Увидев молодую даму, слишком бледную на его вкус, Наполеон сделал решительный шаг и грозно сказал: «Идите и накрасьте лицо. Вы похожи на призрак». Французскому императору нравились яркие краски, и к этому его определённо приучила Жозефина. В начале девятнадцатого века в Париже бледность не была в почёте.
«Она красится, как актриса в театре», - говорили про Жозефину де Богарнэ. Супруге французского императора на момент коронации исполнилось сорок лет, и она стремительно увядала. Рядом с молодыми и цветущими она составляла разительный контраст, и потому пыталась удержать свежесть юности с помощью косметики.
Вообще-то, с конца восемнадцатого века красавицы стремились совсем к другому образу – легкому, естественному. Они выглядели как античные скульптуры в своих белоснежных платьях, и практически не пользовались никакими ухищрениями. Мода на «нарисованные лица», как в эпоху рококо, ушла в прошлое. Современницы Жозефины не чернили брови, и не добивались яркого румянца. Наоборот. Ценилась настоящая красота, природная, ничем не подправленная.
Но Жозефина видела, что стареет. Морщинки вокруг глаз, бледный цвет лица – всё это не придавало ей прелести. Поэтому супруга Наполеона Бонапарта обратилась к гриму. Все неровности и недостатки она маскировала с помощью тяжелой белой массы, которую накладывала на лицо. Такую же использовали в театрах. Подводила глаза, рисовала брови, активно использовала румяна.
Иногда этот грим был таким многослойным, что он в буквальном смысле осыпался на корсаж. За этим должна была зорко следить горничная императрицы. Если появлялись признаки, что макияж «упал», Жозефине немедленно сообщали. И тогда она бежала переодеваться и возвращать лицу утраченные краски. А если кто-то другой успевал заметить, что у императрицы неполадки с гримом, Жозефина спешила пояснить, что у неё «легкое шелушение».
Наполеон привык к этому чуть карикатурному образу своей дамы сердца, и находил его вполне приемлемым. А вот если ему на глаза попадалась женщина недостаточно накрашенная, он мог сразу сделать замечание.
«Отчего вы так бледны? – Сказал он как-то одной графине. – Вы ещё не оправились после недуга?»
Бледность снова не была в почёте. Одна лишь Жозефина тратила на румяна и другую косметику почти 3 тысячи франков в год. Для сравнения: обычное платье, заказанное у рядовой модистки, стоило в ту пору восемнадцать франков. Поставщиками императрицы были Огюст Мартена и госпожа Шометон. Придворным дамам, чтобы не отставать от Жозефины и не получить резкую отповедь от Наполеона, приходилось следовать вкусам своей новой государыни.
Помада, румяна и пудра – эти три слона французской косметической моды продержались всё то время, что Жозефина жила в Тюильри. Вторая супруга Наполеона Бонапарта, австрийская Мария-Луиза, с макияжем не очень усердствовала. На что ей были лишние краски, в её-то девятнадцать лет? К слову, от неё Наполеон совсем не требовал пользоваться румянами.
А Жозефина так и осталась верна себе. Уже после развода она продолжала тщательно наносить макияж каждое утро – что поделаешь, привычка! А современники из разряда её недругов посмеивались, что «бывшая императрица» выглядит совсем неудачно. Прежде всего из-за стремительно набиравшегося веса.
«Заметно увеличилась одна часть ее особы, - сообщала подруге госпожа д’Арбантес. – А фасоны наших платьев таковы, что это очевидно всякому, кто ее видит».
Бледность не была в почете ещё совсем недолго. Вскоре пришла совсем другая мода – и почти весь девятнадцатый век молодые дамы предпочитали очень умеренно пользоваться косметикой. Некоторые исключения из правил, конечно, были. Но все-таки румяна и толстый слой белил в большей степени использовались дамами полусвета или актрисами.
А вот о том, как красились в России, рекомендую мою статью:
#наука #история #короли #культура #красота #мода
Подписывайтесь на мой канал Ника Марш!
Лайки помогают развитию канала!