Наше училище расположилось в километре от царскосельского лицея, в котором когда-то учился Александр Сергеевич Пушкин. Всем известно, что рядом с лицеем находится Екатерининский дворец, к которому примыкает замечательный Екатерининский парк, любимое всеми нами место отдыха во время увольнения. И не только увольнения, и не только отдыха.
Жемчужина парка - Екатерининский пруд. С его южного берега небольшой клочок земли выпячивается на северо-восток, образуя крохотный полуостров. На нём-то и расположилась наша шлюпочная база с красавцами ялами.
Мы любили море, но Финский залив был от нас в нескольких десятках километров. Мы любили воду, поэтому с удовольствием тренировались в бассейнах и ходили по пруду на шлюпках. Но этого всё-равно не хватало. И когда вырывались в увольнение, то устремлялись на лодочную станцию, которая располагалась невдалеке, у турецкой бани. Брали на прокат гражданскую шлюпку и активно отдыхали...
И вот однажды... Сидя на кормовой баночке я навёл объектив фотоаппарата на друга Кирилла, работающего вёслами. Что-то было не то. Всё как-то плохо помещалось в кадр, не хватало охвата. И я встаю ногами на баночку (что на флоте категорически запрещено) и распрямившись в полный рост снова навожу фотоаппарат. Вот теперь другое дело. Только для полноты картинки нужен мощный гребок.
- Кирилл! Ну-ка сильно гребани!
Друг не заставил меня долго ждать и мощным гребком отправил меня за борт, в студёные воды. Вместе со мной, одетом по форме, под воду погрузились мои документы и фотоаппарат. В первые доли секунды начинают быстро работать мысли: " Я в воде! Фотоаппарат!! Документы!!" Вода очень мутная, надо быстро сориентироваться куда всплывать. Ориентируюсь по устремляющимся перед моим лицом наверх пузырькам воздуха, выходящим из под формы. Всплыв, поднимаю над водой руку с фотоаппаратом и кричу:"Кирилл! Лови аппарат!" Одновременно я бросаю фотоаппарат, а друг бросает вёсла и делает рывок на корму. Лодка устремляется вперёд и... фотоаппарат пролетает в нескольких сантиметрах от вытянутых рук Кирилла и плюхается в воду! С фотоаппаратом вопрос ясен, теперь надо спасать документы. Кирилл даёт задних ход и я несколькими гребками оказываюсь у шлюпки. Подтянувшись, грудью переваливаюсь через кормовой транец, чтобы карман брюк оказался над водой. Резко вытаскиваю мешочек с документами и отдаю его другу. После тщательного их осмотра, на удивление, убеждаемся, что документы практически не пострадали!
Теперь надо было попытаться найти фотоаппарат. Ценность представлял не только он, но и ранее отснятые кадры. Снимаю с себя всю форму, кроме брюк, и начинаю нырять в поисках фотоаппарата.
Вода мутная, много водорослей, раздвигая которые - руками ощупываю каждый клочок проваливающегося илистого грунта. Но всё бесполезно. После очередного всплытия слышу женский голос, доносящийся со стороны лодочной станции, усиленный мегафоном: "Товарищи курсанты! Прекратите купание с лодки!" Но мы ведь не купаемся, у нас подводные поисковые работы! Продолжаю нырять.
Через некоторое время замечаем, что к нам на всех парах несётся лодка с бабушкой - смотрительницей лодочной станции, которая, периодически бросая вёсла и хватаясь за мегафон, продолжает кричать: "Немедленно прекратите купание!!!" Но мы продолжаем поиски, ведь мы не купаемся.
После взятия нас на абордаж, мы сдаёмся и объясняем бабулечке сложившуюся ситуацию. Она облегчённо вздыхает и говорит: "А я то подумала, что опять курсанты напились и устроили купание."
Ещё несколько погружений заканчиваются безрезультатно. Зубы начинают стучать от холода. Смотрительница говорит: " Ребята! Пойдёмте, я вас проведу в турецкую баню, там у нас склад. Немного подсохнете и подсушите свою одежду."
Мы с радостью приняли её предложение и были ей за это очень благодарны.
Мы любили море, мы любили воду...
А на сколько каждый из нас любил свою Родину?!
А Родина, которая не абстракция, а живые люди, любила нас через бабулечку-смотрительницу или через водителя, который предлагал нам свою помощь, когда мы перегоняли Яву через пол страны...