Каширин дед души не чаял во внучке, она заменила ему умершую дочь. Единственное, что его тревожило, и не давало житья, это совесть. Он не мог простить себе, что не рассказал Мефодию о дочери. Ведь зять так и умер не узнав, что дочь его нашлась. Свою неспокойную совесть он утешал, тем, что всячески баловал Наташу. Ефимовна души не чаяла в девчонке. Спокойная девочка почти не доставляла хлопот своей старой няньке. Иногда, Ефимовна засыпала в саду на свежем воздухе, тогда старую няньку сменяла Апполинария Карповна. Она крутилась черной кошкой подле девочки и глаз с нее не спускала.
Старуха потом исчезала на три-четыре дня, она поселилась в уцелевшем крыле Елагинской усадьбы. Слуги после того как похоронили хозяина, и получив расчет от Николая Яновича Каширина, покинули усадьбу. Остался только сторож. Но и он долго не продержался там. Стали в усадьбе твориться неспокойные дела. Несколько раз, сторож, замечал как в доме светятся окна и кто-то бродит по комнатам. Но он испугавшись чертовщины в дом не пошел, а на утро попросил расчет. Еще несколько сторожей сменяли друг друга. Тогда Каширин решил заколотить двери и окна в доме. Люди судачили, что в усадьбе завелось привидение. Николай Янович конечно не верил в эти байки, вот на них и понадеялся. Раз люди боятся привидений, значит сюда не сунутся. Так и стояла усадьба заброшенная. Некоторые судачили, что лично видели, как по усадьбе бродило привидение все в черном. Оно ходило не только по дому, но и по саду. Теперь люди стали обходить десятой дорогой страшную усадьбу.
А усадьба тем временем приходила в сильную ветхость. Дом умирал с каждым днем. Когда-то красивая штукатурка облезла и просматривались некрасивые пятна старого кирпича. Плющ радовавший глаз своей красивой буйной зеленью, теперь висел сухими плетьми, сад умирал, деревья стояли сухие и страшные, как люди вдруг превратившись в уродливую корягу.
Прошло три года после страшной беды и пожара. Девочка подрастала. Это была смышлёная, умненькая маленькая леди, ей шел четвертый годок. Дед Каширин душу отдавал внучке, все прихоти выполнял. Однажды, девочка запретила себя называть Наташей.
-- Не называй меня так, -- сказала она Ефимовне.
-- Ой, Господи, царица небесная, а как же тебя называть? -- Всплеснула руками Ефимовна.
-- Ядвигой меня зови, поняла? -- Скомандовала девочка, и фыркнув отвернулась.
-- Да какая же ты Ядвига? Ты Наташа, и дедушка зовет тебя так, и я и все слуги.
-- А теперь я Ядвига, поняла? -- Кошка лежащая на коврике довольно сверкнула глазами.
-- Не будешь меня так называть, превращу тебя в жабу. -- Крикнула девочка.
-- Да, господь с тобой, Ядвига так Ядвига, -- согласилась старая нянька. Вот с тех пор и стали все называть ее Елагина Ядвига.
А Елагина Ядвига подрастала, становилась все красивее, в деда пошла и норовом, такая же вспыльчивая с восточными, как и дед кровями. Тонкий стан, лебединая стать, и жуткий своенравный характер. Вот такой стала дочь Мефодия и Лидии Елагиных. Дед Каширин не замечал вздорности Ядвиги. Очень любил внучку. Старая нянька Ефимовна, только головой качала. Ее выселили из детской комнаты, и она вернулась в свою старенькую комнатку. Теперь с Ядвигой жила Апполинария Карповна. Ее никто не видел, она приходила в виде кошки и обернувшись в старуху все ночи проводила с внучкой. Вот ее то она и обучала. Ядвига была, как губка впитывающая знания, которые передавала ей старуха. Очень конечно им мешала Ефимовна. Она по старой памяти ходила, и проверяла как девочка легла спать. Но подойдя к двери она не могла ее открыть.
-- Ядвига, открой, -- стучала старушка.
-- Чего тебе? -- Девчонка со злостью отвечала, а бабка ее Апполинария Карповна стояла и довольно кивала головой.
-- Правильно внученька, так их так.
-- Уходи, не мешай мне спать. -- Старушка Ефимовна, потоптавшись подле двери, тихо шла к себе в комнату.
-- До чего же злая девочка стала, а ведь росла и в любви в ласке. Совсем на Лидушку непохожа, та добрая была, ласковая, -- размышляла старушка, вытирая, слезу.
Апполинария Карповна полностью взялась за воспитание Ядвиги. Передавала свои знания, как ворожить, как делать порчи, как вызывать в помощники черта.
-- Вот девчонка родилась, ничего не боится, не чета отцу. Тот слабый был, всего боялся, а эта огонь, -- с любовью думала старуха поглядывая на Ядвигу.
Когда Ядвиге исполнилось шестнадцать годков, вот тогда Апполинария Карповна все, просчитав, решила извести старого деда Каширина. Мешал он старухе, ой как мешал...
Продолжение следует...
Спасибо что прочитали историю до конца
Кому понравилась история Ставьте лайки Пишите комментарии Подписывайтесь на канал