Из серии "заметки из жизни"
Месяц назад меня укусила муха-абьюзер. Жены дома не было, а жуткий беспорядок ― был. Я видел его во всём: в невымытой кружке, в пятне на холодильнике, в скопившемся грязном белье, в шарике пыли за диваном. По моим меркам это был беспорядок, по масштабам сравнимый с тем, что оставляет после себя цунами.
― Гуляет она, видите ли, где-то, пока дома такой срач! ― жаловался я невидимым зрителям, а те меня, разумеется, поддерживали:
― Да-да, бессовестная! Ну и хозяйку ты себе выбрал!
В порыве гнева я схватил метлу и начал раздражённо ею махать. Со всей квартиры у меня получилось полсовка ― безобразие! Затем настала очередь кружки. Вылил на неё целый литр моющего средства ― пусть знает, что посуда может быть белоснежной!
Тряпочкой влажной прошёлся по всем уголкам, поменял наполнитель в лотке для кошки и загрузил по полной стиральную машинку. ЧСВ лилось через край и грозило затопить паспортный стол снизу.
Прошёл непростительно долгий час. Заходит. Не заметила. Хожу, всем своим видом источаю токсичность, показательно ещё раз прохожу тряпочкой по вымытому, пью перед лицом супруги из чистой кружки, которую она с утра в раковине оставила. Бесполезно. Не замечает перемен.
Сел, расстроенный, на диван. Чувствую, что пристыдить не получается. И тут, слышу заветное:
―Ты мой свитер красный не видел?
Вот он, момент триумфа! Горделивой походкой, расправив плечи, подхожу и голосом таким важным, что сразу хочется половой тряпкой по лицу заехать, произношу:
― Постирал.
― В смысле — постирал?
― В прямом. Ты же только копить одежду умеешь, вот я и решил не дожидаться, пока руки у тебя дойдут.
Видели бы вы меня. Я чувствовал себя меценатом, засеявшим брошенные поля пшеном; чувствовал себя энтузиастом, очистившим океан от пластика и отмывшим всех тюленей от разлившейся у его берегов нефти. Я был… Я был…
― Ты дурак? Блин, Саш, прости, пожалуйста, но ты зачем шерстяной свитер стираешь на «хлопке»?! Его же нельзя в горячей воде! Это ведь был мой любимый свитер! Мне его мама связала!
Вся моя значимость быстро улетучилась в вытяжку. Я пытался оправдаться, снова прибегал к обвинениям, напомнил о кружке, мычал что-то о необходимости порядка. Спросил у невидимых зрителей:
― Разве я не прав? Я же хотел как лучше.
― Дурак ты! ― отворачивались они все как один.
― Да я как лучше хотел!!!
― Да кто тебя просил? Я же собиралась всё шерстяное разом постирать потом!
Дальше были слёзы, тяжёлое и длинное, как полярная ночь, молчание, извинения, уговоры, угрозы. Жена дважды сходила в магазин за хлебом и оба раза вернулась без него, но с вином.
По итогу злополучный свитер мог надеть только карлик или гном с очень длинными руками.
Свитер мы, разумеется, выбросили. Но его нитки до сих вылезают из барабана стиралки, как напоминание мне о собственной тупости и неоправданной инициативе. Однажды у нас будет очень серьёзная ссора, которая расставит все точки, а пока я проигрываю в накоплении материала для собственного обеления.
Не будьте как я ― гоните этих проклятых мух прочь.
Александр Райн
П.С я давно хотел начать выкладывать заметки из жизни на дзене, но все не решался. Жду обратной связи 😊