Вряд ли можно найти в истории более яркий пример того, как человек, которому судьба предоставила прекрасные возможности просто по праву рождения, столь бездарно распорядился своей жизнью.
Сергею Трубецкому не везло ни в любви, ни на войне, ни в картах, ни в карьере. Однако повинен в этом был вовсе не злой рок: князь Трубецкой – молодой повеса, дуэлянт, типичный представитель светской аристократической молодёжи – не отказывал себе в разного рода «шалостях» и мало задумывался о последствиях.
Начиналось всё с засад в женских купальнях, которые устраивали шальные кавалергарды, а закончилось похищением чужой жены, арестом, судом и лишением всех чинов, наград и княжеского титула. «…Никакая мерзость со стороны князя Трубецкого меня не удивляет», – пренебрежительно отозвался об этом инциденте цесаревич Александр Николаевич.
Однако обо всём по порядку.
Сергей Васильевич Трубецкой появился на свет в семье генерала от кавалерии, генерал-адъютанта, сенатора, члена Государственного совета Василия Сергеевича Трубецкого и дочери виленского полицеймейстера, фрейлины императорского двора Софьи Андреевны Вейс. Князь Трубецкой-старший за храбрость, проявленную в боях, был удостоен ордена Св. Анны 1-ой степени и золотой шпаги, украшенной алмазами. Он был человеком деятельным и пользовался при дворе всеобщим уважением.
Княгиня Трубецкая, по воспоминаниям современницы, была «приятной особой, умной, красивой, с прелестным характером, с оживлённою беседою. Будучи матерью многочисленного семейства, она казалась даже красивее очаровательных детей, окружавших её».
Детей у Василия Сергеевича и Софьи Андреевны родилось одиннадцать: пятеро сыновей, из которых Сергей был вторым по старшинству, и шесть дочерей.
Юный крестник императрицы Марии Фёдоровны и великого князя Николая Павловича с младых лет был записан в камер-пажи, а в семнадцать лет стал корнетом Кавалергардского полка, однако в нём не задержался, будучи уличён в первой проказе. Запись об этом появилась в штрафном журнале 14 августа 1834 года: «…11 числа сего месяца, узнав, что графиня Бобринская с гостями должны были гулять на лодках по Большой Неве и Чёрной речке, вознамерились в шутку ехать им навстречу с зажжёнными факелами и пустым гробом.»
За эту проделку, совершенную Трубецким вместе с штаб-ротмистром Коротковым, молодой озорник был отправлен в лейб-гвардии Гродненский гусарский полк, однако впоследствии возвращён в кавалергарды.
Наказание за проступок было очень мягким, выводов князь для себя не сделал и продолжил дерзкие выходки в шумной компании разудалых товарищей. Засады в женских купальнях и в палисаднике хорошенькой дачки, где братия, притаившись под окнами с предусмотрительно снятыми ставнями, наблюдала за вечерним туалетом и приготовлениями ко сну известной итальянской певицы сошли им с рук, однако очередная шалость переполнила чашу терпения полковых командиров.
Скандал случился, когда графиня Юлия Павловна Самойлова в своём имении Славянка устроила на потеху кавалергардам состязание между крестьянками: привязав к вершине шеста сарафан и повойник (женский головной платок), она заявила, что приз достанется той, которая снимет их оттуда.
Сергей Трубецкой был арестован, уволен из кавалергардов и выслан из Петербурга. На карьере можно было поставить крест.
Два года службы в Орденском кирасирском полку несколько охладили буйную голову и Трубецкому даже позволили вернуться в Петербург, куда он был переведён корнетом в лейб-гвардии Кирасирский Его Величества полк, но тут наш незадачливый князь сделался центральной фигурой нового скандала: его насильно женили.
Невеста – фаворитка императора Николая I фрейлина Екатерина Мусина-Пушкина шла под венец на внушительном сроке беременности, и аристократические гостиные гудели и полнились слухами и пересудами о том, кто является отцом ребёнка: Его Императорское Величество или сам участник торжества. Поскольку «главная павловская красавица», как называли Мусину-Пушкину, была столь же легкомысленна, сколь и обворожительна, общество допускало оба варианта. Фрейлина двора, хозяйка литературного салона Софья Николаевна Карамзина и вовсе не стеснялась в выражениях: «Катрин пошла, глупа, как мало женщин на земле. Ни зёрнышка здравого смысла в голове и никаких принципов поведения в сердце. Тот, кто женится на ней, будет отъявленным болваном».
Московский почт-директор, дипломат Александр Яковлевич Булгаков, который был всегда и обо всём хорошо осведомлён, писал брату: «Весь Петербург теперь только занят обрюхатевшею фрейлиной Пушкиной. Государь всегда велик во всех случаях. Узнавши, кто сделал брюхо, а именно князь Трубецкой, молодой повеса, он их повелел обвенчать и объявил, что она год, как тайно обвенчана... Экой срам!»
При дворе считалось хорошим тоном выдавать замуж отставных фавориток, и довольны оказывались обе стороны: экс-возлюбленная государя занимала в обществе приличествующее ей положение, а кандидат, выбранный на роль мужа – обычно дворянин из родовитой, но небогатой фамилии – отныне мог рассчитывать на высочайшее покровительство. Однако князь Трубецкой счёл подобную роль оскорбительной для себя, тем более что злые языки долго потешались над беднягой, без устали упражняясь в остроумии.
Читайте также:💔
Вскоре после рождения дочери Софии супруги окончательно разъехались: Екатерина Петровна укатила за границу, а Сергей Васильевич был командирован на Кавказ – такова была участь несговорчивых мужей бывших пассий императора, посмевших не оценить по достоинству оказанную им «честь».
В составе Гребенского казачьего полка участвовал в сражении с войсками имама Шамиля на реке Валерик вместе с Михаилом Лермонтовым, получил ранение в грудь. Несмотря на проявленную храбрость имена обоих были вычеркнуты императором из наградных списков. Опальный князь Трубецкой и здесь остался верен себе: проявив крайнюю неосмотрительность, он явился в Петербург чтобы попрощаться с умирающим отцом, не дождавшись разрешения на отпуск – хотя неоднократно подавал прошение. В результате высочайшим повелением был отправлен под домашний арест «не смея ни под каким предлогом никуда отлучаться». Ещё не вполне оправившись от ран, Сергей Васильевич вернулся на Кавказ. Через месяц он выступил секундантом на роковой дуэли Лермонтова с Мартыновым – понимая, что сильно рискует и подобный шаг может иметь для него крайне неблагоприятные последствия. Спасло Трубецкого только то, что на следственном разбирательстве друзья скрыли факт его участия в дуэли.
В марте 1843 года двадцативосьмилетний Сергей Трубецкой в чине штабс-капитана вышел в отставку.
Тут бы ему остепениться, но не таков был наш Сергей Васильевич.
Продолжение читайте в статье
Вас может заинтересовать:
Ранее:
✅©ГалопомПоЕвропам
До встречи на канале!