Найти тему

Верховный Суд РФ о двойной ответственности работника и юридического лица за одно и то же правонарушение

Оглавление

"Если что-нибудь может пойти не так, оно пойдёт не так" - гласит шутливый философский принцип, именуемый Законом Мёрфи.

Хоть принцип и шутливый, но в практике опытного юриста это постулат, на котором строится любая позиция по судебному спору, любой договор, правовой акт и прочее. Это основа юридической практики. Ты всегда вынужден предполагать не только тот вариант развития событий, когда всё идет как надо, но и массу вариантов, в которых будет не так как надо.

Почему я вдруг вспомнил про Закон Мёрфи? Совсем недавно Верховный Суд РФ вынес судебное постановление, которое очень наглядно демонстрирует действие Закона Мёрфи.

Итак, Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда РФ 30 августа 2023 года вынесла Определение № 309-ЭС23-7490 по делу № А34-4994/2022, в котором выяснила, были ли у административного органа основания штрафовать юридическое лицо за совершение правонарушения, за которое работник данной организации уже привлечен к административной ответственности.

Кратко о сути спора.

За представление статистических форм с нарушением установленного срока таможней в отношении Общества был составлен протокол об административном правонарушении и вынесено постановление о привлечении Общества к административной ответственности в по ч. 1 ст. 19.7.13 КоАП РФ в виде штрафа в размере 20 тыс. руб.

Общество обратилось в суд с заявлением к Таможне о признании незаконным и отмене постановления о привлечении Общества к административной ответственности.

  1. И суд первой инстанции, хоть и пришел к выводу о наличии в действиях Общества состава вмененного ему правонарушения, однако, исходя из положений ч. 4 ст. 2.1 КоАП РФ, суд счел невозможным привлечение Общества к административной ответственности, поскольку за совершение этого же правонарушения к административной ответственности по ч. 1 ст. 19.7.13 КоАП РФ было привлечено должностное лицо общества – его генеральный директор и единственный работник.
  2. Суд апелляционной инстанции отменил решение первой инстанции, отказав в удовлетворении требований. Исходя из всё той же ч. 4 ст. 2.1 КоАП РФ, апелляция установила, что Обществом не были приняты все зависящие от него меры по соблюдению правил и норм, за нарушение которых установлена административная ответственность, при наличии у него возможности для их соблюдения. В связи с этим у административного органа были основания для привлечения Общества к административной ответственности, сочла апелляция.
  3. Суд округа посчитал позицию суда апелляционной инстанции ошибочной, отменил апелляционное определение и оставил в силе решение первой инстанции.
  4. Дело дошло до Экономколлегии ВС РФ, которая отменила постановление суда округа, оставив в силе судебный акт апелляционной инстанции.

Коллегия ВС РФ в своем постановлении пояснила, что ч. 4 ст. 2.1 КоАП РФ, введенная Федеральным законом от 26 марта 2022 г. № 70-ФЗ, предусматривает, что юридическое лицо не подлежит административной ответственности за совершение административного правонарушения, за которое должностное лицо или иной работник данного юридического лица привлечены к административной ответственности либо его единоличный исполнительный орган, имеющий статус юридического лица, привлечен к административной ответственности. При этом важным условием является принятие таким юридическим лицом всех предусмотренных законодательством РФ мер для соблюдения правил и норм, за нарушение которых предусмотрена административная ответственность.

При этом Экономколлегия подчеркнула, что, исходя из ряда актов КС РФ, в том числе Постановления от 14 апреля 2020 г. № 17-П, Определения от 25 марта 2021 г. № 560-О, вина юридического лица в совершении административного правонарушения не тождественна вине соответствующего физического лица. Кроме того, в Постановлении от 21 июля 2021 г. № 39-П отмечается, что в отношении юридических лиц как субъектов административной ответственности КоАП РФ содержит специальную оговорку, согласно которой юридическое лицо признается виновным в совершении правонарушения, если будет установлено, что у него имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых предусмотрена административная ответственность, но данным лицом не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению.

Так же Верховный Суд сослался на п. 16 Постановления Пленума ВАС РФ от 2 июня 2004 г. № 10, что выяснение виновности лица в совершении административного правонарушения осуществляется на основании данных, зафиксированных в протоколе об административном правонарушении, объяснений лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, в том числе об отсутствии возможности для соблюдения соответствующих правил и норм, о принятии всех зависящих от него мер по их соблюдению, а также на основании иных доказательств, предусмотренных ч. 2 ст. 26.2 КоАП РФ.

