Замечательно изданный двухтомник писателя и публициста Якова Аркадьевича Гордина (р.1935) «Алексей Ермолов: Солдат и его империя" - это документальный исторический роман, который заставит нас на некоторые события российской истории взглянуть с другой стороны.
В школе нас учили, что кавказские народы, страдая от междоусобиц и вражды с Персией, сами попросились в состав российской империи. И тогда русские войска под предводительством генерала Ермолова начали победное завоевание Кавказа. Ну где-то так.
Сейчас многое в истории переосмысливается. И возникают вопросы.
Во-первых. Можно провести аналогию с историей славян. В своё время славянские княжества тоже страдали от междоусобиц, воевали между собой и зачастую для своих целей привлекали на свою сторону либо степных кочевников, либо татар. И наверняка мог бы найтись князёк, который обратился бы, к примеру, к немцам. Мол, примите нас в своё государство, а то мы страдаем со всех сторон: и междоусобицы, и татары, и половцы… Конечно, в междоусобных войнах хорошего мало, но всё же, может, стоило бы оставить за каждым народом право пройти свой собственный путь развития, как прошло его Российское государство?
Во-вторых. Кто просился под власть России? Кавказцы? Или всё-таки их князья, ханы и прочие правители, да и то не все? Разница есть.
В-третьих, если кавказцы так хотели под власть России, почему же их пришлось так долго завоёвывать? Явное противоречие.
Ну и в-четвёртых. Не много ли жестокости было применено по отношению к народам, которые никак не хотели железной рукой загоняться в счастливую жизнь?
Яков Гордин не даёт ответы на эти вопросы. Он их даже не ставит. Они сами возникают по мере прочтения исследования.
Генерал Ермолов считается героем русского народа. Кавказцы же придерживаются мнения совершенно противоположного. Для них Ермолов – как для нас хан Батый. Или Гитлер даже. Именно Ермолов стал зачинателем такой карательной меры, как переселение непокорных горцев в Сибирь и на Дальний Восток.
Цитата:
«Очевидно, Алексей Петрович и в самом деле не сознавал, какой психологической катастрофой является для горца любого социального статуса перемещение из традиционной среды в незнакомый, непонятный, враждебный и страшный мир — солдатом ли, унтер-офицером ли — совершенно неважно... Подобная практика не могла в обозримое время сломать традиционные представления горца, но гарантированно могла вызвать еще большее озлобление и ненависть».
Интересно, а горец Джугашвили сознавал последствия переселения кавказцев?
Сам же Ермолов почему-то считал, что горцы его уважают, потому что – цитата:
«Он таким образом рассчитывал установить прочный мир и привести горские народы к благоденствию под милосердной властью российского императора».
Сам образ Ермолова в исследовании тоже подан неоднозначно.
Исследование ценно тем, что основано на исторических источниках. Гордин много цитирует и самого Ермолова (особенно интересны его весьма нелицеприятные высказывания по поводу отдельных кавказских национальностей), и его соратников, и прочие документы той эпохи.
Этот материал ранее был размещён мною здесь.