значительно моложе интересующих нас событий.
«Повесть временных лет» сообщает, что в стародавние времена по Днепру расселились поляне, и жили они обособленно, заметно отличаясь от других славян кротким нравом.
По прошествии времени полян начали притеснять соседи, древляне, а потом явились хазары и потребовали платить им дань, на что поляне согласились.
Приведенные выше истории в летописи не датированы, и ученые относят их ко временам антов.
Подробнее об антах – здесь
Первые очень приблизительные датировки связаны уже с так называемым «призванием варягов».
Часть варягов под предводительством Аскольда и Дира отправилась походом на Царьград, но по пути осела на земле полян. До Царьграда они всё же добрались. Тот неудачный поход летопись датирует 866 г., а византийский источник – 860 г.
Как видим, между появлением хазар (VII в.) и варягов (IX в.) в летописном повествовании имеется лакуна.
Попробуем её заполнить.
Археология
Два первых поселения праславян пражской археологической культуры на месте Киева датированы V-VI вв. Это дало повод к празднованию в 1982 г. 1500-летия Киева, хотя нет оснований связывать полуземлянки словен с будущей столицей Руси. Нет свидетельств функционирования этих поселений даже в VII веке. Признаки жизни на территории Киева обнаруживаются только к началу VIII в. Отсутствие находок оружия, предметов престижа, ремесленных комплексов и укреплений вплоть до X в. свидетельствует о рядовом характере местных поселений.
Результаты раскопок показали, что на левом берегу Днепра и на узкой полосе вдоль Днепра – на правом, на рубеже VII-VIII вв. произошли события, приведшие к смене населения. Под давлением кочевников-хазар праславяне-анты ушли на север, зарыв ценности, в надежде вернуться за ними. Удалось это не всем, и утраты беженцев обернулись находками археологов.
Два хазарских погребения того периода обнаружены к югу от Киева.
Довольно скоро хазары сменили гнев на милость, и в начале VIII в. в Левое Поднепровье потянулось смешанное славянское население. Археологическая культура новых поселенцев известна как волынцевская культура, и только она имеет признаки влияния со стороны салтово-маяцкой культуры Хазарского каганата.
Поселения Левобережья не были укреплены. По всей видимости, ответсвенность за их защиту взяли на себя хазары. Единственное укреплённое городище волынцевской культуры – Битицкое – являет собой развитие укрепления скифских времен. Судя по характеру находок, это крупное славянское поселение не было полноценным городом. В нем не занимались ремеслами, товарообмен шёл только с каганатом, не было и заметного социального расслоения общества. Широко представленное хазарское вооружение заставляет предположить, что Битица была хазарским административным центром на земле союзного славянского племени.
Но мир продлился недолго. Не позднее 825 г. все поселения волынцевской культуры оказались сметены вражеским набегом, и в Левобережье Днепра начала формироваться новая, роменская культура.
Кем были нападавшие? Часть историков полагает, что хазарами, что весьма странно, ведь Битица и так контролировалась хазарами. Смута в каганате, которая могла иметь подобное развитие, случилась много позже, в 861-889 гг. Другие историки грешат на свирепых кочевников-венгров. Но венгров, как отмечено выше, в этих местах в ту пору вроде бы еще не видели.
Остаётся третий допускаемый исследователями вариант – норманны. За него –обнаружение скандинавского боевого топора среди оружия нападавших и факт, что исчезновение волынцевской культуры совпадает со временем появления в Поднепровье первых арабских дирхемов – основной валюты торговых путей «из варяг». Против – наконечники стрел, которые часть исследователей считает более характерными для кочевников.
Летописная традиция помещает первых варягов в полянский город Киев, вот только Киева в те годы ещё не было. Как писал историк и археолог А. В. Комар, способ земледелия славян V–IX вв. приводил к довольно быстрому истощению ресурсной зоны, что не позволяло поселениям аграрно-промыслового характера долго существовать на одном месте.
Не вполне напоминает легенду об Аскольде и Дире, но на то она и легенда. Впрочем, мы ещё не закончили.
Русь на Днепре
Первое славянско-скандинавское поселение на Днепре возникло в его верховьях, у Гнёздова, что под Смоленском. Согласно опубликованному в 2020 г. исследованию, скандинавы добрались сюда спустя пару десятилетий после организации колонии на Волхове, в последней четверти VIII в.
Подробнее о появлении скандинавов на Волхове – здесь
Судя по тому, что археологи отмечают полиэтнический состав населения Гнёздова, славяне (кривичи) мирно встретили гостей. Этому могло способствовать отсутствие языкового барьера, если к тому времени русь уже могла объясняться по-славянски, или среди скандинавов с Волхова были толмачи или дружинники из тех же кривичей. Гнёздово стало важным звеном торгового пути «из варяг в греки», пока княгиня Ольга не положила конец его существованию.