Краткое резюме

Мы видим от четырех разных судебных инстанций два противоположных (а по сути 3 разных) толкования одной и той же нормы - части 4 статьи 2.1 КоАП РФ, которая введена Федеральным законом от 26.03.2022 N 70-ФЗ

Мы видим ссылки Верховного Суда на постановления Конституционного Суда от 2020 и 2021 года. Напомню, что ч. 4 ст. 2.1 КоАП РФ введена законом от 26.03.2022 N 70-ФЗ.

Видим частично процитированный Верховным судом п. 16 Постановления Пленума ВАС РФ от 2 июня 2004 г. № 10.

И еще один момент уже из апелляционного определения, которое Экономколлегия ВС РФ оставила в силе и признала правильным:

"Суд апелляционной инстанции не может согласиться с указанной позицией суда первой инстанции, поскольку такая позиция противоречит выводам этого же суда о доказанности материалами дела вины общества в совершении вмененного ему правонарушения, поскольку в силу части 2 статьи 2.1 КоАП РФ вина юридического лица как раз и заключается в непринятии им всех зависящих от него мер по соблюдению правил и норм, за нарушение которых установлена административная ответственность, при наличии у него возможности для их соблюдения."

Это очень странная ситуация, в которой предлагаю разобраться подробнее.

При этом сразу оговорю, что акты ВС РФ и апелляционной инстанции в этом деле мне кажутся крайне противоречивыми, а решение первой инстанции и кассационной - обоснованными и последовательными.

Такая позиция противоречит выводам этого же суда...

Напомню, первая инстанция пришла к выводу о наличии в действиях Общества состава правонарушения, однако, со ссылкой на ч. 4 ст. 2.1 КоАП РФ, суд счел невозможным привлечение Общества к административной ответственности.

Апелляционная инстанция обнаружила в этом противоречие. И ВС РФ её в этом поддержал.

Проще говоря: раз правонарушение в действиях Общества есть - то должна быть и ответственность Общества. Дескать, не может быть правонарушения без ответственности.

Но из ч. 2 и ч. 4 ст. 2.1 КоАП буквально следует, что юридическое лицо не подлежит административной ответственности за совершение административного правонарушения. То есть даже при наличии всех признаков состава правонарушения юридическое лицо не привлекается к административной ответственности, если выполняются соответствующие требования ч. 4 ст. 2.1 КоАП. Правонарушение есть, но ответственности нет - в этом нет противоречия, это буквально следует из закона.

Постановления КС РФ не к месту

Верховный Суд в рассматриваемом постановлении ссылался на постановления Конституционного Суда от 2020 и 2021 года. Конечно, я не хочу сказать, что они устарели, хоть и приняты до появления в КоАП той самой ч. 4 ст. 2.1 КоАП (2022 год).

В них Конституционный суд исходил из того правового регулирования, которое существовало на тот момент, и той редакции ст. 2.1, которая тогда существовала. По существу эти постановления не теряют актуальности и сейчас.

Но, на мой взгляд, есть более актуальные для данного дела. Например, в 2023 году Конституционный Суд РФ вынес Постановление от 27.03.2023 N 11-П "По делу о проверке конституционности части 2 статьи 2.1 и статьи 12.32 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в связи с жалобой государственного бюджетного учреждения города Москвы "Автомобильные дороги Зеленоградского административного округа".

Там КС РФ пришел к выводу, что:

"данные нормы по своему конституционно-правовому смыслу не предполагают привлечения юридического лица к административной ответственности, если при производстве по делу об административном правонарушении не было установлено, что юридическому лицу было известно о факте лишения соответствующего лица права управления транспортными средствами либо у него имелись весомые основания предполагать такой факт и им не были использованы доступные каждому и зависящие исключительно от него юридические возможности осуществить проверку действительности представленного удостоверения тракториста-машиниста (тракториста)".

Согласен с тем, что ч. 4 ст. 2.1 КоАП не была предметом рассмотрения КС РФ в этом деле 2023 года, и это определение мною сюда притянуто за уши. Но ч. 4 ст. 2.1 КоАП не была и не могла быть предметом рассмотрения в делах 2020 и 2021 года, но ВС РФ их упоминает в своем акте.

