Если б вы, читатель, знали, как это увлекательно, если удаётся решить трудную задачу.
Проверка слов Киры Долининой раз за разом мне предоставляет такой шанс.
В этот раз слова такие:
«…самым интересным объектом для анализа оказываются явные неудачи. Как правило, они связаны с большим форматом; монументальный жанр явно не был коньком художника. Висящие почти напротив друг друга эскиз для росписи Казанского вокзала с фигурой Петра I и портрет актера Ершова в роли Зигфрида поражают одним и тем же: преувеличенной мимикой в изображении некоей запредельной эмоции, явно чуждой спокойной миросозерцательной позиции живописца» (http://loveread.me/read_book.php?id=100990&p=55).
Анализа, как всегда, у неё нет. Есть итог, синтез. Хоть, может, она даёт возможность читателю принять не разжеванное до отвратительности месиво…
Петра I я в интернете не нашёл. А Ершов есть.
Я думаю, что иллюстрируется финал из оперы Вагнера «Зигфрид», второй в тетралогии «Кольцо нибелунга» – пока-победа Зигфрида:
«Огонь, защищающий спящую Брунгильду [так наказанную, богом Вотаном за мнение, что любовь превыше инцеста], расступается перед Зигфридом, он поцелуем пробуждает валькирию" (https://soundtimes.ru/opera/spektakli/r-vagner-koltso-nibelunga). Роль огня у Кустодиева исполняют расступившиеся скалы.
Все в тетралогии умирают. Для Вагнера отвратительно, что так устроен Этот мир (со смертью) и кончает он оптимизмом по-ницшеански: кольцо возвращается к прежним владельцам, дочерям Рейна, словно достигнута Неизменность и время остановились – образ метафизического иномирия, подсознательный идеал Вагнера.
Я б не назвал «преувеличенной мимикой в изображении некоей запредельной эмоции» торжественно-спокойное выражение лица у Зигфрида, хоть эмоция, да, запредельная (он победил великана-дракона и завладел кольцом-для-властелина мира и Брунгильда – его!).
Я б наоборот, сказал: что парадоксально мимика противоречит огромности эмоции. Зигфрид таки герой, раз так владеет собой. Это таки сверхчеловек, как по-бытовому понимают обычные люди ницщеанство.
Другое дело, что Кустодиев здесь не поднялся на уровень неприкладного искусства, остался на уровне прикладного, приложенного к усилению знаемой, в общем-то, эмоции сверхчеловека в момент победы. (Ну способен же обычный человек представить себе сверхчеловека?)
Я б не отнёс, как Кира Долинина, эту картину в «явные неудачи».
Просто к 1908 году Кустодиев ещё не нашёл за период "долгих и порой мучительных поисков… все же свой собственный путь в искусстве [барокко (см. тут), что, между прочим, не относится к «спокойной миросозерцательной позиции» по Долининой]. В этот период он сблизился с вновь созданным в 1910 году обществом «Мир искусства»" (https://imwerden.de/pdf/kustodiev_pisma_statji_zametki_besedy_vospominaniya_o_khudozhnike_1967__ocr.pdf).
Кира Долинина, думаю, к Кустодиеву чуть предвзята – за то, что он слыл (и зря, по-моему) пробольшевиком. Но она права в том смысле, что эта картина – не шедевр.
2 января 2024 г