Реконструкция дальнейших событий
В IX в. в среднем течении Днепра вдоль правого берега узкой полосой тянулись волынцевские поселения, но в остальном Правобережье было землёй славян высокоразвитой лука-райковецкой культуры, простирающейся до Поднестровья и Карпат. Крах волынцевской культуры лука-райковецкой не коснулся, и когда запылали волынцевские поселения, лука-райковецкие остались невредимы. Для глубоких выводов оснований недостаточно, но это может означать, что нападавшие отличали одних славян от других. Этого вряд ли стоило ожидать от диких кочевников, но естественно – от руси из Ладоги и Гнёздова.
Могла ли немногочисленная, но боевитая русь организовать и возглавить поход вольных «лука-райковецких» на зависимых от хазар «волынцевских»? Это объяснило бы и скорость уничтожения целой культуры и нескандинавские наконечники стрел и то, что на месте некоторых волынцевских поселений вскоре возникли лука-райковецкие.
Не пришёлся ли по душе правобережным славянам боевой задор пришлой руси? Не совместно ли потом они совершили набеги на Сурож и Амастриду, приведшие к переговорам с Византией и возвращению послов через Ингельгейм в 839 г.?
Пассионарность гостей могла позволить им быстро завоевать авторитет в славянском обществе. Если они называли себя русью (изначально или переняв это прозвище от славян), то и связанные с ними славяне со временем могли назваться русью ради большего веса в глазах соседей. Или сами соседи стали звать русью славян принявшего норманнов племени. Тех же полян, которых не упоминает в своём трактате Константин Багрянородный.
Могли славяне с правого берега Днепра именоваться русью ещё до появления «заморской» руси, как полагают некоторые авторы? Только теоретически, ведь самоназвания славян достаточно характерны: вятичи, кривичи, поляне, древляне... Зато славянские названия иноязычных племен нередко выглядят похожим образом: чудь, корсь, сумь, весь…
Поучаствовав в разгроме хазарских данников, русь не задержалась на пепелищах Киевского Поднепровья. Археологические следы скандинавского присутствия в районе Киева появляются только в конце IX в., когда началось городское строительство.
Константин Багрянородный пишет о киевской крепости Самватас, местоположение которой до сих пор неизвестно. То ли искали не там, то ли следы давно стёрты фундаментом какого-нибудь здания или опорой моста. Если русь поставила эту крепость, то Киев мог строиться под её защитой. Древнейшее из найденных строений города датировано 887 годом.
Что дальше?
А дальше события могли развиваться в некотором согласии с летописью. Из Ладоги или Новгорода, по поручению какого-нибудь Рюрика или сам по себе, проездом через Гнёздово явился с дружиной коварный конунг Олег. Он объявил местное руководство вне закона и заявил собственные права на княжение. Возможно, в этом истоки последующего противостояния Новгорода и Киева.
Новгорода к тому времени ещё не было, но им можно признать крепость на месте нынешнего Городища, а вот с хронологией Киева возникает нестыковка. Случись Олегу прибыть в 882 г., как сообщает летопись, города он бы ещё не увидел, максимум – райковецкие да роменские деревушки.
Поскольку признано, что первые датировки в летописи условны, Олег мог объявиться в Киеве спустя годы.
Сколько лет Игорю?
Согласно летописи, в 882 г. Олег предъявил Аскольду с Диром малолетнего Игоря Рюриковича, родившегося ну никак не позже 879 г. После убийства Игоря в 945 г. его вдова княгиня Ольга осталась с малолетним сыном.
Выходит, на момент рождения Святослава Игорю уже было за шестьдесят. Изрядный возраст для отца первенца! Да и Ольга к тому времени была немолода, ведь её появление в жизни князя летопись относит к 903 г.
На самом деле, в 945 г. наследник мог и не быть малолетним. Летописец не знает о его княжении в Новгороде, а об этом в середине Х в. упомянул сам император Византии. Но и в этом случае Игорь мог быть лет на двадцать моложе, чем это следует из текста летописи.
Если так, то Олег с Игорем могли добраться до Киева в первые годы X в., когда история города уже началась. Такая версия разрывает связь Игоря с летописным Рюриком, но в этом нет беды: Игорь – историческая личность, тогда как Рюрик – легендарная.
Резюме
Возникновению Киевской Руси предшествовал век плохо документированных событий. Археологические исследования показали, что в первой четверти IX-го века в Среднем Поднепровье погибла зависимая от хазар славянская волынцевская культура. В то же время в тех же краях вдруг появилось арабское серебро и заявила о себе пришедшая с севера и закрепившаяся на Днепре русь. В 830-х годах русь набрала силу, с которой вынуждены были считаться и Хазария и Византия. Рост торговой и политической активности придал ускорение развитию славянских земель, и на них возникло Древнерусское государство, а славянские лука-райковецкая и роменско-боршевская археологические культуры уступили место древнерусской.
_____
Если было интересно, поставьте «лайк» и подпишитесь.
У некоммерческого канала нет другого способа заставить Дзен показывать статью другим читателям.