Юридическое лицо - это действия должностных лиц (работников)

Ссылаясь на определения КС РФ, Верховный Суд игнорирует неоднократно высказанную КС РФ позицию:

  • "совершение административного правонарушения юридическим лицом - это всегда действие (бездействие) действующих от его имени физических лиц"
  • "Вина юридического лица проявляется в виновном действии (бездействии) соответствующих физических лиц, действующих от его имени и допустивших правонарушение"
  • "виновность юридического лица так или иначе является следствием виновности его должностных лиц (работников), привлечение которых к административной или уголовной ответственности не освобождает - в силу прямого указания части 3 статьи 2.1 КоАП - от административной ответственности само юридическое лицо"
  • "Сказанное не исключает возможности дальнейшего совершенствования законодателем правового регулирования административной ответственности юридических лиц".

Напомню в связи с этим, что в рассматриваемом споре Общество состоит из единственного участника, который является единственным работником (директором).

Напомню и аргументацию суда первой инстанции:

В данном случае факты непредставления в срок сведений в отношении руководителя и в отношении юридического лица абсолютно ничем не отличаются ни по объективной стороне, ни по последствиям.
Сведений о том, что юридическое лицо имело возможность действовать, в том числе предварительно организуя надлежащим образом свою работу, через иное физическое лицо, кроме руководителя, не имеется, из материалов дела такая возможность не следует.

И напомню, что статья 2.1 КоАП изменилась с тех пор, когда были вынесены определения КС РФ, на которые в своем постановлении ссылается ВС РФ.

Законодатель услышал многократно повторенную КС РФ просьбу о "дальнейшем совершенствовании законодателем правового регулирования административной ответственности юридических лиц" и дополнил ст. 2.1 КоАП частями 4 и 5.

Выходит, суды первой и кассационной инстанции услышали законодателя и применили ч. 4 ст. 2.1 КоАП, а ВС РФ с апелляционной инстанцией будто застряли в 2021 году, где ч. 4 ст. 2.1 КоАП еще не существовало.

Кстати, о законодателе...

Теория права учит, что разъяснение (толкование) нормативных правовых актов осуществляется государственным органом, которым принят (издан) соответствующий акт.

Так почему бы не обратиться за толкованием к законодателю? (Хотя, Госдума не может толковать свои законы... нужно всем Федеральным Собранием в форме закона это делать).

Но мы же можем заглянуть в пакет документов, сопровождавших принятие Федерального закона "О внесении изменений в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" от 26.03.2022 N 70-ФЗ?

Можем. Вот карточка: Законопроект № 42172-8 "О внесении изменений в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" (в части совершенствования назначения административного наказания субъектам малого и среднего предпринимательства)

И вот в пояснительной записке объясняется необходимость принятия поправок:

Введение ограничения по одновременному привлечению к административной ответственности за одно и то же административное правонарушение юридического лица, являющегося социально-ориентированной некоммерческой организацией либо субъектом МСП, и его должностного лица и (или) иного работника.
В настоящее время в КоАП РФ (статья 2.1) реализуется принцип, согласно которому назначение административного наказания юридическому лицу не освобождает от административной ответственности за данное правонарушение виновное физическое лицо, равно как и привлечение к административной ответственности физического лица не освобождает от административной ответственности за данное правонарушение юридическое лицо.
В то же время такой подход не всегда учитывает объективную сторону административного правонарушения с точки зрения должной оценки противоправности конкретного деяния юридического лица или его должностного лица (прежде всего в формальных составах административных правонарушений), что на практике приводит к привлечению к административной ответственности невиновных лиц (в частности, юридического лица за отдельное нарушение его работником обязательного требования, связанное с несоблюдением таким работником своих должностных обязанностей).

Разве это не прекрасно? Это удивительно! Это редчайший случай, ведь:

  • То, о чем неоднократно спросил Конституционный Суд,
  • было изложено в пояснительной записке к законопроекту,
  • стало федеральным законом,
  • который арбитражные суды стали применять именно так, как задумывалось.

Но случилось определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ 30 августа 2023 года. Э-эх!

Это единичный случай, а не судебная практика

Напомню, что рассматриваемые судебные постановления приняты по конкретному делу, с конкретными лицами, обстоятельствами и доказательствами.

В апелляционном определении указано: "Поскольку, как указано выше, материалами дела подтверждены факты наличия у заявителя объективной возможности для соблюдения нормативных требований, регламентирующих срок представления статформ, и непринятия им всех возможных мер для соблюдения этих требований, оснований для применения положений части 4 статьи 2.1 КоАП РФ в рассматриваемой ситуации не имеется".

