Берясь в начале февраля за чтение очередного тома из собрания сочинений Николая Лескова, я совсем не ожидала открыть для себя что-то новое: многое было прочитано еще в пору юности. Впоследствии выяснилось, что несколько произведений абсолютно мне не знакомы, а одно из них, ко всему прочему, оказалось созвучно реалиям современного мира.
«Расскажу нечто про киевских оригиналов, которых я знал в дни моей юности и которые, мне кажется, стоят внимания как личности очень характерные и любопытные», – так начинает свои «Печерские антики» Николай Лесков. Это отрывки из юношеских воспоминаний писателя, подготовленные им специально для журнала «Киевская старина» в 1882 году. Стоит отметить, что в это время в русской литературе доминировала тема Петербурга и его обитателей, поэтому обращение Лескова к Киеву выглядело, по меньшей мере, удивительно. Так что же за причина побудила Николая Семеновича обратиться к киевской теме? Ответ очевиден уже после прочтения первых глав произведения: это любовь к исконно русскому городу.
«Киев тогда сильно отличался от нынешнего, и разница эта заключалась не в одной внешности города, но и в нравах его обитателей». Среди этих обитателей писатель выделяет совершенно реальных личностей, которых называет «антиками», то есть чудаками. Все они проживали в районе Печерской лавры и прилегавших к ней улиц. Например, Дмитрий Гаврилович Бибиков, киевский губернатор середины XIX века. Под его управлением город, по мнению Лескова, с одной стороны менялся к лучшему, «оевропеивался», с другой – «все старое, русское сглаживалось в нем слишком бесцеремонно». Об этом автор говорит вначале своего повествования: «Жаль мне тоже живописных набережных хаток, которые лепились по обрывам над днепровской кручей: они придавали прекрасному киевскому пейзажу особенный теплый характер… Но всего более жаль тихих куртин верхнего сада, где у нас был свой лицей… Теперь, когда доводится бывать там, все чаще слышишь только что-то о банках и о том, кого во сколько надо ценить на деньги».
В противовес Бибикову писатель выводит в «Антиках» образ легендарной личности – русского полковника, киевлянина Кесаря Берлинского: «Таких людей, – говорит автор, – нет уж более не только в Киеве, но, может быть, и во всей России». Он был из тех, кто не боится замолвить слово о нищих и обездоленных перед властью. Губернатор побаивался Берлинского, а люди любили.
А еще среди удивительных киевских чудаков бибиковская теща, которой сам губернатор стеснялся; и племянник Берлинского, доктор по прозвищу Николавра; квартальный Иван Дионисович, знающий латынь. С особенной любовью описал Лесков старообрядческого старца Малафея и его послушника отрока Гиезия, а также священника Евфимия Ботвинского, к которому неоднозначно относилось начальство, но любили простые люди за жертвенность и простоту. И таких героев у Николая Семеновича немало. Чем же примечательны эти лесковские печерские антики? Все они: и священники, и монахи, и военные, и простые обыватели самозабвенно любят родной Киев и Российское государство. Лесков вспоминает о них с чувством глубокой благодарности, изображает добрыми и веселыми. Киевский издатель Феофан Лебединский так отозвался о работе Николая Лескова: «Верите – я и над рукописью, и над корректурами, и после них всё хохотал. Писать так – это своего рода сила, которая и живит, и веселит, и поучает». Ну а современному читателю лесковские «Печерские антики», думаю, немало дадут пищи для размышлений о русском городе Киеве и его месте в истории Российского государства.
Автор: Инга Филиппова
