Т-34

Его история началась на волжских просторах, в селе Нижняя Чернавка Саратовской области, где Саша Евсеев родился осенью 1928 года. Но по-настоящему родным краем для мальчика стала солнечная Туркмения, куда семья переехала на рубеже двадцатых и тридцатых годов. Жизнь Саши с самого детства оказалась связана с армией. Уже в 1933 году пятилетнего мальчишку приняли воспитанником в пограничную комендатуру города Кушки. А с октября 1941 года он стал «сыном полка» в одной из артиллерийских частей Красной Армии...

Воспоминания Мальвины Васильевны Савчук о годах, проведённых в нацистском лагере, обладают поразительной детальностью. Многое из прошлого стёрлось, потеряло чёткие очертания, но эти картины врезались в сознание навсегда — со всеми запахами, звуками и оттенками пережитого страха. Её история начинается в деревне Моргойцы Сенненского района. Тринадцатилетней девочкой она встретила войну в Дубровно, успев окончить там шесть классов. Мир рухнул в одночасье — под грохот разрывов и нарастающий гул приближающейся с неба беды...

Ветеран Василий Антонович Лаптев часто сожалел об этом впоследствии: «Жаль, что я не записывал то, что довелось повидать на войне. Сейчас бы больше рассказал. Многое уже стёрлось из памяти» Родился он в самом конце 1926 года, 30 декабря, в омской деревне Малая Тава. Обычная для того времени биография: школа, потом курсы трактористов в Усть-Ишиме, работа на земле. Мирная, хоть и нелёгкая жизнь сельского парня. Но она была разорвана войной. Ещё до того, как самому взять в руки оружие, Василий узнал цену потерь...

В самом сердце Грузии, в солнечном Тбилиси, жил юноша по имени Шота Гамцемлидзе. Он родился здесь, в 1921 году, среди древних улиц и добрых сердец. Отсюда, в ноябре 1941-го, он ушёл на фронт, как и тысячи его сверстников. Его боевой путь пролёг через огонь и стужу — от волжских берегов до самой Восточной Пруссии. Он стоял насмерть в Сталинграде, освобождал Смоленск и Минск, шёл по дорогам Литвы. Медаль «За отвагу» на его гимнастёрке говорила о многом. К январю 1945 года гвардии младший сержант Гамцемлидзе...

В середине мая 1945 года, когда над поверженным Берлином уже отгремели салюты Победы, маршал Георгий Жуков вызвал к себе генерала Николая Трусова, начальника разведки 1-го Белорусского фронта. Разговор был коротким и предельно ясным. — Николай Михайлович, — сказал Жуков, — Верховный Главнокомандующий утвердил вас представителем советской стороны для ареста правительства гросс-адмирала Деница. Вам нужно сформировать группу из двадцати пяти офицеров и выехать во Фленсбург. Завтра из Москвы прибудут сотрудники НКГБ, включите их в команду...

Весной 1942 года в камерах рижского гестапо оказались самые активные участники антифашистского сопротивления. На улицах наступило затишье. Однако оно оказалось обманчивым. Уже с началом лета в оккупированной Риге вновь зашептались о подпольщиках. Появились сообщения о смелых диверсиях, выстрелах в захватчиков из темноты, о таинственных людях в немецкой форме, наносивших удары и растворявшихся в городской толпе. В сердце так называемого «Остланда» вновь запахло настоящей опасностью. Чувство тревоги быстро передалось оккупационным властям...

Мария Ивановна Нечаева родилась в 1923 году в деревне Скоросоово Краснохолмского района Тверской области. Декабрь 1942-го — её призвали на фронт через местный военкомат. Девушке было девятнадцать. В 647-м артиллерийском полку 229-й стрелковой Одерской дивизии Мария стала топографом. Работа выглядела технической: ползти вдоль передовой, наносить на карту всё, что нужно артиллеристам и командирам для успешного боя. Каждую складку рельефа, каждый ориентир, каждую деталь местности. Вот и всё, казалось бы...

Среди двух десятков наград на кителе полковника Николая Терентьевича Заборовского медаль «За оборону Сталинграда» всегда притягивала взгляд. Сам ветеран, вспоминая войну, говорил, что самые суровые испытания выпали на его долю именно там, на волжских берегах. Там горело всё: земля, камень, небо. — Наш штрафной батальон получил приказ: держать станцию Котлубань. Нельзя было позволить немцам перерезать железную дорогу — артерию, ведущую к городу. За этот, казалось бы, неприметный посёлок схватки шли непрерывно и с огромным напряжением сил...

Прошли десятилетья с того дня, когда отгремели последние залпы Великой Отечественной. Казалось бы, все её страницы давно изучены историками, все подвиги воспеты. Но война — штука сложная и огромная, в ней всегда остаются малоизвестные эпизоды, которые ждут своего рассказчика. Один из таких сюжетов — практически детективная история о попытке советской военной разведки захватить Адольфа Гитлера в самом конце войны, в огненном вихре Берлинской наступательной операции. Об этой миссии известно не так много...

На правом берегу Западной Двины в Полоцке стоит монумент, открытый в 1989 году. Он давно стал одним из тех образов, в котором живёт память о мужестве и героизме советских солдат в годы Великой Отечественной войны. Бронзовая группа красноармейцев, застывшая в момент решительной атаки, стела, где высечены имена, и журавли, устремлённые в небесную высь, будто уносящие с собой души павших… Этот памятник рассказывает о страшном бое, разыгравшемся здесь летом 1944-го. Тогда до полного освобождения Беларуси оставались считаные недели...

Этот рассказ (литературная обработка) тех, кто добровольно пошел на службу к нацистской Германии. Отрывок из воспоминаний арбайтсфюрера Пауля Борна (Имперская служба труда, RAD) раскрывает мрачную роль карателей в оккупационном режиме на советских территориях. Это живое свидетельство о предателях, ставших частью немецкой машины террора. Мы жили этими мыслями постоянно. Они не оставляли нас, а с наступлением вечера мы неизменно собирались в казармах полевой жандармерии. Там, в тесном кругу проверенных людей, наконец можно было говорить открыто, высказывать то, что не давало покоя каждому...

Она родилась в 1910 году на Урале, в небольшом заводском городке Касли. Анна Кванскова. Её жизнь до войны складывалась, как у многих советских женщин её поколения: работа, семья, двое детей, членство в партии с 1931 года. Но война перечеркнула привычный мир. В марте 1943-го, когда страна собирала все силы для решающих битв, в Свердловске формировался легендарный 30-й Уральский добровольческий танковый корпус, позднее ставший 10-м гвардейским. И Анна, как и тысячи других уральцев, ушла на фронт добровольцем...