Мы с материалами этого дела не знакомы, а суд апелляционной инстанции знаком. Вполне возможно, в этом случае действительно были основания для привлечения Общества к ответственности наравне с должностным лицом.

Но, говоря о судебной практике, должен отметить, что она иначе относится к двойной ответственности работника и юридического лица за одно и то же правонарушение. При схожих обстоятельствах суды применяют положения части 4 статьи 2.1 КоАП РФ.

Вот блистательный лаконичный вывод из решения Арбитражного суда Пермского края по делу № А50-1270/23 от 13.03.2023 года:

При таких обстоятельствах, с учетом положений ч. 4 ст. 2.1 КоАП РФ Общество к административной ответственности привлечению не подлежит при отсутствии доказательств того, что действия (бездействие) юридического лица и должностного лица не тождественны.

БРАВО! Уважаемый суд, Вы в одном предложении убедительно уместили всё, что мне не удалось внятно объяснить во всей этой многословной заметке.

Вот еще один пример из постановления Девятого арбитражного апелляционного суда от 26 декабря 2022 года по делу № А40-113324/22 (устояло в АС Московского округа):

применительно к ч. 4 ст. 2.1. КоАП РФ административный орган не доказал, какие конкретные предусмотренные законодательством Российской Федерации меры для соблюдения правил и норм, за нарушение которых предусмотрена административная ответственность по ч. 1 ст. 6.11. Кодекса города Москвы об административных правонарушениях, общество не приняло. При изложенных обстоятельствах отсутствуют правовые основания для привлечения общества к административной ответственности.

Тут акцент на другой не менее важный аспект - на бремя доказывания.

В заключение

Должен заметить, что и до появления части 4 ст. 2.1 КоАП привлечение к административной ответственности одновременно работника и юридического лица за одно и то же правонарушение считалось неправильным.

Обычно на стадии проверки административные органы, установив состав правонарушения в действиях работника (должностного лица), запрашивали локальные акты организации и каждый раз, когда локальными актами организации были урегулированы обязанности работника-нарушителя, производство в отношении юридического лица либо прекращали, либо выносили предупреждение/предписание.

Были и такие случаи, когда по результатам проверки к ответственности за нарушение привлекали юридическое лицо, прекращая производство в отношении работника.

Безусловно, юридическое лицо должно принимать все зависящие от него меры по организации исполнения обязательных требований, должно урегулировать собственную деятельность (деятельность работников и должностных лиц) таким образом, чтобы избежать совершение правонарушений.

Но даже самое добросовестное и законопослушное юридическое лицо ограничено в своих возможностях, а упомянутый в самом начале заметки Закон Мёрфи беспощаден. Даже предприняв все доступные и зависящие от него юридические возможности, юридическое лицо не может гарантировать несовершение в будущем правонарушений его работником/должностным лицом.

  • Нарушение работника не тождественно нарушению юридического лица.
  • Нарушение юридического лица не тождественно нарушению работника.
  • Факт правонарушения сам по себе не означает, что юридическим лицом не были предприняты все зависящие от него меры.

Наверное, мне очень повезло, но все административные органы в моей практике придерживались вышеприведенных позиций. Поэтому мне не довелось оспаривать двойную ответственность работника и юридического лица за одно и то же правонарушение.

П.С. пару замечаний

Хочу обратить внимание на несогласованность части 2 и части 4 ст. 2.1 КоАП.

  • в ч. 2 ст. 2.1 КоАП говорится "Юридическое лицо признается виновным... если будет установлено, что у него имелась возможность..."
  • в ч. 4 ст. 2.1 КоАП говорится "Юридическое лицо не подлежит административной ответственности..., если таким юридическим лицом были приняты все предусмотренные законодательством Российской Федерации меры..."

Судя по части 2, бремя доказывания наличия той самой возможности лежит на административном органе. А вот из части 4 такое распределение бремени доказывания с такой очевидностью не следует. Возможно, необоснованная придирка с моей стороны.

И еще один момент - статус юридических лиц с одним единственным физическим лицом в своём составе, на мой взгляд, имеет очень спорное регулирование в КоАП РФ. Но это в двух словах не обсудить.

Очень надеюсь на Вашу критику в комментариях

Подписывайтесь на канал, если еще не подписаны
Ставьте "палец вверх", делитесь в соцсетях, оставляйте комментарии
Подписывайтесь на канал в Телеграме, чтобы не пропускать заметки
Найти меня можно на сайте: buro26.ru, если понадоблюсь