Слово «гильдия» заимствовано из европейских языков, что само по себе закрывает вопрос о времени появлении гильдий в России. Разумеется, это петровская эпоха. Однако, в Европе «гильдией» именовался цех, — объединение ремесленников определённой специальности, одновременно и защищавшее их интересы, и регулировавшее деятельность. Купцы, — а применительно к российским реалиям, слово «гильдия» неотделимо от другого — «купеческая» — на гильдии не делились.
Но, во-первых, о гильдиях. Их изначально их было две, и принадлежность купца к одной из них, — к первой или второй, — определялось размерами капитала. И определяла, в свою очередь, права и обязанности. Купцы первой гильдии, самые богатые, в Петровской России отвечали современным представлениям об олигархах. Они неформально приравнивались к высшей, титулованной знати, допускались к международной торговле и сулящим сверхприбыли мегапроектам, подобным промышленной колонизации Урала, — но лишь пока исполняли приказы царя, как если бы являлись генералами.
Вторая же гильдия представляла собой буржуазию as is. Однако, для понимания, что и они являются лишь квазидворянами на государевой — экономической — службе, купцам также полагалось в официальных случаях носить мундир, но стилизованный под традиционный русский костюм XVII века. И не со шпагой, а с саблей.
...Таким образом, купеческие гильдии в российском понимании не могли появиться нигде в мире, и даже на Руси до Петра, ввиду отсутствия соответствующего понимания общественных функций крупного бизнеса. Интереснее, однако, гильдия третья, введённая уже после Петра. Под «купцом третьей гильдии» подразумевался просто горожанин — мещанин, не обязательно даже чем-то торговавший. Ну как «не обязательно»? Не все торговцы — лавочники, закупавшие товар для продажи. Булочник продавал хлеб, мясник — окорока, сапожник — обувь. Их предприятия также можно было называть лавками. Именно этот контингент, ранее фигурировавший, как «городская чернь», попал в категорию «купцов третьей гильдии».
...Да. И именно гончары, хлебники, оружейники в Европе делились на цеха — гильдии. Подобная практика профобъединений существовала и на Руси. В средневековье. В XVIII веке цеховое деление утратило смысл, — экономический, общественный, политический, — хотя и продолжало существовать по традиции. По этой причине, оценив красоту заимствованного слова, Пётр не стал использовать его по первоначальному назначению, а вложил в него смысл имущественного сословия.