Камера №8 нашего Спецприёмника отличалась шикарной меблировкой. По двум стенам – 3 двухъярусных кровати, сваренных из 6 старых панцирных коек. Сетки у каждой продавленные, скрипучие, и по ночам каждый поворот спящего грозит обернуться пробуждением всей камеры.
Из-за того, что сетка в некоторых местах выпала из рамы и щерилась острыми зубчиками неподатливой проволоки, простыни быстро рвались. Когда кровать заправляли, простынь цеплялась за эти зубчики. Когда расправляли, тянули, и ткань прорывалась. Получается, койки сами грызли постельное бельё.
В центре камеры, сдвинутый под самое окно, стоит узкий стол грязно-зелёного цвета. Впритык к нему – ещё один такой же. Вместе они составляют столешницу размером примерно 50Х170 сантиметров.
По обе стороны от столов стоят такие же узкие, прикрученные к полу лавки - по 2 с каждой стороны. Вся эта конструкция рассчитана так, чтобы за столом могли одновременно разместиться все 6 обитателей камеры – 3 человека с одной стороны, 3 – с другой.
Хоть столы казались слишком узкими, в обеды на них размещается много снеди, и привезённая готовка в одноразовых тарелках, и всякие вкусности, принесённые с передачками.
На одной столешнице начертана неведомым инструментом (откуда ему было здесь взяться?) шахматная доска. На второй половине нашего обеденного стола – доска для игры в нарды. Тем же не весть откуда взявшимся инструментом (достаточно прочным, чтобы оставлять глубокие царапины в дереве) на столешницах выгравирована уральская топономика. По надписям можно узнать, что в камере этой сидели раньше жители В. Пышмы, «Южного автика», «Пионерки» и несколько уралмашевцев.
Меблировку камеры завершают несколько настенных ящиков, сколоченных из толстых, едва отёсанных досок, да три перекошенные, составленные в один ряд тумбочки без дверок. Пользоваться этим добром совершенно не хотелось, но за неимением лучшего, в ящики складывались туалетные принадлежности (так, чтобы не перепутать), а в тумбочки запихивались пакеты с различной снедью.