Жалобщики шли к Владимиру Сергеевичу потоком. Он сидел за столом в ресторане, где выслушивал людей, иногда просто давал деньги, иногда принимал решения. Ему даже не всегда надо было лично участвовать в разрешении ситуации, достаточно было назвать его имя, и проблемы решались моментально. Вопросы были самые разные: от помощи школе искусств до разрешения финансовых споров. Часто к нему обращались даже представители околовластных структур. Дело не в том, какие решения принимал Кумарин. Имеет значение тот факт, что он эти решения принимал, и они выполнялись. И неважно — надо было купить музыкальные инструменты в театр, сигнализацию в музей или помочь вдове удержать дело мужа. Понятно, что эта деятельность работала на имидж, а действительно серьезные вопросы Сергеич обсуждал в очень ограниченном кругу и в другом месте. Но он в тот период был единственной действующей силой в Петербурге.
Люди искали правду у губернатора или в полиции, но и там, и там их легко могли отфутболить. Им ничего не оставалось, кроме как идти к Владимиру Кумарину, и он быстро решал все проблемы. Не потому, что стремился к этому, он просто делал то, чем никто другой заниматься не хотел. Что и принесло ему славу "Ночного губернатора Петербурга". На мой взгляд абсолютно заслуженную славу. Без него Петербург опустел и стал скучным.