Встретила на улице свою знакомую, она с моей мамой работала в конструкторском бюро. Спрашивает, почему я такая спокойная и радостная. Неужели телевизор не смотрю? Новости в интернете не читаю?
Говорю, читаю, как и все. В ответ услышала, что если бы я читала их внимательно, то давно бы просекла, что страна катится в пропасть, будет похлеще, чем в лихие 90-е. Мы все обнищаем и станем безработными.
Мне на днях попадалась на глаза информация, что с 2002 года каждый третий россиянин уверовал, что деньги нужно держать в валюте. За 20 лет граждане скопили 80 млрд долларов. Может, не все так плохо? Продержимся?
На что услышала: Это газетная утка. Готовься к худшему!
Я стала вспоминать, как моя семья пережила сложное время в 90-е годы.
Работу потеряли все без исключения. И мама, и папа, и бабушка, и дед. И в очередях стояли так же, как и все население страны. На Новый год мама подарила мне, как сейчас помню, пакет земляных орехов. И сказала извиняющимся голосом: "Ты, наверное, хотела что-то другое? Пока так..."
У меня и в мыслях не было чего-то хотеть, мне нужно было ничего объяснять, я чувствовала, что ситуация в стране сложная.
Дед с отцом оставили кульманы и разносили газеты, мама пошла на курсы при ПТУ - получать новую специальность, ей платили небольшую стипендию, а бабушка, которая занимала должность ведущего инженера, стала мыть полы на металлобазе.
Эти перемены никогда в нашем доме не назывались нищетой, напротив, радовались, что каждый смог хоть как-то устроиться, а значит, жизнь продолжается.
До ощущения полного благополучия было как до Луны пешком, но мы варили компоты из смородины, пекли пироги, устраивались перед телевизором, который транслировал два канала. Читали книги, играли в лото и карты. Смеялись над карикатурами журнала Крокодил, который нашли на чердаке. Звали в гости родственников, которые приезжали и привозили свою выпечку.
Это было счастливое время, в котором не было ни грамма роскоши, комфорта и удобств.
Моя семья показала мне пример стойкости: нет безвыходных положений. Нужно спуститься на три ступеньки вниз, чтобы потом подняться на десять вверх. И ни в коем случае нельзя ныть и жаловаться, называть свою жизнь пустой или плохой.
У австрийского психиатра Виктора Франкла есть своя история преодоления: в 1941-ом году у него была открыта американская виза, он мог избежать лишений войны, но он принял решение отправиться в концлагерь вместе со своими родными. Почему? Он понимал, как важно держаться вместе, поддерживать друг друга в тяжелейших испытаниях.
Франкл даже приблизительно не мог представить, что его ждет. Он терял сознание от боли и голода, тело было обморожено и покрыто воспалениями.
И все же он продолжал верить (и убеждал в этом родных), что это все - временно. Еще чуть-чуть и наступит время, когда об этих ужасах останутся лишь воспоминания. Все на Земле начинается для того, чтобы завершиться.
Все, что психиатр видел и пережил, послужило материалом для исследований.
Виктор Франкл пишет:
«Вы можете лишиться всего в жизни, кроме одного — свободы выбирать реакцию на происходящее.
Вот что определяет качество прожитой нами жизни — не богатство или нищета, не слава или неизвестность, не здоровье или мучения.
Качество нашей жизни определяется тем, как мы относимся к реальностям, какое значение мы им приписываем, как мы к ним относимся, какое состояние души они нам создают».