В прошлом рассказе мы остановились у двери начальника штаба полка. Кому интересно начало, те легко могут его найти. Если кратко возник конфликт между двумя обладателями больших звёзд. Один уехал домой, второй остался и вызвал водителя в свой кабинет. Такое было часто, но на этот раз возникало чувство, что всё это не к добру. Так оно и оказалось. Зашёл в кабинет, доложил. Не отрываюсь, от бумаг, кивком головы, подполковник предложил сесть. Снял шапку, спрятал за спину и сел на стул. – Зачем ты всё рассказал командиру? – Не мог придумать что-нибудь! Терять мне было не чего, и я на чистом Кубанском языке сказал: – Командир сказав шоб я ёму ны брыхав, если вин шо спыта.(Командир сказал, чтобы я ему не врал, если он что спросит). – А вин спытав! – Брыхать ны став. (А он спросил! Обманывать не стал). (В скобках перевод, с Кубанской балачки). Подполковник замолчал. Потом сказал: – Хорошо! – Значит и в увольнение будем ходить по уставу. – Жди в машине, сейчас поедем. – Разрешите, идти! – Иди! Встал, одел шапку и спокойно покинул кабинет.
Отвёз подполковника домой, ехали молча, только при выходе сказал: – До свидания! Я думал что на этом всё закончилось. Оказалось что нет. Сначала в гараже подошёл сержант, он спросил: – Салага! – Что там натворил, даже увольнения лишили, всем дали, а тебе нет. Что я мог сказать. Говорить было не чего. – Я сам отказался, что мне в городе делать? – Ну как знаешь. Сержант ушёл по своим делам. В пятницу когда отвозил командира домой на обед, он меня спросил: – А что там у тебя с увольнительными? – Всё рассказывать не стал, видимо он и без меня знал. Ответил просто: – Да они мне не нужны, машиной буду заниматься. После обеда приехали в штаб, полковник пригласил меня с собой в кабинет. Ни чего не понимая пошёл следом за ним. Писарь сидел на своём месте. Командир, пригласил и его. Мне приказал сесть на стул, а писаря отправил за бланками увольнительных. Писарь вернулся быстро. – Садись и пиши на него, две увольнительные, на субботу и воскресенье. Писарь, быстро заполнил бланки. Командир, подошёл и подписал, их. – А теперь иди к начальнику штаба, пусть поставит печать. Писарь замялся, не зная что делать. – Иди! – Приказал командир. – И пусть попробует не поставить печать на мою роспись!
Писарь ушёл, я сидел и ждал. В голове творился полный бардак, я ни чего не понимал. У меня уже возник план, ни в какое увольнение я не пойду. Зачем всё это мне нужно. Вернулся писарь, и протянул командиру две увольнительных. Командир, взял их, посмотрел и отдал их мне. Увольнительные которые не радовали. – Жди в гараже! Я понял что я свободен. Вечером отвёз полковника домой. Заехал в гараж, и тут же последовал, вызов к штабу, развернулся и поехал. Сижу в машине. Прибегает писарь: – Зайди к начальнику штаба. В бушлате и шапке я не мог ехать на ГАЗ–69А было тесно, так и пошёл в штаб. Я и сейчас не могу ездить в машине в тёплой куртке. Всегда снимаю и шапку. Мне неудобно. Понял что сейчас будет жарко. Но я не боялся, командир был на моей стороне. Постучал, получил разрешение, зашёл и доложил, не прикладывая руку к голове. – Увольнительные! – Приказал подполковник. – В машине! – не знаю зачем пробормотал я. Хотя они лежали в кармане. Я просто пытался выиграть время. Вернулся, мне показалось, что подполковник немного остыл. Я протянул ему увольнительные. Он взял, посмотрел, и порвал их. Хотел закончить, но ещё много не сказал. А уже получилось много букв. Давайте продолжим позже. Спасибо!