Ни для кого уже не секрет, что в МВД лютый некомплект, об этом даже министр докладывал, приводя в пример Приморский край, где не хватает 23% сотрудников. Но это было бы еще пол беды, на самом деле некомплект основных подразделений около 50%.
Чтоб никто не думал, что я пишу голословно или раскрываю какие-то тайны сошлюсь на доклад генерала МВД Приморского края Табакаева А.В.
"По состоянию на 1 января 2024 г. штатная численность аттестованных сотрудников УМВД России по Приморскому краю составляет 11 469 единиц, а фактическая – 8825 человек"
Казалось бы всё проще простого)). Да только в 11 тысяч штатного расписания входят также сотрудники подразделений, которые вообще никак не связаны ни с преступностью, ни с административными правонарушениями. Это специалисты и водители тыла, кадровые работники, инспектора профессиональной подготовки, инспекторы штаба, юристы, бухгалтера, связисты, аналитики, ревизоры, пресса, делопроизводители в канцелярии, учётно-штатная группа, секретчики. Косвенно с преступностью связаны дежурная часть с оперативным отделом и эксперты криминалисты. А это ведь целые структурные единицы с начальниками и заместителями.
Службу я начал с районного отдела, численность сотрудников которого составляла 112 единиц. Из них следствие, дознание, участковые, ПДН, ОБЭП, ДПС, уголовный розыск это почти 60 человек, а остальные это те, кто входит в службы не связанные с борьбой с преступностью или косвенно связанные с ней, о которых я писал выше. К 60 сотрудникам прибавим начальника и его замов по линии полиции и следствия, это примерно пять-шесть человек (если прибавить заместителей замов по оперативной работе, по охране порядка, по расследованию преступлений).
В сухом остатке имеем, что не менее 40% сотрудников отдела это вспомогательные службы. А некомплект в этих службах, как правило отсутствует или на очень минимальном уровне. Вся нехватка сотрудников только в ключевых службах, которые и занимаются борьбой с преступностью и правонарушителями.
Этому есть простое объяснение: где легче, там и желающих больше. А разница в зарплате между следователем и инспектором в кадрах может составлять всего несколько тысяч рублей в пользу первого. Но стоят ли эти несколько тысяч бессонных ночей, суточных дежурств, допросов наркоманов, алкашей, тунеядцев, осмотров трупов, бич квартир, подвалов, чердаков, плача пострадавших, оскорблений преступников и других неприятных зрелищ? Вопрос риторический.
(Здесь хотелось бы сделать ремарку: я ни в коем случае не хочу кого-либо упрекнуть или унизить из внутренней службы, подразделения эти нужны и на них наложены функции, без которых нормально система работать не будет. Смысловая нагрузка этой статьи только в том, чтоб указать, что проблема некомплекта озвучена в искаженном виде).
Теперь вернемся к словам генерала Табакаева. 11,5 тысяч сотрудников по штату, по факту 8,8 тысяч. Из 11.5 тыс к ключевым службам относятся примерно 7 тысяч, к вспомогательным 4,5 тысячи человек. Так как, внутренняя служба укомплектована, то от 8,8 отнимаем 4,5 и получаем 4,3 тысячи сотрудников ключевых служб фактически в строю. А всего их должно быть 7 тысяч. Поэтому некомплект людей, которые помогают гражданам в горе, устанавливают справедливость закона, ловят преступников, нарушителей, разыскивают пропавших без вести, составляет не 23%, а 48%, то есть почти половина.
В реальности это выглядит так: из 10 следователей в районном отделе в наличии только пять, из них один начальник, один в отпуске, один в декрете, остается два рабочих следователя. Как они должны нести нагрузку всего следственного отдела???
Вот она настоящая не проблема, а беда.