ИГРАЮТ солнечные блики на волнах Днепра. Правого берега почти не видно — таким широким стал тут древний Славутич. Там, где стояли хаты старого села Солошино, плещет рукотворное море. Нет и прибрежного лесочка, где сорок лет назад мы собирались перед решающим броском через Днепр. Ровные улицы с добротными домами поднялись выше на берегу, в том месте, где когда-то в зарослях кукурузы маскировались наши батареи. А в центре села, над братской могилой застыла в скорбном молчании фигура воина-освободителя...
И на правом берегу, в селе Куцеволовка, взметнулся над Днепром обелиск. За ним, как солдаты в строю, — гранитные плиты, и на них — имена, имена... Вечным сном здесь спит более двух тысяч воинов, отдавших жизни за освобождение от фашистских оккупантов Советской Украины. Среди них и сотни однополчан из нашей дивизии. Сегодня мы, ветераны, повинуясь долгу памяти, собрались на берегу Днепра и как бы держим ответ перед ними, павшими...
Перед тем, как разъехаться, снова пришли к братским могилам. На плиты ложатся цветы. Еще раз вчитываемся в строчки имен, высеченных в граните: Мажеров, Марченко, Мачаидзе, Мейман, Мельников...
Он стоит рядом с нами, Герой Советского Союза Алексей Дмитриевич Мельников. Долгие годы его считали погибшим. Но что же произошло сорок лет назад здесь, на берегу Днепра? Алексей Дмитриевич вспоминает:
— Бойцам пулеметного взвода, которым я командовал, было приказано ночью переправиться на остров, расположенный недалеко от правого берега Днепра, и там закрепиться. Во время переправы прямыми попаданиями фашистских снарядов две наши лодки были разбиты. От взвода осталась половина...
Сержант Мельников принимает смелое решение: под покровом темноты обойти остров и ударить по засевшим там гитлеровцам с тыла. Маневр удался. Развивая успех, Мельников с бойцами собрали трофейное оружие, боеприпасы, погрузили их в лодки и двинулись к правому берегу. Высадились, укрываясь за прибрежными камнями. Осмотрелись и поняли, что, когда рассветет, им тут не удержаться и часа. Почти рядом, на песчаном бугре, располагалась вражеская траншея.
И Мельников снова берет на себя инициативу — первым подымается в атаку. В ход пошли трофейные гранаты. Гитлеровцы не ожидали такого дерзкого нападения, к тому же темнота скрадывала истинные силы нападавших. Так горстка смельчаков захватила траншею. А когда рассвело, к ним на помощь пришли краснозвездные Илы, ударившие по оборонительным точкам врага на высоте. Сразу же после авиационной штурмовки Мельников с оставшимися бойцами захватил высоту, которая господствовала над всей окрестностью. Они заняли круговую оборону, выставили пулеметы, приготовили связки гранат.
Вскоре враг обрушил на высоту лавину огня, против смельчаков двинулись танки. Они отбивались до последней гранаты, до последнего патрона.
Подобрали тяжелораненого сержанта Мельникова санитары из другой дивизии. Однополчане, считая его погибшим, отправили родным за Урал извещение и внесли фамилию Мельникова в списки похороненных в братской могиле. Так появилось это имя на гранитной плите.
...Мы стоим на берегу Днепра. В осеннем золоте садов село Куцеволовка, на левом берегу белеют дома Солошино. Все здесь до боли знакомо и в то же время неузнаваемо. Пройдут годы, и на смену нам, ветеранам, чтобы поклониться праху героев битвы на Днепре, сюда придут наши внуки и правнуки. Их, как и нас, позовет долг памяти. Вечный и неоплатный.
Л. ЕМИН, член совета ветеранов 110-й гвардейской Александрийско-Хинганской дважды Краснознаменной, ордена Суворова стрелковой дивизии (1983)