Существенный и интересный для меня вопрос – так называемые «ботанические» растения среди сортовых. В декоративности, яркости «дикари», безусловно, проигрывают. Собственно, для того и трудится сотни и даже тысячи лет селекция декоративных цветов, чтобы творить что-то все более удивительное, эффектное. Чтобы в природе мы видели одно, а дома, в саду – совсем другое.
Но коллекционер и любитель природы во мне возражают: как бы ни были восхитительны и фантастичны окружающие нас сорта, творения природы более совершенны, точны, гармоничны. Без них, «дикарей», невозможно представить себе, понять, почувствовать интересную тебе группу. Без них, архетипов, коллекция не может быть полной и совершенной.
Впрочем, тут я только про пионы. Цветы знатные и знаменитые. Но не очень мне близкие: как раз тот случай, когда предпочитаю любоваться на выставках, чем выращивать у себя в саду.
Мои молодые однокурсники создали счастливую семью. И чтобы поскорее выбраться из-под опеки родителей, перебрались то-ли в снятый, то-ли в купленный старый дачный дом в ближайшем Подмосковье. Сад при этом доме ранее использовался для выращивания пионов на срезку. Такая плантация с монотонными рядами кустов. Раз увидишь и определенно не захочешь сажать у себя пионы.
Разве что пару другую кустов – цветение-то у них вон какое!
Впрочем, к природным пионам у меня особое отношение: сильное впечатление произвела когда-то их фондовая коллекция в Ботаническом саду МГУ на Ленинских горах.
Наверное, поэтому я охотно посадил у себя природный пион, умиравший на заброшенной даче. Мне его представили как марьин корень – растение знаковое и легендарное, а потому особенно любопытное.
Выкопанный из буйных сорняков корешок казался безнадежно дохлым и первые пару лет не подавал особых надежд на восстановление: едва пробивались чахлые ростки, быстро отмиравшие.
Но прижился пион, воспрянул – сейчас уже вызывает некоторые опасения своей готовностью разрастаться.
И два сюрприза. Во-первых, довольно скоро открылось, что никакой это не марьин корень, а воронец, пион тонколистный, Paeonia tenuifolia. Во-вторых, цветки!
По моим представлениям, цветки – это пионовое все. Только из-за них пионы и выращивают. Ну кто обращает внимание на их листву и на кусты без цветков – чего в них декоративного-интересного (разве что первые побеги ранней весной).
Так вот. Изготовился мой воронец к первому цветению. И я приготовился, в предвкушении. Вот же было разочарование! Цветок неприлично маленький (в сравнении с садовыми-то собратьями!), непритязательно кроваво-красный, и держался не более пары дней! Внешне – как степной мак.
Я читал потом правильные справочники и описания. Там не искажают истины, пишут «цветки до 8 см». Так что 5 см моего воронца вполне соответствуют. А что цветение не более двух дней, и что цветение совсем не обильное – на каждом стебле лишь один цветок – просто не пишут. И фотографии мастерски впечатляющие.
В общем, любителям декоративно-цветущих растений я бы пион тонколистный не порекомендовал бы. Да и сам постарался бы с ним расстаться. Но... листва компенсирует!
То исключение среди пионов, когда листья, куст декоративнее и интереснее цветков.
Ранней весной – одни из первых появляются багряные султанчики его побегов и быстро превращаются в нежно-зеленые облачка. Что-то резное-воздушное, как аспарагус или кохия. Только аспарагус и кохия со временем матереют и грубеют, а пион наш сохраняет трогательную нежность до середины лета. Изумительное украшение сада.
Кстати сказать, в тех же правильных справочниках есть подробные прописи верного ухода за этим пионом. Очень много, оказывается, ему нужно. А я не делаю для него ни-че-го. Только при посадке подготовил неплохую яму – как для любого пиона. И потом удаляю увядающие в конце сезона ветви. И все. Ни болезней, ни вредителей, ни недомоганий. Совершенно не капризное растение.
Вот за эту нетребовательность и за кружевную красоту кустика ценю этот непритязательно цветущий пион.
И чуть не забыл еще одно важное преимущество воронца: он зацветает самым первым среди пионов!