История могла бы пойти совсем по другому руслу, если бы в битве за доминацию в восточно-средиземноморском регионе верх одержала не Римская республика, а Карфаген. На протяжении больше 100 лет продолжался конфликт между непримиримыми противниками. А на пике противостояния, во время Второй Пунической войны, когда армией Карфагена командовал Ганнибал, над Римом нависла нешуточная угроза: талантливый полководец разгромил войска противника при Каннах, в результате чего дорога на Вечный город оказалась открыта.
Но Рим устоял, а Карфагену в годы Третьей Пунической войны, продолжавшейся со 149 по 146 гг. до н.э., было нанесено сокрушительное поражение, такое, что это государство от него уже не оправилось: Карфаген оказался разрушен, а республика приросла территориями на африканском континенте.
Началась очередная война между Карфагеном и Римом по экономическим причинам: североафриканский город-государство был конкурентом Вечного города в морской торговле. Сенат этот факт беспокоил, а участник предыдущей Пунической войны Марк Порций Катон все свои выступления заканчивал фразой о необходимости уничтожить архиврага.
Поэтому в том, что вскоре, как только найдётся формальный повод, Рим начнёт против Карфагена военные действия, сомневаться не приходилось. И он нашёлся, когда против нумидийского царя Массиниса, который беспокоил своими набегами пунийцев, Карфаген собрал армию вопреки запрещающему это мирному договору.
Карфаген к войне не был готов, поэтому на первоначальные требования Рима, заключавшиеся в сдаче оружия, выдаче в заложники знатных граждан города, соглашался. Но на главное условие, а именно – уничтожение города с переселением всех его жителей на новое место, пойти не мог. Началась война.
На протяжении долгих двух лет продолжалась осада ненавистного римлянам города. Силы войска истощались, а долгое и безрезультативное стояние под городом негативно сказывалось на его дисциплине. Переломить ситуацию смог поставленный командовать римским экспедиционным корпусом консул Сципион Эмилиан. Реорганизовав армию, исправив ситуацию с дисциплиной путём увольнения слабомотивированных и недисциплинированных воинов, он за достаточно краткий срок сумел полностью заблокировать Карфаген. Так, его гавань перекрыла построенная римлянами дамба, а новый канал, прокопанный карфагенянами, перекрыли воздвигнутые внешние стены.
Весной 146 г. н.э. начался штурм города, продолжавшийся почти неделю. Свидетелем этого значимого события был древнегреческий историк Полибий. В одной из книг своего объёмного труда «Всеобщая история» он приводит эпизод штурма – реакцию Сципиона на гибель Карфагена в огне.
Можно подумать, что римский полководец, глядя на крушение непримиримого противника Рима, будет радоваться. Но вместо этого он плакал и даже выражал слова жалости по отношению к неприятелю. Руководила Сципионом, однако, не простая сентиментальность.
В какой-то момент римский полководец процитировал строчки из гомеровской «Илиады»:
«Будет некогда день, и погибнет священная Троя,
С ней погибнет Приам и народ копьеносца Приама».
Историк поинтересовался у Сципиона, какой смысл тот вкладывает в этот стих. Выяснилось, что полководца беспокоила судьба родины: при взгляде на погибающий Карфаген его не оставляли мысли, что та же участь может ожидать и Рим.
(с) Zeist
Понравилась статья? Тогда, чтобы поддержать нас, можете поставить лайк и подписаться на наш Дзен и Telegram: https://t.me/vestnikistorii
Мы будем очень признательны любой поддержке!