Как меняется мир: недельный дайджест зарубежной прессы

В центре внимания — упадок морских держав и его последствия для мировой экономики и политики; особенности санкционной политики Запада и экономического партнёрства с Китаем в условиях подхода «снижения рисков»; необходимость скорейшего завершения военного конфликта между Россией и Украиной; дискуссии о том, входит ли поддержка Украины в число приоритетных задач для Запада; особенности развития исламизма и джихадизма во Франции; и политика защиты национальных языков в Северной Европе.

Мировая политика

Упадок талассократий (Адриан Вулдридж, Bloomberg)

Континентальные державы набирают силу, а морские – либо в упадке, либо замыкаются на себе

Это плохие новости для будущего свободной торговли и свободы

Морские державы, среди которых Британия и США, создали институциональную и интеллектуальную инфраструктуру либерального капитализма

Без талассократий не было бы свободной торговли и свободы от вмешательства государства в экономику

Сухопутные державы, напротив, шли к современности авторитарной дорогой, прибегая к войнам ради территориальных приобретений

Санкционная акробатика (Крис Миллер, The Economist)

Запад отказался от жёсткой риторики “отключения” от китайской экономики и переключился на политику снижения рисков

При дальнейшей конфронтации США рискуют потерять Европу, которая не хочет обрывать торговые связи с Китаем

Западу не удастся обойтись минимальными потерями при снижении рисков и более осторожном подходе к экономическому партнерству с Китаем

Пекин прикладывает собственные усилия, чтобы снизить зависимость от западных производственных технологий, одновременно пытаясь сделать Запад более зависимым от китайской продукции

При таком курсе дальнейшая эскалация неизбежна

Россия и Украина

Чем дольше, тем хуже (Джордж Биб, Responsible Statecraft)

Демографическая ситуация на Украине просто катастрофическая – учёные-демографы оценивают текущую численность населения Украины меньше, чем в 30 миллионов человек

Чем дольше длится конфликт, тем больше пахотной земли будет заминировано и, чтобы оправиться от урона, нанесенного боевыми действиями, потребуются десятки лет

Чем дольше длится конфликт, тем хуже будут обстоять дела с гражданскими свободами и демократией в Украине

Чтобы остановить катастрофу, самое важное, что надо сделать – завершить боевые действия

Американские политики делают всё возможное, чтобы восстановление Украины стало маловероятным.

Любовь к националистическим клептократиям до добра не доведёт (Джеймс У. Карден, The American Conservative)

Если бы США не пообещали Украине и Грузии членства в НАТО, то все могло бы обойтись

Благодаря усилиям некоторых американских политиков наши национальные интересы стали восприниматься, как неотделимые от благополучия этнонационалистической клептократии

Многие из этих людей политиков – недавние иммигранты

Те, кто ответственен за развязывание этого разрушительного конфликта на Западе, не понесут никакого наказания

Разное

Франция – источник зла (Лиам Даффи, The New Statesman)

Франция оказалась затронута джихадизмом в гораздо большей степени, чем любое другое европейское государство

В отличие от мусульман из других стран Европы, многие французские исламисты видят во Франции источник зла, греха и разврата, и желают ей полного уничтожения

Франция является страной, которая воплощает в себе всё, что они ненавидят: это родина идей Просвещения и секуляризма

Привлекательность джихадизма среди французских мусульман объясняется социально-экономической маргинализацией и строгими требованиями лаицизма

Языковой протекционизм (The Economist)

Некоторые жители Нидерландов и скандинавских стран задумываются о том, какое место будут занимать их национальные языки, если их ведущие университеты преподают исключительно на английском

Обеспокоенность языковой ситуацией вытекает из экономических проблем, связанных с тем, что английский язык дает возможность после учебы покинуть страну и искать работу в другом месте

В некоторых странах поддержка иностранных студентов (которым надо, например, предоставлять жилье) становится тяжелым бременем для государства

Северная Европа начинает понимать, что свои языки тоже надо развивать.