Много лет назад в строгой семье девочка пятнадцати лет загрустила. Вчера была весела и бодра, как жаворонок, а сегодня крылья опустила.
Забьется в угол – сидит. Ночью плакала. Есть отказывалась, говорила, что не хочется, аппетита нет.
Мать с отцом – с расспросами. Только бесполезно.
Два дня не вставала – лежала. Семья религиозная, строгих правил. Про веру приходилось молчать: в советские времена не безопасно.
Принесли из церкви святой воды – окропили. Молитвы читали, девочку молиться заставляли. Не помогло.
Пришлось обратиться к старушке, которая «что-то знает». Пришла, какой-то обряд провела и поведала, что ее сглазили. И даже назвала имя. Это другая бабушка, она тоже «что-то знает». Конкурентка первой бабушки.
Якобы, позарилась на молодость и на красоту. У той, у второй старушки, внучка спилась. В двадцать лет начала и за три года в синявку превратилась. Вот и позавидовала чужой молодости и свежести.
Заговоры и прочее – нет результата. Лежит, бедняжка, плачет.
Обратились к докторам. Те нашли нервное заболевание. И лекарства выписали.
Девочка лежала, не вставала. И ночью потихоньку мать разбудила. Вышли из избы, сели на крылечко. Девочка заплакала и сообщила, что беременна.
Мать в обморок повалилась. Пришла в себя, за сердце схватилась. Язык отяжелел - говорить не могла. Поднимала руки и опускала, с хрипом дышала. И боялась, как бы не помешаться.
Опомнилась, дар речи вернулся. Приступила к допросу, а сама думает: как строгому мужу сообщить? Из дома дитя выгонит, не пожалеет. Что делать? Что делать?
Спрашивает: с кем была? Ответ: с Петькой.
- Когда?
- Тогда-то.
- Где? Девочка шепотом отвечает, что за их сараем, около забора.
Мать сидела, тихонько голосила, чтобы строгого мужа не разбудить. План созрел моментально. Девочку, конечно, срочно к бабушке увезти – в другое место. И ждать, когда природа возьмет свое. Родит, придется воспитывать. А куда деваться?
Вот только муж. Что ему сказать? Как сообщить о грехе?
Решили так: чтобы девочка опомнилась, поправилась, повеселела, ей нужно обстановку сменить. А бабушка – сама доброта. И родня вокруг хорошая.
Сейчас лето, без проблем увезти можно. А дальше обязательно что-нибудь придумают.
Спрашивает дочь строгим голосом: «Как поняла, что беременность»?
Ответила с трудом, еле слова выдавила, что никак не поняла. Они с Петькой у сарая, за забором, целовались.
Откуда дети берутся? Не знала.
Как подумаешь, что это произошло лет пятьдесят назад, и руками разведешь. И не поймешь: хорошо или плохо? Имею в виду невинность эту, наивность эту.
А ведь было.