В ноябре 1834 года на свет появился первый ребенок из 11 детей князя Сергея Алексеевича Долгорукова и его жены Марии Александровны. Дочь супруги назвали Александрой и крестили через 2 дня после рождения при восприемстве императрицы Александры Федоровны и ее сына цесаревича Александра Николаевича.
«В старом Нарышкинском доме на Дворцовой набережной, на углу Мошкова переулка и как бы придавленном дворцом Вел. Кн. Михаила Николаевича, жило целое семейство Долгоруковых. Они переселились когда-то из Москвы, но московского в них ничего не осталось, они отреклись от первопрестольной. В Петербурге они процвели и были «в силе». Граф Сергей Дмитриевич Шереметев
В 1853 году в возрасте 18 лет Александра Сергеевна стала фрейлиной цесаревны Марии Александровны, жены цесаревича Александра Николаевича. Современники говорили о том, что Долгорукая вздохнула полной грудью и избавилась от гнета своей семьи, когда поступила на службу к императорскому двору. Ее хорошая подруга Анна Федоровна Тютчева говорила:
«Рассказывали, что она всегда была предметом ненависти со стороны своей матери, которая так её била, что развила в ней болезнь, похожую на падучую. Она впадала в состояние столбняка, продолжавшееся иногда целые часы».
«она была изумительно одарена, совершенно бегло, с редким совершенством говорила на пяти или шести языках, много читала, была очень образованна и умела пользоваться тонкостью своего ума без малейшей тени педантизма или надуманности, жонглируя мыслями и особенно парадоксами с легкой грацией фокусника».
«На первый взгляд эта девушка, высокого роста, худая, развинченная, несколько сутуловатая, с свинцово-бледным лицом, бесцветными и стеклянными глазами, смотревшими из-под тяжелых век, производила впечатление отталкивающего безобразия. Но как только она оживлялась под влиянием разговора, танцев или игры, во всем её существе происходило полнейшее превращение. Гибкий стан выпрямлялся, движения округлялись и приобретали великолепную, чисто кошачью грацию молодого тигра, лицо вспыхивало нежным румянцем, взгляд и улыбка приобретали тысячу нежных чар, лукавых и вкрадчивых. Все её существо проникалось неуловимым и поистине таинственным обаянием, которое подчиняло себе не только мужчин, но и женщин, как ни мало чувствительны они, вообще говоря, к красоте лиц своего пола». Характер Долгоруковой представлялся ей как «один из самых сложных и самых непонятных характеров, какие мне пришлось встретить в течение всей моей жизни».
Спустя некоторое время после юная фрейлина Александра обратила на себя внимание цесаревича Александра Николаевича. Подтвержденных фактов о романе фрейлины и наследника престола нет, но при этом фрейлина Тютчева говорила:
«Она не отказывает себе в удовольствии слегка пококетничать с великим князем, и об этом много говорят при дворе. Я думаю, что в этой игре есть много ребячества, а может быть, и желание подразнить и скандализировать лиц, недоброжелательный надзор которых она чувствовала над собой, так как вызывающее отношение к общественному мнению у неё в натуре».
«Известно её положение при дворе, хотя оно было не совсем таково, каким многие считали. Это — не княгиня Юрьевская, и сравнение невозможно. Умная, вкрадчивая, проницательная и властная, она владела волею и сердцем Самодержца, но не в ущерб приличию и порядочности. Она фрейлина большого двора и из публики нередко составляет обычную партию Государя». Как бы отвечал Тютчевой граф Шереметев
В 1862 году всяческие отношения с императором у фрейлины прекратились и Александра Сергеевна вышла замуж за генерала Петра Павловича Альбединского. Союз этих мужчины и женщины оказался довольно удачным. Один за другим у них родилось трое детей: Мария (1863), Ольга (1865) и Александр (1868). Современники говорили о том, что Петр полностью покорился своей властной жене.
«она подавляла его своим нравственным превосходством, твердостью своих хотя зачастую странных, но тем не менее достойных уважения принципов; если бы она хотя на минуту усомнилась в благородстве своего мужа, то не задумалась бы отвернуться от него. Но Петр Павлович устранял всякую возможность подобных сомнений с её стороны. Он играл на ней, как играет Рубинштейн на фортепиано, и достиг того, что казался в её глазах образцом добродетели».
В 1866 году супруги Альбединские переехали в Варшаву, куда Петра Павловича назначили генерал-губернатором. Поляки приняли радушно новую губернаторшу, хотя обычно недолюбливали русских сановников. На новом месте жительства мадам Альбединская царствовала, как истинная королева.
В 1883 году Петр Павлович скончался после неудачно перенесенной операции на почках. Вдова Альбединская вынуждена была вернуться в Петербург, где жила на пенсию, которую ей назначила царская семья. В начале 20-го века Александра Сергеевна переехала в Европу и в августе 1913 года скончалась в Каннах.