Как-то у меня было отвратительное настроение. Я тогда в Екатеринбурге жил.
Как назло – стояла сырая погода. Ладно, если бы прошел ливень, и снова ясно и солнечно. Так нет же – моросит мелкий дождик с утра, и нет ему конца.
Держишь зонт, налетит откуда-то ветер, вырывает мой старенький черный зонтик, выворачивает.
Надо бы дома сидеть, а я пошел. Зачем пошел?
До этого солил селедку, приготовил рассол, разделал две рыбины. Нужно было залить рассол в приготовленные банки с кусками, я неправильно повернулся, ударился головой об открытую дверцу верхнего шкафа. Было так больно, что выронил кастрюлю с жидкостью.
Брызги в разные стороны, и на обои попало, и на вещи, и штаны домашние задело до колен.
Плюнул, как говорится, убрал банки в холодильник – ничего делать не хотелось.
Затем протирал пол, и жалко было потраченного труда.
Дома сидеть не мог, оделся и вышел, чтобы побродить. И меня встретило угрюмое ненастье. Не возвращаться же домой.
Шел, согнувшись, и казалось, что мне гораздо больше лет, чем на самом деле.
Так ходил пару часов.
Вдруг позвонили – это бывшая однокурсница. Отошел в сторонку, слушаю. А она говорит: «Сегодня у меня маленький торт. Сама сделала. Уверяю, что очень вкусно».
И тут же вопрос: «Забыл, какой сегодня день»? Отвечаю, что обыкновенный – среда. Причем мерзкая среда, холодная, ненастная.
Дальше слушаю: «Да, действительно забыл. Ровно сорок лет назад именно в этот день мы с тобой сдавали научный коммунизм. Помнишь, как безбожно списывали? Я никогда шпаргалками не пользовалась, страшно боялась. А ты меня подбадривал. Так с тобой обнаглели, что почти на глазах у преподавателя бумажками обменивались».
Сказала и как давай – смеяться.
И дальше: «Немедленно ко мне, отметим праздник, я и название придумала – день шпаргалки».
Бодро зашагал к старинной своей подружке, словно снова попал в студенческие годы. И ненастье не для меня, и ветра не замечаю.
Открыла дверь, прошли на кухню. Торт красиво смотрелся, и было по-настоящему вкусно.
Чокнулись чашками с чаем – в честь праздника.
Подружка сказала: «Знаешь, мне иногда кажется, что годы вихрем пролетели. Но я не жалею, значит, так надо. Так интересно, что из прошлого ты один остался, всех время разметало. Получается, что у нас с тобой настоящая дружба».
Смотришь на лицо близкого человека. Оно, конечно, изменилось с тех пор. Но все равно – родное. И светится, как тогда, добром и милой мягкой иронией. И шутки по-прежнему свежи и сочны, и взгляд ласковый.
Пошла проводить до угла. Дождя не было. Стояли, разговаривали, разойтись не могли.
На прощанье сказала: «Прошу тебя, не теряйся. Ты мне давно как брат – чувствую это».