Надежда Ильинична стояла за моей спиной опираясь на спинку стула. Так близко, что я чувствовала её дыхание и это только добавляло напряжения. На фразе — "... ветви раскидистых елей" — предложение заканчивалось, мне осталось написать всего три слова и мучение прекратится. Но ручка зажатая между пальцев предательски дрожала. "Раскидистых..." — я выводила "с", которая плавно переходила в "к" где важно не задрать крючок, затем "и", а затем... Рука дрогнула! Я ахнула и замерла. Надежда Ильинична с силой сдавила спинку моего стула. У буквы "и" появилась лишняя палочка и она превратилась в "м". Слёзы обожгли глаза. Я подняла взгляд на часы у доски — уроки закончились в час дня, сейчас четыре. Сжавшись в комок я ждала слов учительницы: может быть она пожалеет меня, может быть отпустит домой, ведь мы проделали такую работу! — Попова! Почему ты не можешь нормально написать сочинение даже с десятого раза! — её голос прогремел оглушительно. — Почерк ужасный, ошибки на ровном месте! — У меня рук